Дыхание ангела

Рождение

К счастью, в распоряжении Фалди было еще несколько печей, к тому же взрыв в мастерской больше не повторялся. Несмотря на то что небо над Венецией около десяти дней было затянуто тучами и это замедлило работу маэстро, к седьмой неделе эксперимента ему удалось найти необходимые условия для стабилизации непокорного стекла. Да и кристалл к этому времени был уже достаточной длины для интеграции его в чашу.

В течение того промежутка времени, когда из-за непогоды невозможно было пользоваться новой печью, Фалди активно работал над новой люстрой для своего дома. Такого вдохновения он не испытывал уже давно! С упоением гениального скульптора он придавал люстре изящные изгибы женского тела. Застывший танец стекла! Каждая фигурка, украшавшая светильник, представляла собой отдельное, независимое произведение искусства. Это были не привычные для глаз знаки Зодиака, а искусные мистические метафоры. Например, Близнецы - белая фигурка девушки, смотрящейся в зеркало, из которого выглядывала ее точная копия, только черного цвета. А Козерог - голова оленя, которую венчало ветвистое апельсиновое дерево, усыпанное миниатюрными оранжевыми плодами...

Почти готовая люстра висела в центре мастерской. В ней не хватало только одного элемента. За день до финального, самого ответственного, этапа работ Фалди поехал в храм, чтобы исповедаться и помолиться. Будучи человеком творческим и полным сомнений и противоречий, он тем не менее был вынужден соблюдать все религиозные традиции и правила того времени. Он молил бога о прощении грехов и имел дерзость просить у него помощи в сокрытии результатов своей работы. Ночью над венецианской лагуной разразилось настоящее ненастье, которое грозило нарушить планы Фалди. Но к утру засияло ослепительное солнце, что было расценено маэстро как божественное одобрение его замысла.

На рассвете Кахарман с нескрываемым отвращением извлек из стеклянной ванны грязный продолговатый предмет и, очистив его от толстого слоя минеральных отложений, вскрикнул от удивления! Фалди, подбежавший на крик, увидел в руке помощника изумительную по красоте гроздь кристаллов кроваво-красного цвета. Это было настоящее чудо!

Первый важнейший этап на пути к заветной цели был с успехом пройден. И, не мешкая более ни минуты, маэстро приступил к основной, финальной, части проекта. Перед ним стояла непростая задача изготовить чашу с первой попытки. Малейшая ошибка могла отбросить его в работе на несколько месяцев назад.

...Все движения Фалди и его помощника были доведены до автоматизма. Для того чтобы держать нужный темп работы, маэстро использовал особое приспособление. Это была емкость с небольшим отверстием снизу, которая заполнялась водой и подвешивалась под потолком. На пол под ней укладывался тонкий медный лист. Вода, медленно просачиваясь через отверстие, капала на металл, издавая ритмичный барабанный звук...

Уже спустя двадцать минут с начала работы на конце трубки, извлеченной маэстро из деревянной формы, вновь появился стеклянный шар, но уже в форме эллипса, отдаленно напоминающий своими очертаниями широкую чашу будущего бокала. Не мешкая ни минуты, Фалди вынул из печи длинными щипцами почерневший от адской температуры кристалл и аккуратно проткнул им шарообразную заготовку так, что одна треть длины этого самого кристалла оказалась внутри приплюснутого шара. Непрерывно вращая полученную причудливую фигуру, Фалди начал оплетать оставшуюся снаружи часть кристалла тончайшими стеклянными нитями до тех пор, пока он весь не покрылся прозрачным витым узором, превратившись в изящную ножку бокала... После чего одним ловким движением маэстро срезал с шара верхушку и за несколько секунд превратил ее в подставку, присоединив к противоположному концу ножки. Быстро макнув верхнюю часть полученного бокала в ведро с пресной водой, маэстро поместил его обратно в печь. И пока он там покрывался кракелюрами и спекался в единое целое, старик принялся за изготовление декоративных элементов...

Легенда, изложенная в унване, вдохновила Фалди украсить чашу фигурками четырех нефилимов. Они должны были, взявшись за руки, кружиться в хороводе, расправив свои черные крылья перед взлетом. С фигурками старику пришлось повозиться, но результат был просто ошеломляющим! Маэстро, который всю свою длинную жизнь являл миру непревзойденные шедевры, был восхищен своей последней работой. Он поставил свое творение в охлаждающую камеру для медленного остывания и заперся в библиотеке, чтобы обдумать свои последующие шаги.

Во-первых, ему нужно было испытать свое творение... Да, при мысли об этом страх сковывал его душу. Но он был просто обязан удостовериться, что рукопись Верцибиуса правдива. Во-вторых, ему был необходим тщательный план побега из республики. И наконец, в-третьих, на тот случай если ему при жизни не удастся забрать чашу из Венеции, он должен был продумать и разместить в доме подсказки для своих потомков, указующие на тайник.

Испытывать на людях такие вещи в Венеции можно было только в двух местах: в тюрьме и на острове проклятых. Учитывая новые обстоятельства, заставившие маэстро не отдавать «Дыхание ангела» в руки дожа, он не мог проводить эксперименты над осужденными смертниками. У него оставался только второй путь. На упомянутом острове располагался лепрозорий, где доживали свою короткую жизнь несчастные больные проказой...

Обреченные на смерть обитатели этого небольшого клочка земли охотно соглашались участвовать в тестировании ядов и снадобий. Отрава избавляла их от мучительной бессмысленной жизни, а новые лекарства давали шанс на излечение... Это было крайне удачное место для испытания, ибо в нем можно было проверить не только смертоносную силу чаши, но и ее исцеляющие возможности.

Фалди был давно знаком с настоятелем этой обители отцом Аурелио и регулярно жертвовал ему большие суммы. К тому же монах принадлежал к ордену бенедиктинцев, который активно покровительствовал культуре и науке. И именно этот орден когда-то стоял у истоков возрождения стекольного дела на севере Апеннинского полуострова. Еще в Х веке в одном из бенедиктинских монастырей была обнаружена старинная римская рукопись, в которой описывался процесс выдувания стекла. Освоив это изящное ремесло, монахи начали активно обучать ему всех желающих из числа своих прихожан, что дало толчок зарождению целого направления в средневековом искусстве. Все эти факты придавали Фалди уверенности. Он был убежден, что монах просто не сможет отказать ему в помощи.