Дыхание ангела

Кошице

- Кошице, - тихо прочитал Андрей название станции, к которой подъехал его поезд. Это была конечная точка его долгого путешествия. В названии этого небольшого городка, затерянного среди Татранских гор на востоке Словакии, было что-то мягкое и уютное. Даже не побывав в этом населенном пункте прежде и не прочитав про него ни единой строчки в энциклопедии, можно было с уверенностью предположить, что своей патриархальной душой это местечко было очень близко к небольшим провинциальным городкам Центральной России. Сердцем Кошице был пронизанный старинными католическими соборами средневековый центр. Он был окружен кольцом районов, застроенных уже во второй половине двадцатого века, в которых однотипные блочные дома в несколько этажей были перемешаны с частными миниатюрными коттеджами, уютно выглядывающими из глубины милых фруктовых садиков.

Сошедшего на перрон Андрея чуть не сбил с ног внезапный порыв ветра. Подобно ушату ледяной воды, этот воздушный удар мигом сдул с него остатки дорожной дремы и вывел из задумчивости. На мгновение растерявшись, он даже собрался было запрыгнуть обратно в вагон! Но вслед за ним выходила дама, которая, загородив своим большим чемоданом весь проход, буквально отрезала ему путь к отступлению. Спустившись на платформу, женщина привычным жестом застегнула верхнюю пуговицу своего плаща и рывком подняла ворот.

- VKV! - раздраженно выпалила она. И, смерив удивленного Андрея презрительным взглядом, громко добавила: - Vyjebaný košický vietor!

Удовлетворенная произведенным на молодого незнакомца эффектом, дама подхватила свою внушительную поклажу и энергично устремилась к выходу с вокзала. Не зная ни единого слова по-словацки, Андрей сразу понял брошенную ветру хлесткую фразу!..

Проходя через единственный зал ожидания, он купил в газетном ларьке карманный путеводитель и вышел в город.

Весна была в самом разгаре. Но несмотря на выходной день и теплую солнечную погоду, на улицах было немноголюдно. Даже возле Собора святой Елизаветы Андрею встретились всего лишь несколько одиноких прохожих и одна влюбленная парочка. Этот католический собор произвел на молодого человека невероятно сильное впечатление! Его размеры, а в особенности высота, вызывали трепет и поражали воображение. Казалось, что своими готическими шпилями этот мегалитический храм упирается в облака. Серый камень, из которого преимущественно было возведено это сооружение, придавал ему особый шарм средневековой мрачности, а искусная каменная резьба будто укутывала его воздушным изысканным флером.

Храм был открыт. Андрей, помявшись немного у входа, все-таки решился и вошел в его старинные кованые двери. Внутреннее убранство и атмосфера собора впечатляли не менее сильно, чем его внешний облик. Православные церкви, с их до черноты закопченными иконами и показным обилием золота, вызывали у Андрея необъяснимое чувство скорби и дискомфорта. А злобно ворчащие старухи в неизменно черных платках и сытые корыстолюбивые попы все дальше и дальше отталкивали его от веры. Здесь же все было иначе. Вместо приземистого, давящего келейного потолка - высокие воздушные своды, устремленные в небо! Вместо миниатюрных окошек, как правило убранных решеткой, больше похожих на крепостные бойницы, - громадные цветные витражи, заливающие светом каждый уголок храма! Вместо обилия вычурных иконостасов с изъеденными временем ликами святых - редкие живописные картины с религиозными сюжетами и всевозможные художественные и архитектурные изваяния в камне. Ну и конечно же, божественная органная музыка, в волнах которой купались католические соборы! Православный заунывный хор заметно проигрывал в этом сравнении, которое Андрей невольно затеял у себя в голове.

Побродив некоторое время по маленьким средневековым улочкам и переулкам, молодой человек остановился в тихом пансионе Villa Regia на Доминиканской площади. Очутившись в номере, он упал на кровать и, прикрыв глаза одной рукой, погрузился в глубокие раздумья...

Четыре долгих месяца он провел в скитаниях по Европе. То, что он вспомнил в тот роковой день, когда погибла Беатрис, помогло ему пережить потерю любимой и придало новый импульс его поискам. Он потратил уйму времени в пыльных итальянских библиотеках на то, чтобы выяснить истинный смысл слова CALVARIA. Оказалось, что со Святой Землей это понятие связано никак не географической, а всего лишь религиозно-смысловой связью. Это название объединяло собой несколько католических архитектурных ансамблей, имеющих глубокий сакральный смысл.

Они были разбросаны по всей Европе и представляли из себя топографические копии Крестного пути Иисуса Христа, в которых каждая остановка была обозначена отдельно стоящей часовней. Строить такие композиции начали в XV веке, когда у католиков возник интерес к местам, где происходили события Священной истории, но странствия в Иерусалим были чрезвычайно опасными. В те времена паломничества в Кальварии играли значительную роль и, с одобрения папы, заменяли собой путешествия в далекий Иерусалим. Погрузившись глубже в изучение этой темы, Андрей выяснил, что при строительстве этих религиозных комплексов каждой часовне присваивался номер, соответствующий одной из четырнадцати остановок Христа. Это означало, что загадочный знак Х, начертанный после слова Calvaria на огарке свечи в палаццо Фалди, не символизировал распятие, а был порядковым номером часовни. Наконец-то Андрей нащупал нить, по которой можно было добраться до заветной цели!

В первую очередь он выписал названия и местоположение всех известных европейских Кальварий. Глядя на этот внушительный список, Андрей прекрасно осознавал, какой массив информации ему предстоит обработать. Набравшись терпения, он принялся подробно изучать обрывочную информацию о каждом архитектурном комплексе. Оказалось, что самые ранние Кальварии состояли всего из четырех часовен, которые были возведены в честь четырех последних остановок Христа. Это хоть и ненамного, но все же сократило список. Но дальше, как ни старался Андрей найти еще хоть одну объективную причину для того, чтобы уменьшить этот список, у него ничего не получалось.