Дворец искрящихся звезд

Глава 9

На утро все бурно обсуждали, как среди ночи гремели колокола. Ожидали, что поймали еще одного магического преступника, но длинный перезвон подразумевал другой сигнал.

Рейна, тяжело проснувшаяся с рассветом, ощущала головную боль и большое желание умереть. Она не слышала колоколов. Ее голова сама прекрасно взрывалась всполохами неясных очертаний вчерашнего торжества, а желудок был готов вернуть съеденное и выпитое. Оставалось загадкой, в какой момент она напилась и по какой причине в ее кубке была не вода. Помнила только смех вокруг, сильные руки, должно быть, Уилла, которые прижимали ее к крепкому торсу. И едва уловимый аромат яблока, перемешанный с деревом.

Адриан танцевал с ней. Вот почему ей до сих пор казалось, что его запах витал в комнате. Он же позаботился о распоряжении для Ириды и Кэллы, подать госпоже Рейне настой против похмелья, сделанный самой Сибилл. В последнем сквозили издевательские нотки принца, от которых девушка скривилась и изобразила тошноту, чем позабавила служанок.

Именно от них она узнала, по какой причине поднялась ночная тревога. Оказалось, ее стала бить Летиция, когда Адриан не пришел ночевать в покои. Девушка в ярости трясла охранников, требуя обыскать все углы во дворце.

— И что, нашли? — спросила Рейна у одного из знакомых стражников, с которым общался Уилл.

Она направлялась в тренировочный зал, где собирали участников Турнира, чей бой состоится в первой половине дня. Голова все еще гудела, но уже не грозила расколоться надвое, спасибо отвару Сибилл, который на вкус был скорее как отрава. Подумать только, как из рук прекрасной поварихи могло выйти «это».

— Нет, не нашли, — ответил стражник, одетый в доспехи. Он тоже бился сегодня, к счастью, не с ней.

Рейна напряглась и огляделась. Если Адриан не нашелся, то дворец бы уже давно превратился в скопище бегающих туда-сюда мужчин в полной боевой готовности. Пропажа принца — весомый повод повергнуть дворец в хаос. Но вокруг было тихо, царила обычная атмосфера приготовлений ко второму дню соревнований. Все встали с рассветом и неторопливо приводили в порядок дорожки, ставили в новом порядке скамейки. Ворота дворца были еще закрыты, поэтому можно было насладиться полупустым пространством дворцовой территории. В воздухе растекались ароматы свежей выпечки и пионов, которые рассадила Хенрика вдоль мощеных дорожек.

— Что значит не нашли? А где тогда тревога и вопли людей вокруг, что драгоценный принц потерялся?

Стражник ухмыльнулся.

— Он сам явился, перед рассветом, вусмерть пьяный, — сказал он. — Никто так и не понял, где он был, принц отказывается говорить с кем бы то ни было.

Память услужливо подкинула картинку стоящего в ее покоях Адриана, они о чем-то разговаривали, и его лицо выглядело серьезным и сосредоточенным. Похоже, не только Уилл сопровождал ее в комнату. О чем они разговаривали с Адрианом? В душе закрались нехорошие подозрения, будучи пьяной и безрассудной, она могла выдать ему все что угодно, все тайны, которые копились долгое время.

Рейна ушла в себя и молчала до самого приходила в деревянное здание.

Второй день Турнира Лучших во многом отличался от первого, радостного и торжественного. Сегодня во дворце не звучал смех, на лицах зрителей застыло сострадание и скорбь. Никто не улыбался. Казалось, мир погрузился в мертвую тишину.

Пятнадцатая годовщина смерти королевы, Гвендолин Фабер. Королевы, которую так любил весь Эланхель. Рейна скорбела вместе со всеми, до сих пор не веря в случившееся. Ей было всего четыре, но она навсегда запомнила день, когда вся деревня трубила о нападении мятежников на дворец искрящихся звезд. За столь длительное время правления последних двух Фаберов крепость впервые подверглась тщательно спланированной атаке, мятежники выбили ворота и перебили половину охраны. Двоим удалось проникнуть в королевский флигель и отыскать в просторных покоях перепуганную женщину, которая держала на руках трехлетнюю дочь.

Они не тронули Мел, но солнечная королева Эланхеля больше не могла озарить мир улыбкой и добротой. Вскоре виновников нашли в Тауруке и предали суду, который справедливо рассудил отправить на гильотину всех тот же день. Месть за убийство королевы свершилась, а Эланхель погрузился в темноту. Отрядов стражи стало больше, гонения на владеющих магией усилились, а вокруг города стали вырастать железные столбы. Магия перестала существовать в этих пределах. Король оставался безутешен и с каждым годом усиливал защиту дворца.

Участники турнира в полном составе выстроились в одну шеренгу и взирали на королевский балкон, где говорил король, отдавая память погибшей супруге. Рядом стояла побелевшая Мел, ее щеки блестели на солнце, мокрые от слез. Адриана нигде не было. На перилах лежала черная обсидиановая корона, увешанная драгоценными камнями, размером чуть поменьше, чем у короля.

Корона королевы Гвендолин Фабер.

Рейна до сих пор считала королевой именно Гвендолин, ей было дико осознавать, что она из претенденток станет следующей правительницей королевства. Из них никто не подходил на эту роль, как бы ни старалась показать себя Летиция.

Речь короля звучала твердо и эмоционально, красивыми фразами он восхвалял королеву Эланхеля и скорбел вместе с народом, а его гнев был направлен на владеющих магией. Король призывал жителей оставаться бдительными и беречь своих близких, чем окончательно растрогал толпу. Женщины плакали, а мужчины глядели перед собой, сжав челюсти. Гибель королевы никого не оставила равнодушным.