Двуликая

Пролог.

Камберленд, Англия. 1298 год

В то утро все шло наперекосяк, все, за что ни возьмись. В имении семьи де Форс стояла крайне напряженная атмосфера. Казалось, что даже сама мать-природа ощущает это и вторит происходящему проливным дождем да мерзким холодным ветром. И это в середине лета!

Снующие по своим делам слуги были невольными свидетелями конфликта. Старая горничная вздрагивала и промахивалась тряпкой мимо нужной поверхности всякий раз, как хозяйка повышала тон. Голос у графини де Форс был сильный, хорошо поставленный и звонкий, но в момент гнева по-настоящему пробирал до костей.

– Джеймс, неужели так трудно понять? Чем дольше мы остаемся в этом проклятом месте, тем выше шанс, что скоро нас вовсе не станет! Неужели это имение тебе дороже семьи? Дороже сына? – женщина сжимала в руках письмо с жалобой из близлежащей деревни и смотрела на мужа с искренним страхом.

– Дорогая, ты преувеличиваешь. Набеги шотландцев не столь опасны, как ты полагаешь,– граф устало потер переносицу. Этот спор его сильно вымотал, и длился он далеко не первый день. Особенно теперь, когда нападения на местных жителей участились.

– Не столь опасны… Ты слишком полагаешься на мои силы, муж мой,– графиня сложила руки на груди,– либо же ты правда не понимаешь суть. Они смелеют, Джек. Скоро им будет мало деревень, и тогда они дойдут до нас. Этот дом слишком близок к границе, ты не можешь быть уверен, что они этого не сделают. А я не смогу…– она сделала шаг навстречу супругу и заговорила тише, – не смогу применить свои способности под страхом разоблачения. Ибо в ином случае нас ждут гонения и смерть. Прошу тебя, уедем в столицу! Там сейчас будет куда безопаснее.

– Матильда,– мужчина глубоко вздохнул и подошел к жене. Его руки легли на хрупкие плечи женщины, а заботливые светло-серые глаза встретились с обеспокоенными карими,– пойми, тебе нечего бояться. Я обещал тебе у алтаря, что смогу защитить тебя и твои тайны. Наш сын получит это имение после меня, и мой долг защитить его права и жизнь, а не обрекать его на бегство от мнимой опасности. Я верю в твои силы, да, но не собираюсь ими злоупотреблять…

Графиня ответила мужу так тихо, что никто из слуг не смог разобрать ее слов. Даже снующая под боком горничная. Однако Дэвид, юный сын четы де Форс, услышал все. Каждое слово. В такие моменты он радовался тому, что родился в семье колдуньи. Так легко и непринужденно можно узнать любой секрет, любую тайну! Юноша давно устал от родительских ссор, но скучные уроки были еще хуже. Так что Дэйв вооружился нужным заклинанием и услышал, как его мать сказала:

– Дэвиду меньше всего нужен клочок земли и титул. С этой силой нашего мальчика ждет иное будущее, и ты знал это, когда женился на мне. Джек, заклинаю тебя. Мы должны уехать.

“Интересно, какое будущее она мне пророчит? Развела панику на ровном месте. Если применить пару простых заклинаний, никакие нападки нам страшны не будут. Женщины… Правильно отец говорит, страхов в них больше, чем ума.” – подумал Дэвид, лениво поглядывая в окно. Дождь лил пуще прежнего,– “И кому придет в голову нападать в такую погоду? Только полнейшим кретинам”.

В свои пятнадцать лет Дэвид считал себя вполне взрослым, чтобы прекратить обучение человеческим наукам и окунуться в познание магии. Его учитель, Родерик, всего месяц назад покинул их имение, а юноша уже заскучал. Попытки матери убедить его в том, что жить среди людей безопаснее, оказались тщетны. Дэйв хотел приключений! Сложных заклятий, дуэлей, сражений! Хотел развить свои способности так, чтобы однажды весь мир узнал о нем. Но как это сделать, когда родная мать – тоже весьма сильная колдунья – прячет его среди обычных людей?

– Матильда, да послушай же ты! – не выдержал граф,– это мое наследие! Ты даешь нашему сыну все, что есть у тебя, так позволь и мне оставить ему хоть что–то от себя! Это мой дом! И мы были счастливы здесь больше пятнадцати лет! Я не собираюсь отдавать его из страха перед кучкой сброда!

“Кажется, сегодня это наконец закончится. Надоело. Скука, куда ни глянь…” – парень снял свое заклинание и встал, буквально прервав на полуслове грамотея, что пытался научить его арифметике.

– Довольно на сегодня,– твердо, не терпящим возражений тоном, заявил Дэйв.

– Но ваш отец…

– Я сказал, урок окончен, – холодно отрезал юноша и его глаза сверкнули желтым огнем, – и без тебя тошно. Иди домой, а родителям скажи, что я был умницей.

Легкое гипнотическое заклинание давалось Дэвиду столь хорошо, что даже не нужно было произносить его вслух. Невербальная магия была его коньком, Родерик часто говорил, что в будущем это умение может сыграть ему добрую службу. Дэйв невольно подумал – а не повлиять ли на родителей, чтобы они перестали орать на весь дом? Конечно, мама легко распознает его влияние, так что этот вариант отпал сам собой. Но мысль была заманчивой.

– Юный господин, ваша матушка велела вам спуститься, – оторвал парня от размышлений голос слуги.

“Наверняка будет ворчать, что я применил магию к надоедливому арифметику.” – Дэйв коротко усмехнулся.

– Передай ей, что я загляну после короткой прогулки, – юноша прошел мимо ошеломленного слуги и спустился к выходу из имения. Плащ оказался в его руках быстрее, чем нерасторопный лакей успел сообразить суть слов юного де Форса.

– Но позвольте… – он попытался было образумить Дэвида, но тот лишь махнул рукой, отправляя слугу восвояси.

– И где это ты собрался гулять, позволь спросить? – Матильда все же успела перехватить сына у самого порога.

– Подальше отсюда, маменька. Надоело слушать ваши перепалки и терпеть назойливого человеческого наставника. Дай проветрю голову.

– В такую погоду ты ее скорее застудишь. И следи за словами! Твое упрямство может нам дорого обойтись, ты еще не настолько силен и опытен, чтобы самостоятельно защитить себя, – женщина осторожно коснулась плеча Дэвида, на что тот отшатнулся и покачал головой.

– Я сильнее, чем ты думаешь. Хватит меня недооценивать, и послушай уже отца. Если мир столь опасен для таких, как мы, то в столице нам тоже не будет покоя. Так что будь добра – остынь, – его голос звучал издевательски-холодно, а в глазах было столько бессильной злости, что Матильда невольно вздрогнула и опустила взгляд. Выглядела его мать при этом весьма жалко. Такая сильная и мудрая колдунья, Матильда де Форс, боялась кучку жалких шотландцев! И еще смела недооценивать своего родного сына. Женщины…