Двойник

12 глава

В первый учебный после майских праздников день стояли сразу четыре пары – четыре семинара по разным предметам. И, если на теории государства и права у ставшего почти родным Олега Семеновича Леся вызвала хоть какой-то отклик, после того как выполнила несколько заданий и сдала доклад, то на логике у Пчелкиной Елены Ивановны, или просто Пчелки, как ее ласково окрестили студенты, была высмеяна и затроллена. Скорее, даже затравлена.

Мягко говоря, Ханна не пользовалась успехом у Пчелки, и на ничего не подозревавшую Лесю обрушился шквал негатива и язвительные комментарии.

В гуманитарном институте, где училась Леся, занятия по логике были чистой формальностью, пары почти никто не посещал, поэтому разобраться в этом предмете у нее ни времени, ни желания не было. Ну, а Ханна с самого начала забила на учебу и этот универ вместе взятые, поэтому репутацию себе заработала так себе. Лентяйка, прогульщица, задира.

Едва оправившись от шока после жесткой логики, Леся попала из огня да в полымя, потому что ее ждала встреча с Кудряшкой. Так студенты звали преподавательницу истории зарубежного государства и права, объемную женщину с мелкими кудрями на голове до плеч и всегда в обтягивающей выдающиеся формы одежде. Предмет этот Леся знала неплохо, но, благодаря репутации Ханны, все равно подверглась критике. Почти все занятие Кудряшка задавала ей каверзные вопросы и, едва дослушав ответ, резким голосом обрывала, качала головой и спрашивала другого.

- Вишневская, даже не думайте, что я допущу вас до экзамена, - после окончания семинара выплюнула Кудряшка и поджала ярко накрашенные губы. – Так что не теряйте зря время, отчисляйтесь прямо сейчас!

От такого напора Леся впала в ступор. Все внутри нее похолодело. Ее что, и отсюда отчислят по вине Ханны?! Конечно, Вишневская запрыгала бы от радости, услышав такую новость, но в планы Леси это не входило. Хочет или нет, а Ханне придется вернуться и продолжить учиться здесь.

- Простите?

- И не надо делать такое лицо, - скрестила руки на груди Кудряшка, платье в леопардовую окраску обтянуло выпирающий живот и пышные бедра. – Я долго терпела. Я просила вас, помните? Надо было раньше браться за ум. А теперь слишком поздно.

- Лучше поздно, чем никогда, - пробормотала Леся.

Голова закружилась.

- Что вы сказали?

- Но… но я могу исправить. Вы же сами видели. Сегодня на занятии…

- Вишневская, идите, - в раздражении махнула рукой Кудряшка. – Идите, прошу.

- Ирина Сергеевна, - нахмурилась Леся. – Послушайте, я…

- Будете жаловаться?.. Декан в курсе, и он согласен с моей позицией, - улыбнулась Кудряшка и уселась за стол. – До свидания, Вишневская.

Это какая-то подстава. Ее не могут выгнать и отсюда. Она не хочет, чтобы все шло по плану Ханны. Тогда ради чего она вообще сюда приехала? Оставила родных, друзей, Диму…

В туалете Леся долго держала руки под холодной водой. От почти ледяных струй пальцы занемели. Казалось, кровь застыла, и больше не потечет по венам. Леся посмотрела на свое отражение в зеркале. Бледная девочка с покрасневшими глазами и собранными в короткий низкий хвост волосами. Передние пряди выбились из прически и небрежно свисают на лицо. Кто бы мог узнать сейчас в ней Ханну? Кто бы мог узнать в этой испуганной отчаявшейся девочке саму Лесю?..

Что же ей делать?

Побродив бесцельно по универу, нахождение в котором еще неделю назад так ее воодушевляло, Леся присела на широкий подоконник недалеко от дверей в зал, где проводили концерты и другие мероприятия. Вокруг не было ни души. Где-то с нижних этажей раздавались громкие голоса и смех. Где-то кто-то веселился и радовался жизни.

Почему это произошло? Что теперь делать?.. Идея затаиться на время и дождаться, когда Ханна психанет во время очередных гастролей с Дэном, и вернется обратно, уже не казалась хорошей. Получится ли у Леси заманить Вишневскую домой и убедить вернуть ей взятую без спроса жизнь?

Леся прижалась лбом к холодному стеклу и прикрыла глаза. Нужно включать голову и действовать разумно. Рассказать родным, поднять шумиху, обратиться в полицию. Кричать, пока ей не поверят. Но от одной лишь мысли о том, в каком эпицентре лишнего внимания она кажется, и как все это отразится на ее родных, Лесе становилось плохо. А ведь так хотелось, чтобы все разрешилось если не само собой, то хотя бы без привлечения широкого круга лиц.

А теперь эта история с отчислением уже Ханны. Конечно, это не забота Леси. В этом универе не она. Ханна и так отчислилась вместо нее, ей нужно думать об этом, а не о том, как удержаться в чужом универе за чужого человека. Только не станет ли хуже, когда родители Ханны узнают об этом? Лесе и так сейчас непросто… А Ханна будет только рада, если ее отчислят, ведь она не хотела здесь быть. Нет уж. Не доставит Леся Вишневской такой радости. Вот только… Только ее, то есть Ханну, с такими оценками все равно отчислят, как бы она ни старалась.

Замкнутый круг какой-то. Мысли в голове путались. Леся закрыла лицо ладонями. Снова полились слезы. Она старалась всхлипывать как можно тише, чтобы не быть услышанной. И увиденной.

- Ханна?!

Только не это. Этот голос Леся сразу узнала. Алекс. Не отнимая ладоней от лица, она отвернулась к окну.

- Что случилось? – голос прозвучал ближе.