Двуликий Янус

°explanation time°

Эмили

Уже стоя возле входной двери, Джаред обернулся. Глянул сначала на меня, после перевел веселый взгляд на Денали, который стоял, облокотившись плечом о стену.

— Тебе стоит сообщить мне, когда ты поймаешь этого маленького засранца, недоохрана которого  сегодня заставила нас попотеть. — Клайд усмехнулся, опустив голову. — Потолкуем с ним. Я ему кое-что разъясню, а после, так уж и быть, разрешу тебе его прикончить пулей в лоб. Но перед этим я сам прострелю ему коленку.

— Хорошо, — сдерживая смех, пообещал хозяин квартиры.

И как только дверь за парнем закрылась, я, сложив руки на груди, посмотрела на Клайда. Пытаясь скрыть дрожь в теле, заговорила:

— Ладно, я уже почти привыкла к тому, что ты чертов убийца. Но Джаред…

— Он мне просто помогает, — перебил меня тот. — Иногда.

— И каковы последствия этого вашего плана «П»? — спросила у него, однако голос дрогнул, выдав меня с потрохами. — Что за заказ у тебя был? Грозит ли нам что-то?

— Все под контролем.

— Уверен?

Денали замолк на пару минут, задумавшись. Я терпеливо ждала ответа. И с каждой секундой мое сердце лишь сильнее билось в грудной клетке, желая выпрыгнуть наружу.

— Уверен, — наконец-то, мне соизволили ответить.

Неожиданно мы пересеклись взглядами. И теперь мы не могли отвести глаз. Я почувствовала мурашки, что пробежали по спине.
Я смотрела в эти карие, такие красивые и глубокие глаза, пытаясь понять, что же сейчас творится в голове Клайда. Хотелось прочитать мысли, узнать, что же тревожит его. Узнать, думает ли о том, что случилось вчера. О том поцелуи, который не давал покоя. Я желала рассказать ему о тех чувствах, переполнявших меня в то самое мгновение, когда его губы коснулись моих. Но я никак не могла отыскать в себе силы, чтобы начать этот разговор. Горло сдавил спазм. И все, что я могла в эту минуту, так это смотреть в его темные глаза и тонуть.

Сейчас, глядя в глубокие омуты карих глаз, я осознала свою ошибку. Поняла все то, что до сегодняшнего дня  было для меня загадкой. Я не хочу терять человека, который стоит передо мной, заглядывает прямо в душу (чего я не могла сделать в ответ). Клайд, словно читал меня, как открытую книгу. Видел и ощущал все то, что бурлило где-то внутри в эти секунды. Слова были излишни.

Мы оба все понимали. Но, кажется, не хотели верить в это. У каждого на то были свои причины. Однако они  были столь глупы и недостойны, что озвучить их было стыдно. Судьбе было угодно соединить наши пути. Так почему же мы отказываемся от шанса сблизиться? Почему продолжаем возводить стены вокруг себя, загоняя собственные чувства в темную комнату, закрывая ту на замок?

Или… Я все это придумала себе? Лишь выдаю желаемое за реальность?

— Я переживала, — практически прошептала я, наконец, разорвав зрительный контакт.

— И я переживал, — отозвался Клайд, взяв меня за руку, заставляя вновь посмотреть на него.

— Я зла на тебя.

— Понимаю, — кивнул парень. — Но другого пути не было, поверь мне.

— Думаю, что можно было обойтись без крови.

Денали покачал головой, отрицая сказанные мной слова. Сильнее сжал мою руку в своей.

— Не хочу знать, что ты убийца.

— Но я убийца, — пожал плечами Клайд. — Меня уже не исправишь. Я сделал выбор, дружок.

— Так откажись от него, — с надеждой в голосе, попросила его я.

— Не могу, — выдавил из себя тот. — Я погряз в этом. Руки по локоть в крови, она уже не отмывается. Я одержим этим, дружок. В моем существовании нет иной цели. Я ни к чему уже давно не стремлюсь, — он наклонил голову в бок, чтобы заглянуть в мои глаза. — Я существую ради тех чувств, что овладевают мной вовремя убийства.

— Ты лжешь! — перебила я. А по щекам побежали непрошеные слезы.

— Нет. Я честен с тобой, Эми. Поверь мне, если бы я только мог, давным-давно бы уже отказался от этой скверной жизни. Но я не могу.

— Откажись ради меня, — нет, я не просила,  я требовала.

Клайд отстранился, опустив руки по швам.  

— Значит, — проводя тыльной стороной ладони по щекам, смахивая слезы, выговорила я, — я ошиблась?

Денали прошел к столу, сел на стул, уронил голову на руки.

Рвано дыша, ожидая ответа, я сжала руки в кулаки. Хотелось кричать, рыдать, выть. Я сдерживалась из последних сил. Но стоило мне вновь заговорить, голос подвел меня, сорвавшись.

— Ответь мне, Клайд! Я ошиблась?!

Он покачал головой, провел рукой по лицу. Посмотрел на меня, облизав губы.

— Не ошиблась.

— Тогда…. — сделала шаг в его сторону, — в чем причина, Клайд? В чем дело?

— Я десять лет убивал, — медленно, растягивая слова, начал Денали. — Я привык к этому. На протяжении  десяти лет я был один. И мне было хорошо. Я делал, что хотел и когда того хотел. Я столько лет отгораживался от людей, что сближаться после с кем-то уже, увы, не получалось. Да и не было смысла, — он прожигал меня безумным взглядом, который не сулил ничего хорошего. — Я страдал, разрушал самого себя, но не просил помощи, не жаловался. Я — одиночка. Я всегда был таковым, меняться не хотел. Я потерял всех близких, дорогих, любимых людей. Я сломался. Был вынужден существовать дальше, не ощущая поддержки семьи. Существовал, зная, что никто не стоит позади меня, никто не поймает, если начну падать, никто не заметит, если умру. А со временем, я стал забывать лица дорогих мне людей. Но я нашел выход. Чуть ли не каждый день пичкал себя наркотой, лишь бы вновь почувствовать такой родной, однако далекий запах матери. Я стал находить удовольствие в том, что имел. Я убивал с улыбкой на лице, прекрасно понимая, что назад пути уже нет, что я стал тем, кого ненавидел в детстве. Я осознал, что превратился в ужасное существо с каменным сердцем. Превратился в убийцу собственной семьи, — он умолк, отвел карие глаза в сторону. После недолгой паузы продолжил; голос парня звучал глухо и надломлено. — Я не помню, как это… Любить, заботиться, сопереживать. Глупо отрицать то, что внутри меня что-то бунтует, горит, сопротивляется, не хочет отпускать тебя. Тебя, человека, который впервые за столь долгое время не отвернулся от меня в первый же день. Джаред не в счет, — горько усмехнулся Клайд — Я видел и чувствовал, не смотря на то, кто я есть, ты хотела помочь, поговорить. Я видел этот взгляд, дружок. Он меня бесил. Однако только лишь в начале. Потом… Потом все стало как-то сложно. Никак не получалось выкинуть тебя из головы после того, как ты села в тачку Наймана.  Я не понимал, да и сейчас не понимаю, что произошло. Меня не торкали слова Джареда о тебе, не мысль о том, что ты можешь быть мертва… Я и сам мечтал застрелить тебя. Все было, как раньше. Но вчера… Что-то изменилось. Я возжелал чувствовать тебя, быть рядом. Ты совершенно не знаешь меня, дружок. Но я не хочу открываться тебе по той самой причине, что боюсь разочаровать тебя своим гнилым внутренним миром. Ты ждешь от меня ответа, симпатии, чувств… Я боюсь, что не смогу дать тебе того тепла, который дал бы кто-то другой. Я боюсь не отыскать в себе тех сил,  что могли бы сблизить нас, помогли бы узнать друг друга. Я не хочу стать ошибкой в твоей жизни.