Дыхание миров. В поисках реликвий

Глава 56

Полностью готовые, чужеземцы стояли на каменных ступенях беседки по краям, словно статуи-охранники. Дальше пройти им не позволили. Но этого и не требовалось, всё было прекрасно видно.

Бойд, с разрешения элементалей, приготовился записывать всё, что увидит. Остальные же просто с интересом ждали предстоящего действа.

Множество духов так же собрались вокруг священного места, кучкуясь группками, стараясь держаться своего вида.

— Почему-то вспоминается наша главная площадь, — сказал Кайден с неприязнью.

— Прекрати! Лучше молчи, — рассерженно ответила ему Аин, ткнув острым локтем парню под рёбра. Было видно, что она тоже вспомнила последнюю церемонию выбора жертвы, а Кайден своими словами ещё больше разбередил свежую рану. — Совсем не умеешь выбирать момент.

— Прости, — тут же поняв, как оплошал, извинился парень. — Я молчу.

Лирион, стоявший рядом с Аин, взял её за руку, желая успокоить девушку, утешить её. Ангел видел, как она расстроилась, и хотел сделать для неё хоть что-то. Аин была благодарна Лириону за такой жест. Пусть это было незначительное лёгкое касание рук, и всё же оно помогло унять бурю, что готова была подняться в душе девушки.
Это было очень кстати, ведь таинство, на которое впервые пригласили чужаков, началось.

От каждой группы элементалей отделились по одному духу. На вид они слегка отличались от тех, кого люди видели раньше. Они явно были крупнее своих собратьев, а так же имели отличительные черты. У духа земли вместо пары листочков на «макушке» было почти целое деревце. Пламя огненного духа было ярко алым, в отличие от оранжевого огня обычных элементалей. От воздушного народа отделился тёмный вихрь. Он был размером примерно в человеческий рост, по сравнению с другими воздушными духами, с Окси, он был очень большим. А от водных малышей, похожих на жидких медуз, по воздуху плыла ярко-синяя, с множеством витых щупалец, самая большая «медуза». Её цвет очень выделялся среди моря голубых сородичей.

Каждый из главных духов проследовал в каменную беседку, занимая место за круглым столом. И как только элементаль оказывался на месте, знаки, нанесëнные на твёрдую поверхность стола, начинали слабо светиться.
Люди наблюдали за всем с любопытством и восхищением, не в силах отвести глаз от потрясающего зрелища. Мягкое свечение разных цветов, соответствующих каждому духу, казалось сказочной радугой. Больше всех от восторга едва не задыхался молодой жрец, не успевая записывать всё, что видит, водя пером по пергаменту почти вслепую.

Когда все знаки на круглом столе зажглись, главы элементалей разом затянули какую-то странную тихую мелодию. Звук был низким, в нём слышались звуки природы. Далёкий шум дождя, тихий ветер, шелестящая листва и потрескивание искр. Но странным образом всё это сливалось в песню, что отзывалась в самом сердце. Она была чем-то бесконечно родным, и одновременно ужасно далёким и загадочным.

Перед глазами Аин и её спутников одновременно возникали картинки. Знаки на каменном столе в беседке словно гипнотизировали, притягивая взгляд и складывались в образы, подпитываемые мелодией.

Они видели природу во всей её красе. Природу родных миров, природу чужих миров... Природу того мира, что был единым до того, как он разделился на множество других.

По щекам Аин и Аурелии непроизвольно покатились слезы. Это было так прекрасно и так грустно одновременно. Уничтожение части природы из-за разделения и её возрождение в новых мирах. Даже парни едва держались, не желая отпускать эти образы, испытывая благоговение и трепет.

Видения оборвались резко. Путники снова видели перед собой каменную беседку, стол и элементалей. Теперь, закончив напевать мелодию, они начали медленно двигаться по кругу.

По увитым растениями колоннам, в которых ещё в прошлый раз Аин заметила небольшие канавки, потекли тонкой струйкой вода, огонь, песок и, хоть его не было видно, воздух. Они бежали ручейками по колоннам, поднимаясь к крыше священной беседки, и уже внутри стекали к столу. К самому центру, собираясь там, в углублении, и смешиваясь между собой.

До тех пор, пока четыре элементаля двигались по кругу, элементы природы продолжали соединяться, формируя каменную чашу. И как только духи остановились, всё стихло. В центре стола, в углублении, теперь стояла каменная чаша.

Никто не посмел проронить и звука. Все ждали какого-то сигнала от главных духов, но те просто вышли из беседки так же величественно, как и вошли в неё.

Напоследок к людям развернулся земляной элементаль и обратился ним тихим шелестящим голосом:

— Один из вас может войти в священное место один раз, чтобы забрать чашу. Большего мы позволить не можем.

А после все главные элементали удалились к своим сородичам, чтобы наблюдать за людьми уже оттуда.
Лирион тихо подтолкнул Аин, намекая, что именно она должна взять чашу.

— Ты уверен, что я могу? — волнуясь, шёпотом спросила девушка. — Это же очень важное место... Вдруг, я не достойна? Может, ты?

Она с мольбой посмотрела на Лириона, сжимая его пальцы своими.

— Всё в порядке. Нам же разрешили. Не бойся, я здесь, — так же тихо ответил ей ангел.

Аин чувствовала, как все ждут её действий. Атмосфера, хоть и была торжественной, давила на плечи девушки тяжким грузом. От волнения вспотели ладони, сердце ускорило бег.

Она вытерла руки о юбку своего платья, ей было совершено плевать, что о ней подумают. И, глубоко вдохнув, наконец, решившись, Аин шагнула внутрь беседки. Почему-то она ожидала чего-то необычного. Сопротивления священного места из-за того, что вошёл человек. Какого-то давления... Но ничего не было.

И всё же волнение не отпускало. Девушка с трепетом коснулась чаши, что сотворили для неё обитатели этого мира. Каменная поверхность была тёплой и гладкой на ощупь. На дне чаши всё ещё слабо светились письмена. Но как только Аин подняла её от стола, свечение исчезло.

Девушка несла чашу трясущимися руками, стараясь не уронить драгоценный предмет, не споткнуться. Как только она вышла на ступени, её тут же поймал ангел, придерживая ладони Аин одной рукой, а вторую уместив на талии девушки, не давая ей упасть.