Дыхание ангела

Смерть и возмездие

- Повтори, что ты сказал, подонок! - прокричал Андрей, свесившись через борт катера к воде. Но Кьяцо, упав навзничь в воду, так больше и не появился на поверхности.

В этот момент молодого человека мало волновало, что станет с безумным итальянцем в ледяной воде. Куда больше его беспокоила судьба Беатрис. Отшвырнув ногой в сторону пистолет, который выронил убийца при падении, Андрей принялся лихорадочно нажимать на кнопки и дергать за рычаги на панели управления катера. Не имеющему ни малейшего опыта вождения какого-либо транспортного средства, кроме разве что гондолы, ему каким-то чудом удалось завести двигатели и тронуться с места.

Те несколько минут, в течение которых он мчался обратно в город, показались ему целой вечностью... Леденящий душу страх за близкого человека и предчувствие непоправимой беды обрушились на плечи Андрея и словно придавили его к вязкой венецианской земле. Неестественно согнувшись вдвое, он навалился всем телом на штурвал и будто сросся с ним, наклоняясь всем корпусом при каждом повороте катера. Наконец, увидев невдалеке купол церкви, расположенной поблизости от дома Беатрис, он взял резко влево и, протаранив несколько пришвартованных к пирсу лодок, выпрыгнул на узкую набережную и понесся что было сил вперед! Над Венецией уже забрезжил рассвет, и редкие сонные люди, которые начали появляться на ее промозглых улицах, были крайне удивлены его видом.

Вбежав в подъезд и в мгновение ока взметнувшись по лестнице, Андрей остановился как вкопанный возле приоткрытой двери в квартиру Беатрис. Он попытался прислушаться, уловить какой-нибудь шорох, дающий хоть малейшую надежду, но слышал лишь бешеный стук своего сердца и хриплое дыхание, вырывающееся из пересохшего горла... Собравшись наконец с силами, Андрей толкнул дверь и вошел в квартиру.

- Беатрис!.. - позвал он абсолютно чужим голосом. Это был даже не оклик, а тихий осипший шепот, отнюдь не добавивший Андрею смелости.

Медленно пройдя по коридору в спальню, он увидел картину, которая будет стоять перед его глазами всю оставшуюся жизнь. В комнате царил жуткий беспорядок. Повсюду были разбросаны постельное белье, личные вещи и одежда девушки. Комнатные растения, которые так любила Беатрис, были все выпотрошены и, вперемешку с осколками горшков и землей, валялись на полу...

Но весь этот разгром и следы отчаянной борьбы словно заволокло густой дымкой, когда взгляд Андрея остановился на фигуре его возлюбленной, которая сидела, не шевелясь в одной лишь ночной рубашке на деревянном стуле возле окна. Ее руки были привязаны к подлокотникам, а голова свесилась на грудь.

- Беатрис! - вновь прохрипел Андрей, приблизившись к девушке, и взял ее за руку. Могильный холод поразил его. Он окончательно осознал непоправимость беды и мгновенно потерял последнюю надежду на чудо...

- Неееееееет!!! - завопил он во весь голос и как подкошенный рухнул на пол рядом с трупом своей любимой. Перед тем как окончательно провалиться в пустоту, молодой человек услышал вой полицейской сирены и топот множества ног на лестнице.

...Очнувшись, Андрей обнаружил, что находится в тюрьме или в близком к ней по смыслу и строгости режима заведении. Он лежал один в небольшой комнатке с зарешеченным окном и стальной дверью. На улице светило яркое солнце. Оно пробивалось внутрь, упираясь в стену клетчатым неровным пятном. Андрей сел и попытался вспомнить, как он оказался здесь. Но ответа на этот вопрос у него не было.

Он поймал себя на пугающей мысли о том, что чувствует фатальное эмоциональное опустошение. Оно выражалось в полнейшем безразличии ко всему, что прежде его волновало. Даже воспоминания о погибшей возлюбленной не вызвали в нем никаких эмоций... В какой-то момент Андрею даже показалось, что он умер. Но поскольку он испытывал сильнейшую жажду, то справедливо решил, что на том свете этого чувства скорее всего не бывает.

Путаные мысли молодого человека прервал звонкий щелчок электронного замка в двери, которая тут же отворилась и впустила в комнату комиссара Риналди. Не проронив ни слова, он присел на единственный в этом аскетичном помещении стул и молча уставился на Андрея.

- Что же вы за человек? - наконец прервал свое молчание сыщик. - Может, в России и принято, когда за рядовым гражданином тянется шлейф покушений и убийств. Но для нас это неприемлемо! Сперва я даже подумал, что вы - хладнокровный преступник, дождавшийся удобного случая, чтобы ускользнуть от правосудия из своей страны. Но тщательно изучив ваше дело, я выяснил, что в наследство вы вступили по закону. К тому же на мой запрос в Интерпол пришел ответ, что вы не числитесь в их базе данных. Но тогда какого черта происходит? За полгода вашего пребывания в Венеции здесь были совершены сразу несколько тяжких преступлений, к которым вы причастны!

- Вы меня не в первый раз пытаетесь обвинить... И никак не возьмете в толк, что я - свидетель, который по касательной прошел мимо всех этих преступлений! - ответил Андрей, вставая с кровати и постепенно повышая голос. - А между тем погибла моя любимая женщина! А вы уже не в первый раз мучаете меня своими подозрениями и допросами! Да на меня самого дважды покушались!

- Не надо повышать голос! Или я опять позову санитаров и прикажу сделать вам повторный укол успокоительного! Вы помните, что тут несли в горячечном бреду? Вы кричали про то, что на вас вчера покушался какой-то дипломат!

- Да! Точно, точно, точно... - прошептал молодой человек, обхватив голову обеими руками и опускаясь обратно на кровать. - Это произошло на катере. Я оставил его где-то поблизости от дома Беатрис. Вы нашли пистолет?

- Да, мы нашли оружие. Сейчас оно на экспертизе. Кстати, по поводу моторной лодки. Вы же в курсе, что она угнана два дня назад?

- Я не имею привычки брать чужое. Но, оказавшись в непростых обстоятельствах, я был вынужден временно воспользоваться ею.

- Конечно, конечно! И скорее всего у вас нет привычки таранить и топить попадающиеся вам на пути лодки... У меня есть к вам дружеское предложение, которое всем сэкономит кучу времени и сил.