Дьявол всегда рядом со мной

Глава 20

20.1 

Мое сердце поразило сомнение. Оно вообще всегда так реагирует, когда дело касается Кирилла. Я начинаю дергаться, обдумывать по десятому кругу, находить какие-то странные отговорки, искать лазейки. А сейчас, зная, что Соболев живет один, что рос без мамы, а рядом был такой отец-тиран, тем более не могу вот так спокойно стоять. Чувство вины ложиться на плечи и сжимает их, как если бы на меня повесели бидоны с десятью литрами на каждую сторону.  

Мальчишка тем временем медленными шагами отдаляется, направляясь самостоятельно в сторону больницы. Не так я себе представляла этот день, да и вообще, все как-то перевернулось. Перед глазами до сих пор стоит Ксюша с ее этой ангельской улыбкой. От одной мысли, что она касалась его волос, воротит. И как бы не пыталась понять, не могу объяснить своего поведения. В конце концов, я сама предложила помощь, я пообещала, и что бы там не увидела, не должна была отталкивать Кирилла. По крайне мере, не в этой ситуации.  

На принятия решения уходит пару минут. И за это время мимо меня успевают пройти человек десять, а то больше. Школа же рядом. Уроки закончились. Кто-то из ребят выезжает на велеке, да на такой скорости, что я едва успеваю отскочить в сторону. А вот Соболев не успевает. Мальчишка на двухколесном сбивает его, правда не сильно. Больше пострадал сам, потому что полетел камнем в стоковую яму. Кирилл же лишь присел на землю, но согнулся, видимо ушибы дали о себе знать.  

Отбрасываю все сомнения и бегу к нему, к черту гордость. Здоровье важней. Оказавшись рядом, усаживаюсь на корточки и тянусь к Соболеву, подставляя плечо.  

- Давай помогу, - беру его за руку, но он резко отталкивает меня.  

- Не надо, - сухо отзывается, принципиально не смотрит в мою сторону.  

- Тебе же больно. 

- А я смотрю, тебе только жалеть меня нравится?  

- Что плохого в том, что тебя кто-то жалеет? – срываюсь на крик, пока Кирилл поднимается кое-как на ноги. Отряхивает черные джинсы, косится в сторону велосипедиста. Тот, кстати, тоже уже вылез с ямы, даже пару слов в качестве извинений кинул.  

- Я тебе еще раз повторяю, не надо меня жалеть, - чеканит каждое слово ровно и достаточно громко. Снова этот холод в его глазах, как будто Титаник с айсбергом встретился.  

- Хорошо, - развожу руками, устало выдыхая. Не понимаю, почему он злиться. Это мне нужно плеваться огнем, не меня ж трепал красавчик по волосам. – Я просто выполняю свое обещание. Ты прав, слова на ветер бросать не хорошо.  

- Можешь не выполнять, разрешаю. 

- Обойдусь без твоих разрешений, - огрызаюсь в ответ. Мы идем медленно и держим дистанцию, однако продолжаем словесную перепалку.  

Благо поликлиника рядом, поэтому долго терпеть эту атмосферу взаимной неприязни не приходится. Во дворе чисто, даже урны стоят пустые. Две лавочки напротив взрослого и детского отделения, на которых сидят пару человек. Кругом деревья, только из-за зимы они лысые и сухие. Разве что елка в середине высокая с мощными ветвями, возле которой вальяжно разгуливает полосатый кот.   

Мы поднимаемся внутрь, и от запаха таблеток хочется заткнуть нос. Белые стены, начищенные до блеска окна, а в глубине родители с детьми, в ожидании своей очереди. Я подхожу в регистратуру, а Кирилл с недовольной физиономией мнется позади, поглядывая то и дело из-за плеча. Что-то его «я и сам могу» отодвинулось на задний план, стоило нам только переступить порог медицинского учреждения.  

Пожилая женщина в больших круглых очках с толстыми линзами пишет что-то в тетрадке, когда я стучусь в окошко. Обычно мама проводит эту процедуру, а я лишь молча жду на стуле, рассматривая плакаты о здоровом образе жизни, висящие на стенах.  

- Добрый день, - стараюсь говорить как можно мягче. – Мы первый раз у вас, карточки нет. Можно к терапевту? У нас срочное дело.  

- Фамилия как? – с неохотой поднимает голову дама, поправляя очки. Смотрит на меня таким усталым взглядом, будто давно мечтает в отпуск, а ее тут держат на привези.  

- Соболев. 

- Не склоняется что ли?  

- В смысле?  

- Марина Николаевна, - кричит она, хотя другая медсестра всего в двух шагах за ее спиной. – Соболева глянь. Адрес-то какой? Лет сколько?  

У меня уходит добрых минут пятнадцать, чтобы донести информацию и выбить несчастный талон к терапевту. В итоге, на Кирилла заводят карточку, вписывают все его данные, к счастью, он додумался взять полис. Иначе нас бы точно послали далеко и надолго.  

Врач, к которому дали талон, тот же самый, к кому обычно хожу и я. Добродушная женщина с чернильными короткими волосами. Ей лет сорок, может меньше, больше ничего я о ней и не знаю.  

Мы проходим в коридор и усаживаемся на свободные стулья. Впереди нас трое: младенец, семилетняя девочка и парень с дредами, чуть старше нас. Последний, кстати, не понравился Кириллу, хотя он ничего не сказал, но по косому взгляду в сторону незнакомца все было, итак, очевидно.   

- Долго нам тут сидеть? – недовольно вопрошает Соболев, скрещивая руки на груди. Очередь двигается медленно, практически один человек в тридцать минут.  

- Ну… наверное, еще полчаса, - пожимаю плечами, примерно предполагая, сколько ждать осталось.