Двойной сюрприз для бывшего

Глава 17. 

– Воронцов, ты в своем уме? – я в шоке смотрю на него и не могу понять, то ли посмеяться, то ли ударить его. Ну, я же девочка, наверное, бить – не очень правильно, учитывая, что он мой вероятный работодатель. Но невесту играть – это выше моих сил, непонятно и…да что тут вообще обсуждать?

Бред полный.

Но Даниил смотрит на меня вполне осмысленно, барабаня пальцами по своему колену.

– Двести тысяч, – произносит он с совершенно утвердительной интонацией. Это даже не вопрос, это утверждение. Он думает, что меня можно купить за двести тысяч! Нет уж. Я, может, и бедна, но на такие сделки не пойду. Еще и без условий!

– Нет, – отвечаю я тут же, качая головой.

– Триста, – он повышает ставку, приподнимая брови, будто бы в удивлении, но им тут и не пахнет.

– Не-ет, – тяну я уверенно, скрещивая руки на груди. Вот, смотри, Воронцов, язык тела знаешь? Это закрытая позиция, защитная. Это значит “нет”.

– Четыреста, – не отстает он. Что это, новый способ найти на человеке ценник? Интересно, за какие коврижки я готова себя продать? Ни за какие.

– Воронцов, я сказала нет. Если ты это хотел обсудить на ужине, то можем закругляться прямо сейчас.

Я злюсь, щеки румянятся, глаза наверняка блестят, и это легко можно принять за возбуждение. А где возбуждение, там и согласие. Только ничего подобного я делать не собираюсь.

Еще чего, невесту его изображать! Что за детский сад? Бредовый поворот из тупых бульварных романов, которые я тайком таскала у бабули. И вот тебе на.

– Лиз, мне нужна помощь, тебе – деньги. Почему бы тебе не выручить меня?

– Потому что я не продаюсь и тебе не доверяю, что тут непонятного? Остановите машину! – я подаюсь вперед, пытаясь привлечь внимание водителя, но он будто глухой. Никакой реакции, ни малейшего поворота головы.

– Мы доедем до ресторана и остановимся. Уже скоро, – хмыкает Воронцов и поправляет пиджак. – У тебя же дети. Судя по тому, как… кхм. Судя по всему, вы живете небогато. Подумай о них, сколько всего можно было бы купить. Свозить их на море.

– А взамен что, переступить через себя? Врать? Нет, Воронцов, я больше с тобой связываться не планирую. После всего, что ты…

– Стоп. Я не сделал ничего дурного. Я тебя любил. Ты меня предала. Я уехал, чтобы начать новую жизнь с чистого листа. А сейчас я даю тебе шанс заработать денег, чтобы сделать свою жизнь лучше. Почему ты отказываешься?

Потому что ты бросил меня беременную! Потому что я тебе не изменяла! Чертов ты идиот!

Но я не говорю этого, почему-то ни слова не вырывается из моих сомкнутых добела губ. Я не могу. Не хочу. Боже, выпустите меня из этой машины…

Но почему, почему он предлагает женщине, которая ему изменила, которая его предала, место около себя, деньги…? Почему просит об услуге? Зачем преследует, если это не физический интерес и не проснувшиеся чувства?

– Тебе это зачем? Нет более сговорчивых дамочек? – хмуро спрашиваю я, перебирая пальцами край платья.

– Нет более похожих, – отвечает он и я хмурю брови.

И на мой вопросительный взгляд, он достает телефон и с минуту копается в нем, а потом протягивает мне.

Я беру телефон в руки, на секунду соприкасаясь с теплыми пальцами сидящего рядом мужчины, и содрогаюсь. Мои руки сейчас холодные как лед, так что эта теплота обжигает.

Но главный шок ждет меня впереди, не экране пафосного тонкого телефона.

С его экрана на меня смотрит ослепительно красивая девушка в красном, явно дорогом вечернем платье.

И эта девушка – я.