Двойной подарок и дракон в комплекте

Глава 20

День, которого так боялась Мила, настал. День икс. День, когда во дворец прибывает эльфийское посольство во главе с самим Владыкой.

Едва в ночном небе забрезжил рассвет, Мила открыла глаза. Хмурясь, она силилась вспомнить, как заснула накануне. «Странно, отлично помню, как устроилась в постели, чтобы снова «посмотреть» воспоминания Миланиэль, а потом - ничего, чернота. Странно. Неужели я настолько вымоталась, что обмороки переходят в сон? – догадка не на шутку встревожила женщину, и она, окинув одеяло, села на постели. – Лекаря! Надо лекаря вызвать! Срочно!»

Путаясь в полах длинной ночной сорочки, она, свесив ноги, судорожно пыталась обуть домашние тапочки, которые так и норовили ускользнуть. «Да что же это такое!» - чуть не плача, в сердцах воскликнула она.

«Мама, не надо никого звать», - виновато произнес Дима.

Удрученный голос ребенка заставил эльфийку замереть на месте. Медленно сняв единственную покорившуюся ей тапочку, она вернулась в постель и строго спросила:

«Почему?»

«Мама, ты только не ругайся, ладно? Это я вчера погрузил тебя в сон», - скороговоркой признался малыш.

«Что? – возмущенно воскликнула Мила. – Мне послышалось или ты действительно, без моего согласия и ведома, что-то сделал со мной?!»

«Да, - тихо подтвердил ее сын и уже громче ворчливо добавил, - а что еще мне оставалось делать? Смотреть, как ты доводишь себя никому ненужными ночными сеансами?! Еще бы день, и ты бы рухнула от истощения! А сегодня, между прочим, важный день. Владыка, как-никак, приезжает!»

«Все, что ты говоришь, разумно. Но разве нельзя было мне сказать? Разве я бы не поняла?» - сдерживая себя, спросила она, не желая кричать на ребенка.

«Понять-то поняла бы, но вот послушалась ли – это другой вопрос. Иногда ты бываешь очень упряма!» - парировал Дима.

«Все равно, ты должен был спросить меня», - настаивала на своем Мила.

 «Как будто раньше это нас останавливало?» - себе под нос пробурчал малыш, но был услышан матерью.

«Что?» - задохнувшись от негодования, неверяще выдавила она из себя.

«Когда там, в лесу, мы тебя исцелили, ты особо не жаловалась, что это произошло без твоего ведома», - напомнил он.

«Конечно, речь шла о жизни и смерти. Там и выбора-то не было. И за это я Вам благодарна. Надеюсь, это единственный случай», - но дети как-то разом притихли.

«Та-а-а-ак, - сделав глубокий вдох, протянула Мила, призывая себя к спокойствию. – У Вас три секунды, чтобы признаться. Один, два…»

«Когда вы с папой к полянке шли», - выпалила Мия, последние слова она буквально прошептала.

«А я-то все гадала, с чего это я через раз запинаюсь! Ваших рук, значит, дело?!» - разочарованно произнесла она.

«Мамочка, прости», - тихо произнесла малышка, чуть не плача.

«Да, мамуля, прости, - поддержал ее брат. – Но у нас есть смягчающее обстоятельство».

«И какое же?» - устало спросила Мила, растеряв весь свой запал.

«Мама, ты только выслушай, не перебивая, ругать потом будешь. Ладно? – заручившись ее согласием, Дима продолжил, - так вот. Мы же не знали, что ты останешься с нами. Вернее знали, но верилось в такое с трудом, поэтому и прилагали все усилия, чтобы сблизить вас с отцом. Зато физический контакт помог сделать так, что звериная сущность отца остро на тебя реагирует. Без нашего вмешательства еще неизвестно, когда бы это произошло».

«Но произошло бы?» - педантично уточнила женщина.

«Может да, может и нет, - уклончиво ответил малыш. – Кто знает, учитывая планы отца на тебя».

 Мила скривилась, вспомнив крайне неприятный разговор с супругом за первым совместным завтраком.

«Спасибо, что напомнил, - сухо обронила она. – Так ладно, пора вставать. Сегодня действительно важный день».

«Мама, ты больше не сердишься?» - робко спросила малышка.

«Вообще-то сержусь, поэтому сейчас вы пообещаете, что такое больше не повториться, и будем считать, что инцидент исчерпан», - пошла она на мировую.

«Обещаем!» - хором ответили дети.

«Вот и славно. Теперь пора бы нам и подкрепиться», - оставив все разногласия позади, Мила, сладко потянувшись, поднялась с постели.

За суетой, связанной с тщательной подготовкой к встрече с Владыкой, Мила и не заметила, как пролетело время. Казалось, что буквально вот-вот, совсем недавно она покинула собственную спальню, а теперь одетая с королевским шиком (как супруге Повелителя ей надлежало облачиться в церемониальное парадное платье традиционной ало-золотой расцветки), она, нервно поправляя высокую элегантную прическу, в которую Бельтиса уложила ее длинные волосы, приветствовала дракона, в прошлом нечасто ступавшего на женскую половину супружеских покоев, пришедшего, дабы сопроводить ее в тронный зал.

Окинув женскую фигурку, не утратившую, несмотря на беременность, былой изящности, восхищенным взглядом, наполненным каким-то непривычным трепетом, он неожиданно тепло улыбнулся ей, поцеловав при этом в зардевшуюся щеку.

- Такая красивая и вся моя, - притягивая супругу к себе, чарующим голосом произнес он. А уж нежный, мимолетный поцелуй, доставшийся самому кончику ее носа, привел эльфийку в еще большее смятение. – Волнуешься? – и сколько в его голосе было искреннего участия, что Мила занервничала еще сильнее.