Двойное приключение

Глава 44

Тишина за завтраком была обманчивой. Под слоем обыденных звуков — звон ложек, плеск кофе, шёпот листвы за окном — бушевало море невысказанного. Ирина, подавая на стол свежие булочки, ловила на себе взгляд мужа. Игорь, всегда чуткий к её настроениям, поднял бровь в немом вопросе. Она ответила едва заметной улыбкой, но в её глазах он прочёл ту самую, знакомую по годам совместной жизни, смесь трепета и глубокой радости. Он кивнул, как бы говоря: «Всё в порядке. Пусть будет, как будет».

Арина, доев омлет, решила, что молчание затянулось сверх всякой меры.

— Ну что, коллектив, — начала она, оглядывая стол. — Поскольку наш капустник имел такие… гм, далеко идущие последствия, — она многозначительно перевела взгляд с сияющей Оксаны на невозмутимо пьющего кофе Славу, — предлагаю сегодняшний день посвятить искусству бездействия. Лежать у бассейна, читать и делать вид, что мы не замечаем, как у некоторых тут целые вселенные в глазах поменялись.

Все засмеялись, напряжение слегка спало.

— Поддерживаю, — сказал Олег, и его рука под столом нашла руку Оксаны. — Я, кажется, лет пять не отдыхал по-настоящему.

— Тогда решено, — Слава встал. Его взгляд на секунду задержался на Соне. — Я только проверю почту и присоединюсь к вам.

Он ушёл, и Соня почувствовала, как пространство вокруг неё стало менее плотным, менее заряженным. Теперь можно было дышать. Она помогла Ирине убрать со стола и, проходя мимо Арины, получила от неё шепот: «Ты вся светишься, как новогодняя ёлка. Детали — потом, желательно полную версию».

Час спустя большинство гостей расположились у бассейна. Соня устроилась в шезлонге с книгой, но слова расплывались перед глазами. В голове крутились обрывки вчерашнего, его прикосновения, его слова. И его взгляд сегодня утром — полный такого откровенного желания, что её снова бросило в жар.

Из дома вышел Слава. В одних плавках, с полотенцем через плечо. Он был… идеален. Каждый мускул, каждый изгиб тела говорил о силе и контроле. Он не смотрел на неё, прошёл к дальнему краю бассейна и нырнул. Вода приняла его почти без всплеска.

Соня не могла отвести глаз. Арина, лежащая рядом в огромных солнцезащитных очках, фыркнула:

— Если взглядом можно было бы сжечь, наш бассейн уже бы выкипел. Расслабься, все и так всё поняли.

— Я не понимаю, о чём ты, — пробормотала Соня, глядя на Славу.

— Конечно, конечно.

Слава вынырнул у противоположного бортика, откинул мокрые волосы и, наконец, посмотрел через воду прямо на неё. Это был взгляд-обещание. Взгляд-воспоминание. Затем он закрыл глаза, откинулся на спину и замер, дрейфуя на воде.

Оксана и Олег сидели на ступеньках в мелкой части, болтая ногами. Они разговаривали тихо, почти шепотом, изредка перебрасываясь смешками. Между ними не было уже ни тени прошлой неловкости, только лёгкая, счастливая уверенность в том, что они наконец-то на одной волне.

Ирина, наблюдая с террасы за этой мирной картиной, вдруг почувствовала, как сжимается сердце. Ей снова вспомнился её дневник, та самая запись после их первой ночи. «Утро. Он плавал в озере, а я смотрела на него из окна и боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть это чудо». История повторялась с пугающей точностью, но теперь она смотрела на неё со стороны. Она была не актрисой, а зрителем. И, возможно, режиссёром, который уже сыграл свою главную роль и теперь передал эстафету.

Она вздохнула и поймала себя на мысли, что её страх сменился на странную, горьковато-сладкую гордость. Её Слава нашёл свою любовь. Нашёл женщину, которая, как и она когда-то, смотрит на него, словно на чудо. И, кажется, он смотрит на неё точно так же.

День пролетел незаметно в лёгкой, ленивой неге. Вечером, когда солнце клонилось к закату, Соня подошла к Славе, который одиноко стоял у перил террасы, глядя на темнеющий лес.

— О чём думаешь? — тихо спросила она.

— Вспоминаю, — ответил он, не оборачиваясь. — Вспоминаю вчерашний день. Каждую секунду.

Она встала рядом, их плечи почти соприкасались.

— Мне страшно, — неожиданно для себя призналась она.

— Почему?

— Потому что это слишком… огромно. И слишком похоже на сказку. А сказки имеют свойство заканчиваться.

Он наконец повернулся к ней. В его глазах не было улыбки, только серьёзность.

— Наша история только начинается, Соня. И это не сказка. Это — роман нашей жизни.

Он не поцеловал её. Не обнял. Он просто взял её руку в свою, крепко сжал, и они так стояли, смотря на угасающий день, пока их не позвали к ужину.