Двойное небо

11.2

- У тебя есть друзья? – спросила, пытаясь не вызвать подозрений Лёвы, - успел завести в новой школе?

Мальчик кивнул.

- Я скучаю по Андрею – он был моим другом с первого класса, но здесь всё совсем по-другому. В этом городе нет частных школ, а в пансионате в Москве жить я не хочу, - пожал плечами он, - поэтому папа записал меня в обычную, - он усмехнулся, - мама тогда сказала, что мне будет здесь плохо, потому что дети слишком… плохих родителей. Но у нас хороший класс. Никто не дерётся, как в прошлой и не обзывается, - он довольно улыбнулся, - мне нравится здесь больше. В той школе все были будто отдельно – каждый сам с собой, а тут все вместе. И… я не знаю… Можно считать друзьями всех из класса?

Как же нравились его слова Лёве! Он широко улыбнулся, выпил из бокала и продолжил смотреть на сына. Я не могла не делать то же самое.

- Есть, конечно, несколько парней, которые иногда ведут себя глупо, но, - Давид внимательно на меня посмотрел, - понимаешь, раньше меня не очень любили за то, что я хорошо учусь, а тут все просят списать, но так уважительно относятся, - он откусил свой кусок пиццы, - ты не против, что я так много говорю?

Каждый раз, когда он спрашивал что-то такое, я застывала, начиная усиленно думать почему он так сказал.

- Нет, конечно! Я же сама спросила, – мотнула головой, - знаешь, ты так похож на папу, что я даже удивлена почему Полина не такая.

Мальчик пожал плечами.

- Я нравлюсь тебе больше неё? – вспыхнул щеками он.

- Давид, - осуждал его порыв Лев.

- Еще спрашиваешь?! – рассмеялась я, - ты такой взрослый и сообразительный…

Мальчик склонил голову.

- Ты первая, кто так думает, - он вскинул на меня взгляд, - зато теперь понятно, почему тебя мама с Полиной терпеть не могут! Мама сказала, что тебе голову оторёет! – невероятно радостно.

Комплимент?

Лёва тяжело опустил голову в ладонь.

- Значит придётся тебе к нам в гости ездить, а не мне к вам, - рассмеялась я.

Пальцы мужчины раздвинулись, показав удивленный взгляд. Давид в этот момент удивлённо-счастливо замер.

- Папа сказал, что обращаться к тебе «вы» будет странно, можно я буду звать тебя по имени? – мальчик вмиг показался мне строгим.

Боюсь представить, как он меня хотел называть до моего задумчивого кивка в ответ.

- Папа сказал, что это твоя квартира, а значит ты должна позвать меня сама, - раскрыл отца Давид.

Лев почти подавился пивом.

- Не злись, пап, - остановил открытие рта мужчины мальчик, - ты сам сказал, что я поговорю с Камилой, и пойму, что она хорошая. Я всё понял и принимаю её в нашу коалицию!

- Никаких коалиций, - строгий немного злой голос Лёвы, - Давид, мы обговаривали это десяток раз. Никаких группировок относительно нашей семь… проклятье, - он отвернулся, подбирая слова.

- Коалиции не всегда создаются чтобы нападать! – перевёл взгляд с отца на меня мальчик, - мы будем доброй. Вернее… почему у них есть коалиция, а мы с тобой… теперь с нами Камила. Значит нас теперь тоже трое, а она, - на меня, - ещё и женщина! Мы теперь тоже сильные!

Лев прикрыл глаза, успокаиваясь.

- Почему ты решил, что твоя мама и сестра против тебя? – я не стала говорить «нас» - про меня всё было понятно.

- Полина так сказала, - поджал губы мальчик, - что я им не нужен.

- Так, - остановил нас мужчина, - достаточно. Поля сказала это от обиды. Она тоже переживает из-за того, что случилось. Но в этом виноват я, - он глядел на сына, - не ты, и не твоя сестра. А значит…

- Мама виновата! – неожиданно воскликнул Давид, - не ты, а мама! Она на тебя кричала и… постоянно уезжала! Никогда не слушала, что ты ей говорил, а… а я подумал, что когда придет Камила, то я буду лишним, потому что вы будете друг с другом! Но она говорит со мной, а не делает как все! – он запыхался, - а еще ты её любишь, а маму – никогда нет!

Я не знала, могу ли я вообще что-то говорить сейчас.

- И когда я вчера сказал им, что ты меня не бросил, они сказали, что у тебя теперь другая семья, а я… - он начал шептать, - а я тебе больше не нужен, - Давид стал выглядеть уверенным, - но даже если ты теперь не со мной каждый вечер, ты всё равно больше… внимателен ко мне, чем мама. И я ехал сегодня, поверив в то, что ты говорил. Что всё будет хорошо, и что мы будем втроём вместе. И я… - он поник и пробурчал, - не хочу, чтобы ты был с мамой. Потому что сейчас на тебя всем тоже не всё равно.

Я достала из сумки салфетку, стёрла побежавшую тушь и тяжело выдохнула.

- Простите, - шмыгнула носом, - Давид, можно я вставлю свои… слова? Я и так вас сбила, так что… Что думаешь насчет ночёвки у нас с… папой? Будет вечер с ним. Если хочешь.

Мальчик посмотрел на отца с вопросом.

- Если Камила предложила, то я буду только рад, - улыбнулся Лев, - что касается прошлого твоего монолога, то ты нужен мне и маме тоже. Если она не умеет этого показывать, то… не вини её. Она… старается.

Он явно не верил в это. Поэтому не поверил и Давид, хоть и промолчал.

- Камила, давай закажем мороженое? – кисло улыбнулся мне мальчик, - хочешь клубничное? Оно… правда неплохое.

И такой у него был взгляд, будто он про себя говорил, а не про мороженое.

- Давай, - выдохнула я, - нажмёшь на кнопку?

Он почти успокоился, однако не выдержала я:

- И я согласна вступить в эту твою коалицию, - улыбнулась, - будем теперь втроём. А ещё я могу подарить ту «дохлую мышь» со своей сумки.

Его восхищенный взгляд сразу же стал смешливым.

- Не-ет, спасибо, - хихикнул он, - у меня такая в первом классе была. А сейчас как-то уже не интересно.

Я рассмеялась.

- Зато я поняла, почему тебе не понравилась моя идея с каруселями, - дошло до меня, - слишком хм… «не солидно», - дернула бровью, - да? Значит я придумала куда мы пойдем в следующий раз, и ты точно не откажешься! – я была уверена, повернув голову к Лёве, - когда мы говорили про твой отпуск, ты сказал, что Давид любит музеи и экскурсии, - к мальчику, - как насчет местных? Я не была ни в одном.