Двойняшки от миллиардера

Глава 8

Терпеливо жду, пока мой кавалер расплатится, а затем вешаю на плечо сумку и выхожу из-за стола. Я бы предпочла доехать домой на такси, но понимаю, что это будет невежливо. Как-никак Иннокентий – сын маминой подруги. Хотя бы по этой причине стоит постараться соблюсти приличия.

Выхожу на улицу, и свежий вечерний воздух приятно охлаждает горячие щеки. Максима уже давно нет поблизости, но я все еще чувствую волнительный жар от внезапной встречи с ним. Стоит признать, что этот мужчина из прошлого как никто другой умеет выводить меня на эмоции. При этом не прикладывая абсолютно никаких усилий.

Меня и гигантский Гелентваген Иннокентия разделяет небольшая подъездная дорожка. Она настолько узкая, что я самонадеянно не кручу головой: ни вправо, ни влево. Просто уверенно шагаю к автомобилю. И это становится моей ошибкой.

Слуха касается непонятный дзынькающий звук, потом писклявый возглас, а в следующую секунду откуда-то сбоку на меня обрушивается что-то большое и твердое. Глухо охнув, валюсь на асфальт и тут же чувствую острую боль: в ноге, в локте, в ребрах. Пытаюсь понять, что произошло, но картинка перед глазами размывается, будто в нее брызнули водой. Никак не соображу, где верх, где низ и почему я, черт побери, валяюсь на земле.

– Простите! Не справился с управлением! – перед моим лицом возникает прыщавая физиономия паренька, которому от силы лет четырнадцать. – Предки только вчера велик подарили, я еще не очень уверенно езжу, – хватает меня потными руками. – Вы в порядке?

В интонациях мальчишки слышится неподдельное сожаление. С его помощью приподнимаюсь и, кривясь от боли, озираюсь по сторонам. В полуметре от меня валяется велосипед, столкновение с которым, судя по всему, и привело меня к падению.

– София! – из нарастающего гула окружающих меня голосов я выделяю один. Низкий, властный. Пугающе знакомый.

Получается, Максим еще не успел уехать.

– София! Как ты себя чувствуешь? – Багиров подлетает ко мне быстрее, чем я успеваю очухаться.

Опускается передо мной на колени и, осторожно обхватив плечи, заглядывает в глаза.

– София, – повторяет тише. – Ты меня слышишь?

– Да… Да, – ко мне наконец возвращается голос. – Все нормально. Кажется…

Пробую подняться, но ногу снова простреливает и я, негромко вскрикнув, корчусь от боли. Не хочется, конечно, выглядеть нюней-страдалицей, но совладать с собой не могу: уж слишком острые и неприятные ощущения.

– Что с ней? – обеспокоенно встревает горе-велосипедист.

Он, в отличие от меня, в шлеме и прочей защитной экипировке, поэтому, судя по всему, не пострадал.

– Пошел вон! – рявкает на него Багиров. – Прежде чем за руль садиться, ездить научись!

Парнишка затравленно сникает, а Максим вновь обращается ко мне.

– Вставай, София, нужно в больницу ехать. Идти сможешь?

– Да все в порядке, – пытаюсь отнекиваться. – Просто ногу подвернула… Не надо в больницу…

– Надо, – отрезает безапелляционно. – Так ты можешь встать или нет?

Багиров смотрит пытливо, а я вновь молчу. То ли из-за пережитого шока, то ли из-за смущения, то ли еще почему.

– Так, ладно, я сам тебя отнесу, – решительно произносит Максим.

А затем прежде, чем я успеваю что-либо сообразить, отрывает меня от земли, беря на руки. С легкостью, будто я пушинка. А во мне, между прочим, пятьдесят пять килограммов!

В нос забивается терпкий хвойный аромат его парфюма, и голова опять идет кругом. Ни за что не признаюсь, что мне нравится, как он пахнет. Лучше спишу свое волнительное томление на травму головы, которую я, вполне вероятно, получила.

– Брось, Максим, не надо, – лепечу я. – Это всего лишь велосипед…

Он мне не отвечает. Лишь одаривает хмурым взглядом и с напряженным выражением лица идет куда-то в сторону.

– Ба! Софа! Что тут случилось? – восклицает Иннокентий, только что появившийся на крыльце ресторана.

Оказывается, он замешкался и лишь недавно вышел на улицу.

– Я… Эм… Несчастный случай, – слегка повышая голос, поясняю я.

Мне неловко, потому что я по-прежнему нахожусь на руках Багирова.

– Вот это да! – он торопливо приближается. – Давай, мужик, – глядит на Максима, – тащи ее ко мне в машину. Я отвезу в травмпункт. Мало ли что… Надо проверить, целы ли кости и…

– Я сам отвезу, – жестко отрезает Багиров, не дав Иннокентию завершить речь.

– Но… – тот застывает на месте, явно растерявшись.

– Все нормально, – заверяю его я. – Я потом позвоню.

Возможно, это не совсем правильно, но, если у меня все же что-то сломано, я бы предпочла, чтобы рядом был Багиров. Иннокентий – неплохой человек, но эти его профессиональные шуточки… Не уверена, что сейчас это именно то, что я хочу слышать.

Максим подходит к своей машине, подле которой стоит его темноволосая спутница. Вот черт! А ведь о брюнетке я совсем позабыла! Неужели мы поедем в больницу вместе с ней? Втроем?

Девица вопросительно глядит на Максима, но он не обращает на нее никакого внимания. Молча распахивает дверцу своего невообразимо дорогого внедорожника и усаживает меня на переднее сидение. Мне опять становится очень больно, но я подавляю стон, закусив нижнюю губу. Разреветься на глазах у Багировской силиконовой куклы – ниже моего достоинства.

– Максим, это кто? – девица наконец подает голос.

Он у нее чересчур высокий.

– Пострадавшая. Мы едем в больницу, – коротко отзывается он.

А затем наклоняется ко мне ближе, обдавая своим ароматным теплом. На секунду я замираю в ожидании, забыв о боли. Но короткий щелчок, который я слышу через миг, расставляет все по местам: Максим просто пристегнул мой ремень безопасности.

– А я? – теперь я не вижу лица брюнетки, но по-прежнему слышу ее.

– Что ты, Лер?

– Что мне делать? – в ее голосе звенит обида.

– Вызови такси. В чем проблема? – небрежно бросает мужчина, садясь на водительское сиденье.

На мгновенье мне становится жаль девицу. Багиров ведет себя так, будто это не он привез ее сюда. Будто ему вообще нет дела до нее. Наверняка прямо сейчас она выглядит жутко растерянной и возмущенной, но мужчина даже не смотрит. Даже не прощается с ней.