Двуглавый Орден Империи Росс. Прибытие в школу магии

Глава 2. Первые последствия переброса

Глава 2. Первые последствия переброса

Убранство жилища меня тоже поразило, впрочем как и подворье, которое я оценил до этого хотя бы и мельком. Предметы быта и незамысловатая кухонная утварь кричат о самобытности и старине давно прошедших эпох, о которых я лишь в учебниках читал. Ну и возможно, что ещё в кино видел каком-то. Скорее всего в документальном.

И всё бы ничего, даже несмотря на раритеты в виде подавляющего большинства деревянной посуды и мебели без стекла, но несуразности мой взгляд вычленил сразу. Это те многие неподдающиеся объяснению мелочи, которые наполняют дом Дарьи. Чудеса какие-то, прямо. Зеркала, кстати, в доме отсутствуют напрочь, как явление.

Или вон, например, старинная прялка, которая сама выдаёт шерстяную нить, наматывающуюся на крутящееся веретено в дальнем уголке от печи. Пест в небольшой ступе молотит что-то, и тоже сам, без участия кого-либо.

– Ты, так и не поведал, кто такие и как в небесах оказалися, – обыденно спросила хозяйка, словно прерванный разговор продолжила. – Да ешо и с утреца, раннего. В кого оборачиваетеся? В птицу ночную, сычиков али сов? – она сама навела меня на пару возможных вариантов ответа. – Чай не мыши летучия, подиж ты? – тут она перешла на вкрадчивую интонацию, словно опасается чего-то.

Я перестал пялиться по сторонам и обратил внимание на вещи, что хозяйка вынесла из своего закутка с закромами.

– Да-а-а... – протянул я, гадая как лучше объяснение дать. – Понимаете, Дарья. Тут такое дело, – замешкался я, активно работая мозгами. – Как не прискорбно мне говорить следующее, но факт остаётся фактом. Я понятия не имею, в кого мы оборачиваемся, как и вообще над вашими сараями очутились.

Женщина кивнула своим мыслям и подошла ближе. Тут она протянула мне отобранное шмотьё своего мужа и отошла к печи, где убрала заслонку и помазала чем-то пирог. Мазала она его при помощи крыла, оторванного от крупной птицы, например от гуся.

– Ещё немноженько и дойдёт, – огласила она результат своей проверки ароматной выпечки. – Да и твоя сестричка вот-вот очухаться должна, – Дарья подсказала ещё один вариант наших с Лериком отношений. – Тады и сядем трапезничать.

А что, вполне себе нормальная легенда получается, раз моя подруга строптивая такая. Брат и сестра – так это вполне приемлемо в нашей ситуации. А ситуация – так себе. Мне в голову лезут дурацкие мысли о несостоятельности надежд на розыгрыш со стороны друзей.

– Сань, а Сань? – из-за печи раздался возглас Валери. – Ты уже позвонил, скорою вызвал? – озадачила меня сходу подруга, да и Дарью смутила. – Тут вообще мобильная связь ловит? Может стационарник есть, связаться с нашими, что бы закруглялись с подколками? А это, что такое на мне напялено? И это? – прозвучали вопросы и Лерка затихла, шурша чем-то.

Я ничего не ответил, ожидая выхода подруги из-за занавески и рассчитывая на пересмотр нашего положения с её стороны.

Дарья вопросительно на меня глянула, округлив глаза от потока непонятных словосочетаний и покачала головой. Выражение же хозяйка создала жалостливое и полное сострадания к болезной Валери.

Я покачал ладонью, типа бывает раз ушиблась, и попытался познакомиться с одеждой, презентованной мне радушной хозяйкой.

– Бредит, ах бедняжка, – высказала свою версию состояния подруги Дарья и подошла ко мне. – Ну хоть очнулась, как я и предсказала. – Я там ей исподнее дала и сарафан.

Я же изумлённо рассматриваю штаны с завязочками и рубаху без пуговиц и воротника, надевавшуюся через голову, как свитер. Отметил, что понятие о фасонах неприемлемо по отношению к этой одежде.

– А это платьице из коллекции какого года? – Лерка снова подала голос, полный нот изумления. – Так-то я вроде разобралась и оделась, только на ноги встать не могу... – добавила она тоном полным смущения.

– Счас Лерик, я помогу! Погоди пару минуток, – среагировал я и спешно оделся, под взглядом бдительной хозяйки, подсказавшей мне где именно у штанцов находится зад, а где перед. – Уже иду!

Зайдя за печь я оценил отвратительный настрой Лерика, уже сидящей на сундуке и одетой в расшитое цветочками и узорами платье, приталенное очень высоко. Она показала взглядом на свои ноги.

– Не слушаются что-то, – сухо пояснила девушка и приняла мою помощь.

Мне ничего не оставалось, кроме как взять её на руки и отнести к столу, где я усадил Лерика на лавку. Неудобство моя подруга испытывает, но у неё нет и намёка на отчаяние, что я прочёл в том, как она старается держаться. Валери и на тренировках умеет отлично держать любые удары.

Прежде чем присесть рядом я отметил, что девушка стала заметно легче по сравнению с тем, что я помню по спортивным занятиям, когда работал с ней в паре, а точнее разминку проводил. Странное ощущение, которое немного обескуражило. Или я вдруг сильнее стал, после того, как нас молнией жахнуло и расщепило на атомы? Настораживает это.

Хозяйка уже вынула пирог и порезала на крупные части. Мне даже вспомнилась одна поговорка из моего детства далёкого. Дословно звучащая так: «Большому куску – рот радуется!»