Дьявол, я пришла договориться! (2)

Глава 21. Ромашки и булочка

‒ Отыскал заложников? ‒ В искреннем восхищении хлопаю в ладоши. Ведь Ацетон ни разу не соврал, хоть и представляет собой порождение тьмы. ‒ Отлично! Они в порядке?

‒ Вполне, сладенькая. Но вряд ли это продлится долго. ‒ Сумрачный перебирается к противоположному краю камня и призывает меня последовать за собой. ‒ Смотри вперед. Внимательно гляди. В самую глубину.

Последовав совету Ацелестия, усилено всматриваюсь в дымку, стараясь проникнуть взглядом сквозь завесу.

– И как тебе, Беляночка? – вопрошает Ацетон, подобострастно бодая меня лобешником в поясницу. Ему отчего-то вздумалось погулять на четвереньках, и как раз с такого положения пощипывать мои перышки с нижнего рядка оказалось наиболее удобно. Да и на талии виснуть тоже стало довольно занятно.

‒ О каком элементе пейзажа тебе наиболее интересно узнать мое мнение? – сипло проговариваю я.

Несмотря на то, что на выпады сумрачного я реагирую вполне бодро, общее мое состояние можно смело облачить в словосочетание «чуть-чуть приласкали электрошокером». Меня люто трясет и вдобавок еще и знобит. И причиной такой реакции стали отнюдь не прохлада и сырость окружающей среды, а вид громадного поля с ужасающей растительностью.

Местный чернозем исторг из своего грязевого нутра больше сотни растений, напоминающих изломанные стебли бамбука. Длинные вырывающиеся из корневой системы и обвивающие стволы листья удерживают, словно крепкие бинты, с десяток черных тел, застывших в нелепейших позах. Черная бугристая оболочка чередуется с высохшими конечностями, отчего фигуры кажутся наполовину пропеченными и наполовину мумифицированными.

Да-а-а уж… Надо бы периодически напоминать себе, что мы сорганизовали пикничок на подходе в Ад.

Мой Йорик, по сравнению со здешним антуражем, просто эталон эстетики.

‒ Что там? – обеспокоено спрашивает Джу. Щупальца не позволяют связному шевелиться.

‒ Здесь много поклонников Рамзеса, ‒ уклончиво отвечаю я. – И последователей Тутанхамона. И еще тут, по-моему, перемудрили с шашлыком.

Беру себя в руки и грозно смотрю на Ацелестия.

‒ Только не говори, что это поле ромашек ‒ для меня. И если да, то можно мне букетик с менее кладбищенской тематикой?

‒ Я выполняю уговор, Беляночка. – Демон выпрямляется и, скаля ослепительно белые клыки, указывает куда-то в середину «ромашкового поля». Среди чернеющего скопища тел едва виднеются белые отблески. ‒ Твоя награда за труды.



Отредактировано: 07.05.2025





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять