Дьявол моей мечты

Глава 7. О гундениях, безнадежности и Абрикосе

Зачем он так сделал? Что за «спасибо за сегодняшний день»? За что именно? Это больше похоже на какую-то уловку, чтобы посеять во мне сомнения. И да, у него получилось.

Я не понимаю, что он задумал. А еще мне страшно оттого, какое желание он хочет мне загадать. Это же Дьявол, черт возьми. Пугает и сводит с ума. Словно кукольник, дергающий за веревочки, а я его марионетка. Ни в коем случае нельзя проигрывать ему на конкурсе! Иначе все может плачевно закончиться для меня.

Но есть огромная загвоздка: КАК МНЕ ВЫИГРАТЬ?!

Я более или менее пришла в себя после вчерашнего сумасшедшего дня, и это первая мысль, посетившая мою растрепанную голову.

Сегодня воскресенье. Специально, чтобы отдохнуть. Но, кажется, Лера этот день проведет в нервотрепке, грызя карандаши. Что обычно показывают на конкурсе талантов? Стихи сразу отпадают, это беспрецедентно проигрышный вариант, да и с памятью у меня так себе. Песня? Пусть голос у меня и громкий… Но, наверное, даже чересчур… Танец? Пф, запишите меня танцующую на видео, а потом вместе поржем с попкорном — лучшей комедии на свете не придумаешь.

Все. Больше вариантов нет. Черт!

Попыталась спросить совета у родственников... Мама, задумавшись, покинула реальность на несколько часов. Мда, я впервые видела у нее настолько задумчивое выражение лица. Веру я спрашивать даже не хотела, но она, гадина, услышала, когда я интересовалась у папы. Нетрудно догадаться, что она выполнила долг старшей сестры и посмеялась, сказав, что никаких талантов у меня нет. Я постаралась не обращать на это внимания и искала спасительных слов в папиных глазах, в которых… снова мутнел пофигизм. Блин, папа был единственной надеждой, но он только почесал голову и даже ничего не сказал.

Спасибо, дорогие мои.

В общем, я почти бездарно провела заслуженный выходной день. Конечно, вроде был еще месяц для подготовки, но я точно понимала, что нужно уже сейчас прикладывать усилия, если я действительно хочу победить.

Однако вот что интересно… Островский в противовес мне оставался спокойным и ни капли не волновался. Это приводило в растерянность. На следующий день я шла в школу и не могла не остановиться, чтобы понаблюдать за ним. Как раз шла тренировка по футболу, и он невозмутимо набивал мяч на одной ноге. Его расслабленность настораживала... Неужели у него уже готов беспроигрышный номер?

Я мысленно посылала в него проклятия, чтобы он не выступал на конкурсе талантов, а спокойно сдался. В какой-то момент на меня сзади кинулось нечто, излучающее любопытство и восторг. Обернувшись, я увидела рыжую девчонку с выступающими передними зубами в широкой улыбке и глупым взглядом.

— Привет! — выкрикнула она мне в лицо.

— Э… Ты кто? — немного отстранившись, поинтересовалась я.

— Я? Я, я, я… — девчонка почти задыхалась от переизбытка чувств, подпрыгивая на месте. — Меня зовут Даша! Я из девятого «В»! Я знаю тебя! Всегда знала! Ты такая крутая! Я тащусь от тебя! Как классно ты поставила Глеба Островского на место!

Она скороговоркой выкрикивала самые разнообразные хвалебные фразочки, отчего я… не смутилась, но впала в ступор. Эта девушка даже Сахарка в активности перебьет.

— М, очень приятно, Даша. Я Лера, — криво улыбнулась я. — А откуда ты знаешь меня? И про Островского? Тебя ведь не должно было быть на Посвящении.

— Да об этом вся школа знает!

— Неужели? — я даже испугалась.

— Ага! — весело поддакивала она. — Я правда-правда тобой восхищаюсь! Я хочу быть такой же, как ты! Ты классная и красивая!

Черт, что со всеми приключилось вдруг? Почему меня стали так захваливать, стоило надеть какое-то платье? И то сейчас я уже в привычных черных брюках, белой водолазке и с мышиным хвостом.

— Спасибо, Даша… — все, что я могла сказать, пребывая в шоке.

Я направилась в школу, а эта девочка поперлась со мной, кружа вокруг. Мне было как-то неудобно просить ее не преследовать меня (хотя очень хотелось).

В школе действительно все знали, что творила Марсианка на Посвящении… Да они там вообще с ума все посходили!

Стоило открыть дверь и оказаться в фойе, как на меня накинулась толпа. При этом многие были с телефонами и записывали меня на видео! Господи, я стала звездой школы! Наверняка на записях у меня было уродливо-офигевшее лицо. Все вокруг спрашивали, что я собираюсь показывать на конкурсе талантов, словно репортеры у скандальной личности. Право слово, только вспышек камер не хватало.

Всю толпу в основном составляли эти «репортеры», интересующиеся моими мыслями и планами на ближайший месяц, но помимо них были и другие. Некоторые парни с рокерским жестом и ахтунгом пытались заговорить со мной и кричали всякие комплименты. Были и девушки, которые пытались поставить меня на место, заставив публично извиниться перед Островским. Их было достаточно, но настойчивость «репортеров» перебивала их возмущение. Я бы и сама им возразила, но такое давление всерьез меня напугало. Слишком внезапно! Я правда растерялась.

Не знаю, что бы со мной случилось, если бы не… Кто-то резко прижал меня к себе, и на время вся болтовня вокруг прекратилась. Я тут же распахнула глаза, упершись взглядом в чью-то грудь, а подняв голову, была знатно удивлена. Меня спас Абрикос. Нет, все-таки лучше будет назвать его Сашей. Абрикос — это вечное дитя, постоянно задирающее меня, а Саша… Мда, такими темпами его репутация придурка сведется к нулю.

— Успокойтесь! — Мой затылок утыкался ему в подбородок, и, черт возьми, я впервые слышала его голос таким серьезным и даже угрожающим. — Заняться больше нечем? Проваливайте по своим делам и не лезьте к ней!

Толпа немного расступилась, проглотив свои языки, а Саша, продолжая удерживать мое плечо одной рукой, повел меня по направлению к кабинету. На самом деле, я была в шоке. Что случилось с этим парнем? Когда он стал таким? Неужели за лето успел поменяться? Вырос?

И мне вдруг стало грустно… Потому что, сколько ни вспоминай, а с Абрикосом связано самое яркое и веселое, что только могло быть в моей жизни. И теперь, когда он стал взрослым, оставив меня одну дурачиться в детстве, это не могло не огорчать. Неужели мы больше не будем смеяться на весь класс, болтать о ерунде и даже в шутку драться? Я не хочу этого.