Дыхание миров. В поисках реликвий

Глава 3

Целыми днями Аин пропадала на улицах города, возвращаясь совсем поздно. Родители ругали её, пытаясь воззвать к совести дочери.

— Аин, опять ты носишься непонятно где? — хриплым от долгого плача голосом спросила мать девушку, встретив её в одной сорочке. — Осталось два дня... Я понимаю, тебе тоже тяжело. Возможно, даже тяжелее, чем всем нам. И всё же... Бритт, она... скучает и ждёт тебя постоянно, но засыпает раньше, чем ты возвращаешься. Неужели так сложно побыть с ней? Через два дня её заберут и... — голос матери снова сорвался и она расплакалась.

— Ма, не надо, не плачь. Я... Побуду оставшиеся дни с Бритт. И мы ещё увидим её, ведь так? Ритуал ведь не сразу будет, я не понимаю, зачем держать её в храме три недели, но пока что у меня есть шанс, — шептала Аин, обнимая мать и уткнувшись носом в её плечо.

— О чём ты? — спросила женщина, слегка отстраняясь от объятий.

— Да так, ни о чём. Пойдём спать, уже поздно, — устало улыбнулась Аин.

Они разошлись по комнатам. Аин застала Бритт спящей прямо за столиком. Возможно, девушка ждала сестру, поглядывая в окно, и так провалилась в сон, уронив голову на руки. Будить её не хотелось, но утром всё тело будет болеть, если не уложить Бритт в постель. Поэтому Аин подняла сестру, чтобы та перебралась на кровать, а сама уселась на полу рядом с ней, уцепившись за её ладонь.

Следующие два дня, как и обещала, Аин провела с Бритт. Словно тень, она везде ходила за сестрой, готовая выполнить любую её просьбу. Девушки много гуляли по городу, рассматривая палатки уличных торговцев. Потом Бритт захотела сходить в лавку портнихи, где долго рассматривала красивые платья из льна и хлопка. Так как в этой части города все уже знали девушек в лицо, а некоторые не были лишены сострадания, как и портниха, к которой они забрели, Бритт разрешили примерить несколько нарядов просто так. Добрая женщина даже выудила из дальней комнаты очень дорогое шёлковое платье травянисто-зелëного цвета. Купить такое они никогда бы не смогли, но покрасоваться перед зеркалом Бритт всё равно было приятно.

— А знаешь, детка, — улыбаясь, обратилась к Бритт портниха. — Тебе так идёт это платье. Забирай его себе.

— Что? Нет, мы не можем купить его, — возразила Бритт.

— Разве ж я сказала «купи»? Дарю. Ты ведь тоже многое подаришь нам, — сказала женщина. — Да и кто в этом районе купит такое платье? Из тех, кто побогаче и одеваются в других местах. У меня это платье висело так, на всякий случай. А вот смотрю на тебя и уверена, что для тебя хранилось.

Бритт долго благодарила женщину, прежде чем уйти. Платье она снимать не стала, пошла прямо в нём. Аин замечала множество восторженных взглядов в сторону сестры, хотя сама Бритт совсем не обращала на это внимания. Аин интереса вызывала гораздо меньше, в давно не новом бежевом платье, самом простом, без карманов и вышивки. Длинные рукава слегка растянулись, а подол обтрепался об землю. Возможно, со стороны они смотрелись бы как знатная дама со служанкой, если бы не одинаковая внешность. Впрочем, Аин это совсем не заботило, тяги к нарядам и украшениям у неё не было никогда, в отличие от Бритт, которая мечтала однажды участвовать в королевских приёмах, надев пышное платье и золотые украшения. Сейчас же на ней был золотой браслет, надетый жрецами, и дорогое, хоть и не королевского масштаба, платье. Аин подумала, что мечтать нужно аккуратнее.

Они побродили ещё немного, купили за несколько медных монет два кренделя, жуя их на ходу. Бритт таскала Аин за собой, продвигаясь в сторону полей за городом. Не сразу, но всё же Аин догадалась, что сестра специально ведёт её так, чтобы оказаться как можно дальше от храма у подножья Чёрной горы.

В поле, полном разнообразных цветов, девушки уселись на старое платье Бритт, так как боялись испачкать шёлк нового. Аин принялась собирать синие и белые мелкие цветы, чтобы вплести их в светлые волосы сестры.

— Тебе очень идёт, подходит к твоим синим глазам, — улыбнулась Аин. — Давай ещё придём сюда? Летом здесь распустятся новые цветы, ещё лучше этих.

— Да, — кивнула Бритт, закусив губу. — Обязательно посмотрим на них.

У Аин в горле встал болезненный ком, в носу защекотало. Но плакать она себе запретила, чтобы не расстраивать Бритт.

— Я обещаю, мы вернёмся сюда летом. У меня почти получилось, я спасу тебя, — сказала Аин. — А сейчас пошли домой?

Они вернулись к ужину, после которого нужно было прибраться, и немного поиграть с младшими. Когда все разошлись по комнатам, Аин уже валилась с ног от усталости, но твёрдо решила не спать. Раз день она провела с сестрой, значит по своим делам она пойдёт ночью. Однако, организм девушки решил иначе и она не дождалась того момента, когда Бритт уснёт, чтобы незаметно выскользнуть из дома. Аин уснула раньше, а на следующий день прогулка повторилась.

Оставалась последняя ночь Бритт, которую она могла провести с семьёй. Чтобы не думать о неизбежном хотя бы несколько часов, девушка попросила не устраивать особенного ужина или долгих посиделок и ушла в комнату, как обычно.

— Бритт, я знаю, ты хотела бы проболтать всю ночь. Я бы тоже этого хотела, но мне нужно уйти сегодня. Не говори родителям и не иди за мной, хорошо? Я просто... Мы увидимся утром, — сказала Аин, крепко обнимая сестру.

Не слушая возражения и уговоры Бритт, Аин надела самое тёмное и неприметное своё платье, выудила из шкафа бесформенный плащ-накидку с широким капюшоном и аккуратно вылезла в окно, заставив сестру обязательно закрыть его на задвижку после её ухода.

На прощание Аин помахала сестре в окно, понимая, что та сейчас не может разглядеть её в темноте, но всеми силами пытается. Бритт, хоть и не видела сестру, но чувствовала отлично, поэтому тоже помахала. Аин ещё раз взглянула на девушку, что была словно её отражением, а затем сделала шаг в темноту ночи. Сегодня она обязана дойти до конца.