Двуликая. Становление.

Глава 23

– Свет и тень, ночь и день, мир спасти... путь пройти... Свет и тень, хм... – я задумчиво смотрела в окно и вслух проговаривала слова предсказания Низы. Время близилось к балу, а моя тревога все росла и росла. Что-то должно произойти, что-то связанное с этими словами, в них кроется подсказка и я обязана её найти.
– О чем бормочешь девочка? – сзади тихо подкрался Левон, мягко боднул меня в бедро и подставил гриву под мои пальчики. Он всегда так делал, когда я что-то обдумывала или начинала переживать.
– Я вспоминаю предсказание, которое мне однажды сделала Низа. Это моя названая мать, которая воспитала меня, она была гадалкой и перед своей смертью сделала предсказание обо мне, я бы даже сказала пророчество, – я грустно вздохнула, вспоминая любимого человека – И если с первой часть более-менее понятно, то вот вторая меня озадачивает. Я никак не могу понять, что меня ждет.
– Расскажи мне его, о чем это предсказание? – попросил Левон.
– Свет и тень, ночь и день. Все в тебе.
Горе и радость, горечь и сладость.
Две половинки сердец.
Ты начало начал, когда свет прокричал,
Когда рухнула тень, ночь сменила день,
В мир явилась ты.
Смерть начало пути, ты его пройди,
В конце найдешь того, кого и не искала.
Он покажет свет, заточенный в клеть
Сломанный замок приведет в начало.
Мир накроет тьма, началась война.
Свет и тень, ночь и день,
Мир спасти, путь пройти.
Я продиктовала предсказание наизусть. Каждое слово словно врезались в мою память вместе с тем кошмарным днем моей жизни, о котором я бы не хотела вспоминать никогда. Но эти слова снова и снова прокручивались в моей голове голосом Низы.
– Вот смотри, — я присела в кресло у камина и начала разбирать каждую строчку – Свет и тень, ночь и день, все в тебе, мне кажется здесь речь идет о моих родителях, ангел и демон – это свет и день, и обе эти части воссозданы во мне, двуликой. Часть про горе и радость и сердца – это про их жизнь. А дальше часть про мое рождение и их исчезновение: «Когда свет прокричал, когда рухнула тень, ночь сменила день, в мир явилась ты».
– Пока логично и совпадает с произошедшим – задумчиво кивнул Левон.
– Дальше идет строка про мое перерождение: «Смерть начало пути, ты его пройди», я ведь тогда умерла как человек и переродилась в двуликую, – я побарабанила пальцами по подлокотнику, вспоминая весь свой ужас и непонимание происходящего. Как же хорошо, что со мной рядом были Эдуардоо и Аро, интересно, как они там... вот бы увидеть их... Тяжело вздохнула и продолжила – А вот следующая строка совершенно непонятная: «В конце найдешь того, кого и не искала». Это точно не могут быть мои родители, потому что их я буду искать очень упорно. Я хочу понять, что же случилось восемнадцать лет назад и почему я осталась совершенно одна. Эта строка ставит меня в ступор, кого я не искала, но должна найти?
– Кто бы не был этот загадочный «он», этот человек, судя по следующей строке должен помочь тебе найти мать «заточенную в клеть» – Левон подключился к разгадыванию этой загадки. Как говорят одна голова хорошо, а две это уже мутант, но думается быстрее.
– Да, я уверена, что мои родители живы, но их спрятали. Почему, зачем и где – вопросы на которые я найду ответ чего бы мне это не стоило. Если есть хоть малейшая надежда найти их, я не отступлю.
– Мне нравится твой решительный настрой, – произнес лев, прищурившись – но ты должна понимать и быть готовой к опасности на своем пути. Сеера и Анаэль были сильнейшими среди своих, и нашлась сила, которая смогла их поработить и спрятать от всего мира, их враги отличаются хитростью и мощью. Ты должна сосредоточиться на своих силах и уметь распознавать ловушки.
– Я знаю, что на пути много преград и опасностей, но это не остановит меня. Я чувствую, что близко к разгадке. Я слышу шепот теней, они предупреждают меня, что круг сужается. Мы должны быть готовы.
– Не переживай девочка, мы со всем разберемся вместе. Я всегда буду рядом с тобой.
Я опустилась на пол рядом с моим соулом и крепко обняла его за шею. Я больше не одна в этом мире, и никогда не буду одна. Рядом с Левоном тревога и чувство угрозы отступали.
– Мы вместе, навсегда? – улыбнувшись, спросила я, прижимая его к себе и зная его ответ.
– Всегда вместе, – он лизнул меня в нос и вернул к прерванному разговору – что там дальше было в предсказании?
– «Сломанный замок приведет в начало». Видимо, сломанный замок на клетке, в которую заточена мама, но в какое начало он приведет? Когда все началось? И дальше «мир накроет тьма, началась война», значит ли это, что освобождение моих родителей приведет к войне?
– Может быть, это всего лишь метафора, – задумчиво произнес он – В рунической науке символ замка означает безопасность, сохранение, секретность. Может, тут идет речь о потере безопасности, которая приведет к тем последствиям, с которых все началось? Или например, что раскроется какой-то секрет, о том, с чего все началось?
– Звучит странно и запутано, но не будем отметать и такой вариант. А что ты думаешь о войне? – спросила я, пытаясь уловить его мысли. Он снова взглянул на меня, усиленно размышляя.
– Мир накроет тьма, началась война, свет и тень, ночь и день, мир спасти, путь пройти. Тебе не кажется, что тут чего-то не хватает, как будто незавершенная часть?
– Возможно, Низе тогда стало совсем плохо, она умирала и уже с трудом говорила, – я всхлипнула, на глаза накатили слезы, а в горле встал ком.
– Ну-ну, малышка, не грусти. Есть в моем мире такое поверье, хороших людей нужно вспоминать с улыбкой, тогда их жизнь в новом мире будет счастливой.
– Но как же я могу улыбаться, если сердцу так больно? – прошептала я, искренне желая понять, как можно радоваться воспоминаниям, когда каждое из них приносит такую тоску и боль.
– Понимаю твои чувства, – тихо ответила он – но вспомни, как Низа смеялась, как её глаза светились радостью, как она обнимала тебя. Каждое мгновение счастья – это дар, который она оставила тебе, и ты можешь хранить этот дар в своем сердце.
Я благодарно прижалась к Левону, шмыгнула носом и вытерла слезы. Что-то я совсем расклеилась в последнее время, нужно это исправлять. Лев совершенно прав, мне нужно помнить Низу с улыбкой, помнить ее заботу, ее смех и любовь, а не последние минуты.
– Так! Хандру долой, – я преувеличенно весело вскочила на ноги – скоро бал, и у нас назрел самый животрепещущий вопрос всех времен и народов!
– Дай-ка угадаю, – Левон насмешливо прищурился – что надеть?
– Что мне надеть?! – в голове закрутились образы великолепных нарядов: нежно-розовое с серебряной вышивкой, глубокое синее с бриллиантовыми акцентами, или, может быть, классическое черное, которое подчеркивало бы каждую линию фигуры. Но это еще не все! Нужны будут аксессуары, прическа, макияж...
В дверь дважды стукнули и не дожидаясь ответа открыли. На пороге стоял Нортон, такой уставший, такой родной, с серьезными глазами, но мягко улыбающийся.
– Я тут случайно услышал вашу беседу. Мия, у меня для тебя кое-что есть, пойдем, посмотришь и оценишь, что я подготовил для тебя на выход.
– Нортон! – взвизгнула я и подбежав повисла у него на шее – Ты приехал!
Он мягко заключил меня в теплые объятья и уткнулся носом мне в макушку. Мы на мгновение замерли, наслаждаясь присутствием друг друга.
– Я скучал по тебе, – произнес он, отстранившись, чтобы посмотреть в мои глаза. В них горели искорки смеха, отражая радость встречи.
– И я! – ответила я, улыбнувшись – Что же ты приготовил для меня?
Нортон, рассмеялся, подмигнул и повел меня в сторону гостиной, где меня ждал сюрприз. За нашей спиной Левон фыркал по поводу того, какие же девочки предсказуемые. Только что решала вопросы мировой важности, а через секунду бежит платьишки выбирать.
На одном из диванчиков были разложены свертки различных размеров. Схватив самый крупный из них, я потянула ленты, развязывая красивый бант и развернула упаковку и вытянув из свертка шикарное платье, я ощутила, как ладони покрываются мурашками от восторга. Корсет был светло-сиреневый, практически белый, но постепенно спускаясь к подолу он переходил в глубокий фиолетовый, практически черный цвет. Поверх корсета выла нанесена замысловатая вышивка серебристой нитью. Рисунок перетекал с корсета на юбку и расходился по подолу стрелами. По шлейфу были нашиты воздушные шелковые бабочки, крылышки которых трепетали при каждом моем движении. Это платье было произведением швейного искусства. Легкость тканей создавала ощущение невесомости, а серебристая вышивка, переливаясь на свету, привлекала взгляды.
Я с трудом оторвала восхищенный взгляд от этого великолепия и перевела его на Нортона. Он, явно довольный моей реакцией, с гордым выражением лица наблюдал за тем, как мои глаза светятся от восторга.
– Это еще не все, — произнес Нортон, и подойдя поближе взял меня за руку и провел по вышивке в районе талии. Я почувствовала под пальцами уплотнение и удивленно посмотрела на архимага.
– Я знаю, что ты очень много тренировалась и каких успехов достигла, и ничуть не сомневаюсь, что в случае нападения ты сможешь себя защитить, но на всякий случай в платье вшиты артефакты защиты и маячок. А еще, — он переместил мои пальцы по шву юбки в районе бедра – небольшой и очень острый кинжал.
– А кинжал-то зачем?!
– На случай, если ты вдруг не сможешь воспользоваться магией. Я стараюсь предугадать любую опасную ситуацию, и не хочу, чтобы ты осталась без защиты и пострадала. Но и это еще не все, разверни остальные свертки.
Я аккуратно опустила платье на кресло и потянулась к остальным подаркам. Ну что же, у Нортона получилось меня поразить. В комплект к платью мне презентовали прекрасные туфельки, со скрытыми в подошве кинжалами, которые выскакивали из мыска туфельки, перчатки в тон корсажа, также с вышивкой, которые нагревались, если в угощении было зелье или яд, великолепная парюра из сочных фиолетовых аметистов, на удивление без встроенных сюрпризов и гребень для волос, так же украшенный сапфирами, который легким движением скрытого замочка превращался в набор метательных ножей. Однако! Вот это вооружение для королевского бала. Я задумчиво присела рядом с вскрытыми свертками и настороженно посмотрела на Нортона. Радость от полученных подарков улетучилась, передо мной лежал не бальный наряд, а доспех для боя. Я ощутила как холодок пробежал по спине, и почти уснувшая тревога обрушилась на меня с новой силой.
– Нортон, в чем дело? На балу планируется нападение?
Нортон медленно опустил взгляд, будто собирался умолчать правду, но потом решительно вскинулся и посмотрел мне прямо в глаза. Его брови сильно сдвинулись, а губы сжались в гримасу.
– Я не могу сказать точно, будет ли нападение или нет, – произнес он, и в его голосе звенела тревога – Но некоторые закулисные движения показывают, что от нас требуется подготовленность. Надеюсь, что я все же ошибаюсь, но мы должны быть на чеку.
Ну что же, тени шептали мне предупреждения об опасности не зря. Значит на балу произойдет нападение, и наши враги наконец-то раскрою свои карты. Сердце колотилось, как истерзанное, но я знала, что отступать некуда. Я сделала глубокий вдох и, собравшись с духом, твердо сказала:
– Я буду готова!