Двойня в подарок-2. Семья

Глава 3

Тимофей

Мама… Что там говорит врач? Слушаю вполуха. Одно ясно, ее мучения закончились. А мне так и не удалось проститься с ней. Состояние было стабильное! Вот я и не подумал.

Выборы, семья, освобождение Феди Анквиста. Какие-то важные дела. Все это занимало меня больше.

А мама? Казалось, она будет вечно. Пусть даже старенькая и не в себе. Но я знал, что она есть.

А теперь…

- Что? – охает Лера и тут же добавляет поспешно: – Тима, подожди. Я с тобой.

- Мама умерла, - бросаю я порывисто.

И тут же жена кидается ко мне. Обнимает. Целует. И ревет белугой.

- Тимочка, мой дорогой. Как же так?

- Она болела. Отмучилась, - с трудом выдавливаю я из себя каждое слово. А сам еще до конца не осознаю, что все кончилось.

Кончилось.

- Ты в больницу? Я поеду с тобой, - взволнованно тараторит Лера. – Сейчас Наде позвоню, пусть придет побыстрее.

- Оставайся дома с детьми, - прерываю я нервирующую трескотню. Мне бы сейчас в тишине побыть. Подумать. Повспоминать.

Жена смотрит на меня ошалело. Даже замирает на месте от неожиданности.

- Ни к чему лишние хлопоты, Лер, - замечаю я миролюбиво. – Я сам съезжу в клинику. Подпишу бумаги и обратно. Толку тебе сидеть в коридоре?

- Ну если так, - грустно улыбается Лера. Смотрит виновато. – Я думала…

- Пока одна канцелярия. А завтра все остальное решим.

Осторожно целую жену в лоб. Простой, ничего не значащий поцелуй. Вдыхаю ставший привычным запах чистых волос и примешанный к нему аромат цитрусового шампуня.

На короткий миг прижимаю Леру к себе, грубым наскоком впечатывая в себя тело жены.

- Лера, Лерочка, - шепчу я, изнемогая от боли.

Тонкие пальчики проворно бегут по моей спине, шее. Оглаживают затылок.

- Тимочка, родной, - тихонечко скулит Лера. Приподнявшись на носочки, тянется с поцелуем.

Накрываю ее губы своими. Грубовато вторгаюсь в рот. Мне бы сейчас…

Отрываюсь неохотно.

Там мама. А я о всякой фигне думаю.

- Я поехал, - роняю я, отстраняясь. И добавляю нехотя: – Да не волнуйся ты так. Итог был предсказуем. Только я надеялся на хоть какое-то просветление. Хотел с дочками познакомить…

- Жалко, - печально тянет Лера, обнимая себя обеими руками.

- Ляг отдохни, - киваю я напоследок.

И скатившись с лестницы, в коридоре сталкиваюсь с Богданом.

- Ты чего такой? – изумленно спрашивает друг.

- Мама, - бросаю я негромко. Только одно слово. Но Дан все понимает правильно.

- Я с тобой, - заявляет он решительно.

Киваю, натягивая куртку. И обернувшись, натыкаюсь на Леру, стоящую посреди лестницы. Вытянувшись по струнке, жена застывает лишь на секунду. В карих глазах плещутся недоумение и обида.

«Как маленькая девочка, честное слово», - морщусь я мысленно.

Наши взгляды встречаются на один короткий миг. И Лера, вспыхнув как спичка, разворачивается и несется наверх.

- Детский сад, блин, - бухтит Богдан, выходя из дома.

Понурив голову, иду следом.

Вот чего обиделась? Да еще в такой момент!

Но разбираться нет времени и сил. Потом все равно скажет, не вытерпит.

- Помнишь, твоя мама про нас говорила: «Куда конь с копытом, туда и рак с клешней»?

- Она много чего говорила! – улыбаюсь я через силу. Щелкаю брелком, открывая Крузак.

- Я поведу? – предлагает Дан.

- Не-а, я сам, - мотаю головой. – За рулем мне лучше.

Печально оглядываюсь на дом. Его для матери построил отец. Замечаю в окошке жену. Подняв руку, машу на прощанье. Лера в ответ шлет воздушный поцелуй.

«Моя крепость», - размышляю я, цепляясь взглядом за резной конек мансарды. Рассматриваю панорамные окна первого этажа.

«Наша крепость», - поправляюсь поспешно. Никому не позволю навредить моим жене и дочкам.

Перед глазами тут же появляется расплывшееся в улыбке лицо тещи. Или кем она там мне приходится?

«Тоже мама. Только Лерина», - размышляю я дорогой.

- А помнишь, как тетя Роза нас ругала, когда мы в лес пошли за земляникой?

- Ага, - киваю я, улыбаясь. – Да она просто ангел… была, - добавляю с горечью. – Сколько нам тогда исполнилось? Пять или шесть?

- Вот и я о том же. Это ж надо додуматься, удрать из детского сада и пойти в лес!

- Я бы сдох, если б мои красавицы такое откололи, - выдыхаю я чистосердечное.

- Ты, я смотрю, образцовымпапашей заделался, - усмехается Дан. - Выиграешь приз «Отец года».

- Почему, собственно, года? – хмыкаю я самодовольно. – На всю жизнь!