Двойное приключение

Глава 18

Неделя, последовавшая за тем шокирующим вечером, прошла для Полины в странном, ватном вакууме. Она ходила на собеседования, отвечала на сообщения, пыталась читать, но все ее мысли были там — у озера, в искрах костра, в жгучем тепле его объятий. А потом — в леденящей пустоте, с которой он на нее смотрел, уезжая с братом к больному отцу.

Она ждала звонка. Какой-то весточки. Хоть чего-то. Но телефон молчал. Молчал так же громко, как стучало ее сердце, когда она вспоминала его прикосновения.

И она начала анализировать. Взвешивать. Прокручивать каждый момент, как запись с камеры наблюдения. Ее обман. Его неожиданную нежность. Ее собственную ответную страсть. Боль. Восторг. Пустоту.

«Я поступила неправильно?» — этот вопрос висел в воздухе ее квартиры. Она обманула Павла. Она переспала с братом своего «парня». Она могла разрушить хрупкий мир той компании. Да, с точки зрения морали — это был полный крах.

Но когда она закрывала глаза и позволяла себе чувствовать, а не думать, ее тело вспоминало не боль и не стыд. Оно вспоминало нарастающую волну наслаждения, его сломленную нежность, его шепот. И странное чувство... правильности. Такого не должно было случиться, но, раз уж случилось, она не могла заставить себя жалеть об этом. Она прожила свою первую ночь не как неловкий ритуал, а как землетрясение. И в сердце этого землетрясения она нашла не разрушение, а освобождение.

Она не жалела. Она приняла это. И вместе с этим принятием пришло решение — конец обману.

Она не могла больше носить это в себе. Ей нужно было рассказать это кому-нибудь… Соне. Все. До последней подробности. Они всегда были близки, несмотря на всю разницу их характеров. И Полина знала — только сестра сможет ее понять или, по крайней мере, не осудить.

Соня вернулась к середине недели. Полина услышала, как ключ поворачивается в замке, и приготовилась к урагану — к взрыву смеха, куче сумок, восторженным рассказам. Но ничего этого не произошло.

Соня вошла тихо. Бросила рюкзак в углу и, не снимая куртку, упала на диван. Ее сияние, ее вечный двигатель, казалось, был отключен. Она выглядела уставшей. Притихшей. В ее глазах, обычно таких бездонных и ярких, плавало что-то отрешенное, почти печальное.

— Сонь? Ты в порядке? — осторожно спросила Полина, садясь рядом.

— Да, — Соня провела рукой по лицу. — Просто устала. Поездка была сложной. Расскажи, как тут? Как твой ужин... и все такое?

Ирония судьбы была совершенной. Теперь Соня спрашивала о ее «приключении».

Полина глубоко вздохнула. Не было смысла откладывать.

— Сонь, мне нужно тебе кое-что рассказать. Все. С самого начала.

И она начала. Медленно, подбирая слова, краснея и бледнея, она рассказала все. Про ресторан и падение. Про горящий взгляд Петра. Про поездку на озеро. Про игру в бутылочку и свою манипуляцию с Павлом и Катей. Про его ярость и нежность. И про то, что случилось потом. Она не приукрашивала и не скрывала деталей, говоря о своей боли, своем страхе и о том, как он сначала был внимателен, а потом не замечал её. Она рассказала про звонок и их отъезд.

Соня слушала, не перебивая. Ее лицо было серьезным маской. Когда Полина закончила, в квартире повисла тяжелая пауза.

— Я знала, — наконец тихо сказала Соня.

Полина удивленно посмотрела на нее.

— Про что?

— Про Пашу. Что он не до конца с собой честен. Что он любит ту... свою подругу, Катю. Я всегда это чувствовала. В его сообщениях была какая-то наигранность. Он был слишком идеальным, слишком старался. Так не бывает. — Она вздохнула и посмотрела в окно. — Ещё и поэтому я сбежала на эту неделю. Мне нужно было подумать. Он хороший парень, но... он любит другую. И я, честно говоря, его тоже не люблю и совсем не уверена, что хочу быть тем, кто поднимает его статус в глазах окружающих.

Полина смотрела на сестру с изумлением. Она думала, что Соня не замечает таких мелочей, а та, оказывается, видела и чувствовала гораздо больше.

— А про... Петра? — робко спросила Полина.

Соня перевела на нее взгляд, и в ее глазах мелькнула тень прежней, хитрой искорки.

—Ну, сестренка, ты влипла по уши. И, судя по всему, он тоже. Первая любовь, невинность в двадцать с лишним лет — это сильный козырь. Ты его своим... уникальным предложением, можно сказать, с ног свалила.

Полина фыркнула, чувствуя, как ком в груди начинает понемногу рассасываться. Соня не осуждала ее. Она понимала.

— Что же нам теперь делать? — спросила Полина, чувствуя себя снова маленькой девочкой, ищущей совета у своей смелой сестры.

— Тебе — ждать. Ждать его звонка. Или самой ему позвонить. А мне... — Соня откинулась на спинку дивана, и ее взгляд снова стал отсутствующим. — Мне тоже нужно кое-что обдумать. Моя поездка была... интересной... Позже расскажу. Сейчас я устала.

И в тишине квартиры повисли теперь две тайны. Одна — о страсти, тайнах и неожиданной нежности на берегу озера. Другая — о чем-то, что притихло и изменило всегда такую беззаботную Соню. Их пути, такие разные, снова переплелись, но на этот раз обе они стояли на пороге перемен, не зная, что готовит им завтрашний день.