Двуликая. Становление.

Глава 21

Интерлюдия

На окраине столицы, в густых тенях трущоб, где свет лишь бледное воспоминание, царит атмосфера постоянного страха. Здесь, среди зияющих трещин в стенах старых зданий, бродят воры, насильники и головорезы. Они — хозяева этого мира, где человечность вытесняется жадностью и ненавистью.

Улицы, заваленные мусором, источают гнилостный запах, колеблющиеся тени создают иллюзии, словно невидимые наблюдатели следят за каждым шагом. В каждом переулке слышны шепоты страха, как будто само пространство наполнено душами тех, кто никогда не вернулся домой. В таких местах надежда тонет, как молчаливый крик, затерянный в недрах тьмы. Время здесь словно замедлено, а страх, витающий в воздухе, становится частью жизни.

В старой, покосившейся от времени, полуобвалившейся, заброшенной халупе мелькнул и пропал желтый огонек. Блики свечи стоящей на столе в центре маленькой комнатки плясали по стенам с трудом выхватывая из теней очертания покосившейся мебели, облупившийся штукатурки и забитых досками окон. За столом сидели трое в плащах с глубокими капюшонами и тихо переговаривались.

– Он постарался как следует на охранной системой, я отправлял пятерых высших ищеек, и они вернулись ни с чем. Даже прослушку не смогли установить, – у первого говорившего был низкий и гулкий голос, как будто камни осыпались в горах – и это были мои самые лучшие кадры. Будь это любой другой маг, его защиту смяли бы как карточный домик и давно отправили бы девицу в наши застенки, а так… – он раздраженно махнул рукой.

– Мне, к сожалению, тоже не чем похвастаться, – прожурчал нежный женский голос из-под второго капюшона – защита действительно абсолютная, ни малейшей щели, ни одной неправильно уложенной линии. Идеальная работа! – в ее голосе слышалось восхищение.

– Если вы не можете пробраться сами, отправьте бесов или херувимов, пусть подселяться в стариков. Они раз в неделю выезжают в деревню за продуктами, по дороге их и подловите – третий голос был неприятный, шипящий.

– Этот план был запасным, ровно до изучения защиты поместья. Она просто не пропустит одержимых обратно.

– Я же говорю, идеальная работа. Я в восхищении!

– И что вы предлагаете? Сидеть и ждать, когда девчонка войдет в силу и станет засовывать свой нос во все щели?! Вы же понимаете, что она уже знает, кто ее родители и наверняка постарается выяснить, что с ними случилось? – шипящий нервно побарабанил пальцами по столу.

– Раз мы не можем попасть в поместье, значит необходимо выманить ее наружу. И не просто выманить, а так, чтобы она избавилась от своих защитников, и сама радостно прибежала к нам – первый капюшон задумчиво откинулся на спинку стула.

– Девчонка ведь воспитывалась в труппе, наверняка у нее там были друзья и дорогие людишки. Нужно найти их и использовать как приманку.

– Труппу распустили, как только двуликая оказалась в столице, где сейчас искать этот сброд? – в голосе женщины было слышно явное презрение.

– Никого искать не нужно, – прогудел первый из сообщников – мои ищейки следят за каждым членом труппы, а с одной девицей командир ищеек даже умудрился отношения завести. Она много чего ему поведала о двуликой, зависть и ненависть помогли развязать язык, командиру даже напрягаться не пришлось. Один заинтересованный вопрос о жизни в труппе и поток информации лился не переставая. Из того, что он узнал выходит, что вся труппа нам не нужна, достаточно ее руководителя по имени Эдуардо и его правой руки Аро. Эти двое самые близкие в жизни двуликой, практически семья и ради них она, не задумываясь рискнет своей жизнью. Они оба сейчас в Оруме, один ходит по друзьям и кабакам, а второй устроился личным телохранителем к избалованной дочке министра.

– Ох, эта девица та еще дрянь, подлая, циничная, наглая, – шипящий хохотнул – воткнет нож в спину и пойдет спокойно чай пить. Ироничный выверт судьбы, что друг двуликой на побегушках у девицы, которая ее всей душой ненавидит и которая, вместе со своим папашей наточили зуб на двуликую. Они им успела дорожку перебежать, когда заняла место ученицы архимага, на которое министр планировал пропихнуть свою дочь. И не только на место ученицы, но и в его постель.

– А еще про демонический народ плохо отзываются, эта беспринципная семейка даст фору в жестокости многим моим палачам. Ищейки следят за ними уже год и такое рассказали, что даже мне иногда становится не по себе – первый капюшон неодобрительно покачал головой.

– Ты смотри-ка! Глава демонической теневой службы осуждает людишек за жестокость, где-то что-то сдохло! – женщина залилась в хохоте.

– Без имен! – зашипели на нее с двух сторон. Но она как ни в чем не бывало продолжила:

– Эти двое помешали нашим планам, и именно они виноваты в том, что двуликую спрятали в надежном убежище. Если бы эта девица не лезла со своими неумелыми интригами, Ламия давно была бы мертва. И наш многолетний план не стоял бы под угрозой. Их нужно убрать с дороги, тогда слухи о причастности двуликой к нападению на принцессу утихнут, и она выберется из своей норы.

– Нет, слишком долго, предлагаю вернуться к использованию ее друзей как наживки, хорошо, что их двое. Буквально вчера мне доставили свежее донесение из дворца. Король и император соседней Аккадии договорились подписать пакт о взаимопомощи и торговых отношениях. В связи с этим через две недели император прибывает с дружественным визитом в Орум и Кристиан устроит бал в его честь. Мой доносчик узнал, что двуликая будет обязательно присутствовать на балу. Король в частной беседе предупредил Амиша, чтобы тот успокоился и дочурку свою приструнил, и в сторону Ламии даже не дышали, в противном случае, поедет лично решать стычки с горцами Шекеша, а дочь отправится на полгода в закрытый женский монастырь на очищение души. Видимо Кристиану тоже надоела вся эта мышиная возня. Амиш зубами, конечно, поскрипел, но прямого приказа короля ослушаться не посмел, поэтому двуликая точно будет на балу и это наш шанс наконец-то её поймать.