Дыхание миров 2. Храм Тёмной Богини

Глава 39.

Сидя на кухне за столом Аин наблюдала, как мать готовит завтрак на большую компанию. Младшая сестра и брат ещё спали. А отец то и дело поглядывал на крылья гостей из другого мира.

Встреча с родителями вышла сумбурной, было много слëз и объятий, а после разговоры ночь напролёт о Богине и событиях в храме. И вот теперь, когда всё немного улеглось, а девушки рассказали самое главное, настало время завтрака.

Накрыв на стол, уставшая, вымотанная, но счастливая женщина отнесла младшим детям еду прямо в комнату, временно запретив появляться в кухне. Аин понимала, мать догадывается, что не все истории, которые прозвучат за столом, предназначены для детских ушей.

Нормально поесть Аин не удалось. Пока другие работали ложками, девушка взяла на себя роль рассказчика. Она в подробностях, стараясь не упускать детали, рассказывала родителям всё, самого начала. О том, как решила уничтожить реликвии, и о том, как их с Кайденом поймал Варден. Об угрозах, которыми старик заставил молодых людей отправиться в другие миры, и об удивительных встречах с необычными существами. Девушка старалась опускать самые страшные подробности, но родители всё равно слушали её затаив дыхание, забывая есть, и временами хватаясь за сердце или сжимая кулаки от злости на Вардена.

Когда Аин уже выбилась из сил, слово взял Бойд. Было видно, что молодой жрец чувствует себя неуютно под пристальными взглядами родителей Аин и Бритт. Его страдальческое лицо отчётливо выражало вину за принадлежность к храму, словно именно на нём была ответственность за всё случившееся. Однако, Аурелия, даже с набитым ртом, не забывала вставлять свои реплики, защищая парня, хотя этого не требовалось. Отец и мать сестëр не проронили ни слова, внимательно слушая историю путешествия.

В итоге, рассказ затянулся настолько, что раннее утро медленно перетекало в обед. Аин и Бритт сильно клевали носом, Бойд сидел бледнее мела, но старательно делал вид, что он бодр и готов продолжать.

— Так! Достаточно! — строго сказала хозяйка дома, вставая из-за стола, и все гости разом вздрогнули. — Мы и так вас продержали всю ночь, а вы уставшие и неизвестно, когда последний раз спали. Все девушки поспят в комнате Бритт и Аин. Мужчинам выделим нашу комнату. И мигом в постель! Остальные разговоры подождут.

Аин улыбнулась, слушая строгий тон матери. Кажется, она уже всех записала в родню. И спорить с ней совсем не хотелось. Тело действительно требовало отдыха. Ноги были тяжёлыми, голова гудела не меньше чем от голоса Богини, а веки налились свинцом, грозя закрыться в любую секунду. Поэтому девушки безропотно встали и отправились в комнату, прихватив Аурелию. На удивление, та не сопротивлялась.

— Как же хорошо! — выдохнула Аин, наконец, растягиваясь на собственной родной постели рядом сестрой. Кровать Бритт они уступили Ауре. — Даже не верится, что теперь всё закончилось.

— Всё только начинается, ты же видела, в каком состоянии город, — с улыбкой ответила Бритт, крепче сжимая ладонь сестры. Ей до сих пор было страшно отпускать руку Аин, боясь, что та исчезнет.

— Да, ты права, — уже проваливаясь в сон, ответила Аин, не до конца понимая, с чем именно она соглашается. Усталость взяла своё и девушка крепко заснула.

Разбудили её голоса за дверью комнаты. Девушка приподнялась на постели, растрёпанная, заспанная и с тревогой осмотрелась вокруг, обнаружив Аурелию на соседней кровати. Лирион говорил, что ангелам требуется меньше сна, но, кажется,девчонка слишком вымоталась. Бритт рядом не было и Аин почти успела испугаться. Но быстро вспомнила, что она дома, а всё страшное позади.

Сквозь закрытые ставни в комнату пробирались лучи яркого солнца. Наблюдая за солнечным зайчиком, отскакивающим от металлической щеколды на окне, Аин опустила ноги на пол, пытаясь понять, сколько сейчас времени и сколько она спала. Когда девушка выбралась на кухню, то обнаружила там маму и Бритт.

— Доброе утро, — зевая произнесла девушка. — Где остальные?

— Аин! Ты, наконец, проснулась! — сказала мама с тёплой улыбкой.

— Наконец? Сколько я спала?

— Больше суток, — вместо матери ответила Бритт. — Мы не трогали тебя только потому, что твой мужчина сказал нам, что ты просто спишь. А то мама вся извелась от твоего долгого крепкого сна.

— Ого, вот это я отдохнула! — Аин потянулась, намеренно игнорируя слова сестры про «её мужчину», не позволяя начаться расспросам. — Так и где все?

— Все мужчины помогают в городе с разрушениями, а Бони и Алан понесли обед нашим ребятам, — отчиталась мать, не забывая при этом помешивать что-то, аппетитно булькающее в котелке.

В ответ на аромат еды желудок Аин болезненно сжался и громко, требовательно заурчал.

— Иди скорее мыться, отец утром оставил кипяток в бочке. И подругу разбуди, она, поди, тоже голодная, — скомандовала женщина.

— Не подруги мы — пробурчала Аин, но пошла обратно в комнату, чтобы разбудить Ауру и поискать чистую одежду.

В пристройке за домом девушек ждала бочка с уже едва тëплой водой, и большая овальная лохань, сделанная отцом для купания. Аурелия ворчала, что её разбудили, но ванне была рада. После того, как девушки помылись и переоделись, они вернулись в дом, рассчитывая на сытный завтрак.

— Ой, тебе очень идёт, — обрадовалась хозяйка дома, увидев Аурелию в платье. — Я так и думала, что одежда моей младшей дочки будет тебе в пору. Садись скорее за стол.

Аин ждала, что сейчас разразится буря и Аура будет ругаться, возмущаясь, что её нарядили в платье двенадцатилетней девочки. Но сестра Лириона молча прошла к столу, сверкая оголённой спиной. Из-за крыльев платье Бони пришлось разрезать. Но Ауру это ни капли не смущало, она носила гораздо более откровенные наряды и переоделась только потому, что вся её одежда пришла в негодность.

После еды девушки убрали со стола и отправились в город. Хефис по-прежнему выглядел плачевно, но было видно, что уже многое успели разобрать. Все жители совместными усилиями расчищали улицы, чинили дома, восстанавливали поломки.