Дьявол,который носит крест

Чижик Пыжик

Зайдя в ларек, Луна застыла на пороге, это место создавало ещё больший негатив чем парк. Полки, которые чуть ли не падали. Воздух, который напоминал кисель, который забивает легкие при каждом вдохе, пропитанный табаком и дешевым алкоголем по типу водки. Постояв с минуту, она прошла к полке с газировкой, так как место новое, она не знала, какой товар там хранят и поэтому проверила сроки годности, результаты были не утешающими, половину товара надо было заменить давным-давно. Наконец, выбрав нужную банку, она прошла на кассу. За ней стоял худощавый мужчина, издалека можно было бы подумать, что это парень лет 20. В чёрном худи и модных в ту пору рваных на коленях джинсах он выглядел весьма неопрятно. Тёмные круги под глазами выдавали в нём человека, измотанного бесконечной работой. Поначалу он даже не обратил внимания на девушек, застывших рядом.

-А, простите, задумался, у вас всё или вам, как и всем тут ещё сигареты нужны? – спросив это, принялся пробивать газировку.

-Зачем мне они, не курю. – удивившись, что он продает такого типа товар, она посмотрела на подругу, но та, как ни в чем не бывало вдруг сказала.

-Мне Мальборо, как обычно, с вишней, Чижик, ты что опять всю ночь тут был? – пока Аня говорила это, Луна пыталась осознать и понять услышанное, ей казалось, что ее голова вот-вот взорвется от такого количества информации, которую она сегодня узнала.

-Стоп...Ты куришь? – она хотела было задать второй вопрос, как ее перебил человек, которого та назвала «Чижиком».

- Та, она тут постоянно, стабильно раз в месяц забегает за ними. Всегда берет именно вишневые, хотя они как по мне не самые хорошие, но кто я такой, чтобы спорить с дорогими клиентами. – по его настроению было понятно – он либо под чем-то, либо по жизни такой. Выходя из ларька, она вдруг поняла, как мало знает о людях и о том, как они иногда могут отличаться друг от друга, её с детства учили, что все люди должны быть одинаковыми, выбивая каждую каплю проявления “не таких эмоций, поведения и т. д” и её сознание резко перенеслось в годы, когда она была маленькой.

Детство Луны (от ее лица):

“Мне четыре года, всё должно быть хорошо, я играю в свои любимые игрушки, доставшиеся мне от родственников. Скоро новый год, в садике будет ёлка, но родители напряжены, и я не знаю почему... Они говорят, что я должна пойти в какую-то школу, но не говорят куда, меня привозят туда и я вижу женщину, вроде, это моя учительница. Они договариваются о чём-то, и я узнаю, что буду учить иностранный язык, но зачем мне он.

Мне семь, уже два года терплю побои и сравнения, но пока не пытаюсь даже дать отпор, мне говорят, что я иждивенец, таскают за волосы, бьют по голове, больно, больно, но я слишком маленькая, чтобы им противостоять...

Мне десять, они оставили вмятину на голове. Насилия стало меньше, но моральное насилие продолжается.

Дальше ничего не помню…”

Из воспоминаний ее вырвал голос Анны.

-Лунни, ты как? – новая кличка заставила девушку вздрогнуть, посмотрев на нее, та лишь кивнула.

- Ты так зависла на одном месте, я думала, что у тебя что-то случилось… – от признания подруги, у Луны бешено застучало сердце, не то, что бы никто не спрашивал у нее как у нее состояние, но как спросила она, искренно, без пафоса.

Единственное, что могла выдавить из себя на тот момент Луна было: -Je suis bien (я в порядке)

-Что? – удивленно спросила Аня, не понимая, что сказала девушка.

-Неважно, всё хорошо, правда. – пыталась сказать Луна, но собеседница не была довольна ответом.

-Ты знаешь французский? Вааа, а скажи что-нибудь на нем ещё – попросила Анюта.

Девушка, постояв и подумав попыталась вспомнить все заученные до дыр фразы, подбирая подходящую и наконец сказала

- je ne regrette rien, (я ни о чем не жалею) – выпалила она, сама не ожидая от себя подобного. Это было похоже на признание самой себе, ни капли не правдивое, зато так она чувствовала себя лучше. Аня, стоявшая рядом, видимо, не поняла её, но лезть не хотела.

Остаток прогулки был как во сне, парк они посетили с неохотой, но уже другой, с аттракционами.

-Не знала, что у вас есть такое. – пробормотала Луна, рассматривая горку. На которой уже потрескалась красная краска, надеюсь, они безопасны.

-Не надейся, к сожалению, тут уже были случаи, когда люди могли умереть. – совершенно спокойным голосом сказала Анна. – А ты думаешь, почему тут никто не катается вот на том аттракционе? Они сломаны. Вагончик, которого сейчас нет, перевернулся вместе с двумя девушками лет пятнадцати, обе в реанимации были. Прошло года три, но я помню эту новость как вчера.