Дыхание сердца. Книга первая

Глава 9

— Ты… Ты кто такая?

      В этот момент внутри Марис что-то лопнуло, разбилось на тысячи осколков, что въедались в кожу, заставляя и душу, и сердце кровоточить. Она рефлекторно прижала руки к груди, стараясь унять эту давящую боль, но ничего не помогало. Девушка пыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. Да и что говорить? Он не помнит её. Не помнит тех прекрасных моментов, что они провели вместе, не помнит о их любви, о их мечте. Всё, что она отдала ему безвозмездно, он просто скомкал и выбросил, словно ненужный мусор. Где-то в глубине души она всё ещё надеялась, что есть всему этому объяснение, что сейчас он всё вспомнит, и всё будет как прежде. Но Дайчи лишь продолжал сжимать руку незнакомки и пристально глядеть на Марис. И, заглянув в его холодные глаза, она не увидела там прежней нежности, не увидела тепла, что грело её по ночам, не увидела там ничего от своего Дайчи. Она будто смотрела в мутное зеркало — исцарапанное и безжизненное. Она не увидела там себя. Были лишь непонимание и смятение, где на самом дне виднелось сомнение — странное сомнение, о котором Дайчи не мог вспомнить.

      Парень смотрел на Марис, метаясь взглядом по её лицу, волосам, худощавой фигуре, по своей футболке, которая так нелепо смотрелась на ней. Он пытался уцепиться хоть за что-то, чтобы упорядочить вихрь воспоминаний в голове, но картинок было слишком много, слишком много всего навалилось. Фрагменты воспоминаний пролетали перед глазами с молниеносной скоростью без возможности детально рассмотреть, понять, осознать и вспомнить.

— Ты что такое говоришь, придурок?! — вмешалась Уилл, набирая в лёгкие побольше воздуха. — Вот я изобью тебя — и сразу вспомнишь, безмозглое ты…

— Как ты смеешь обзывать Дайчи? — возмутилась девушка, что прижималась к парню, и не выпускала его руки.

— Заткнись, а? Пока я тебе язык не отрезала, тварь, — Уилл была на грани. Она сжимала руку Марис, чувствуя, как дрожит всё её тело, а в глазах застыли горькие слёзы. Рыжая дёрнула подругу на себя, заставляя ту шевелиться, вытаскивая из этого омута.

— Да пошли вы все… — прохрипел Дайчи, отстраняясь от девушек.

      Голова разрывалась на части, будто её рвали изнутри, в глазах мутнело, когда Фукуда смотрел на неё, из-за чего он часто моргал, а в мыслях всплывали картинки, одна за другой — мягкие локоны, его рука на чужой щеке, красивые губы и бездонные счастливые глаза. Голос девушки, что стояла сейчас перед ним в его футболке — голос, что так жалобно звал его, смеялся в его снах так красиво, но Дайчи не мог вспомнить — почему, отчего болело под рёбрами, и голова вновь наполнялась оглушительным шумом. Ему срочно нужно было остаться наедине с самим собой, чтобы спокойно подумать, чтобы успокоить тот ураган в своих мыслях. Дайчи грубо высвободил свою руку и, схватив со скамейки сумку, быстрым шагом направился прочь. Он просто не мог спокойно думать, глядя на эту девушку. Она вызывала в нём какие-то незнакомые ныне чувства, отчего тепло в районе груди всё нарастало. И ко всему этому он чувствовал несвойственные ему стыд, предательство и отвращение к себе же. И эти двойственные чувства так раздражали и бесили.

— Дайчи, подожди! — девушка запоздало спохватилась и даже не обратила внимания на грубый жест со стороны Фукуда. Она схватила свою сумочку и побежала вслед за парнем.

      Марис хотела окликнуть его, хотела произнести его имя, но воздух будто кончился, а руки предательски задрожали. Девушка смогла лишь сдавленно заплакать, пытаясь ухватиться за удаляющийся силуэт Дайчи. Она пыталась вернуть его, дотянуться, прижать к себе, чтобы никогда больше не отпустить, но тело оцепенело, ноги намертво вросли в землю и не слушались. Страх и боль растекались по венам, словно жидкий азот, не позволяя шевелиться, говорить — так холодно и быстро, заключая Марис в петлю одних и тех же мыслей: «Не нужна, не любима, забыта», а по щекам бежали обжигающие слёзы, заставляя девушку опуститься на колени, теряя контроль над потоком эмоций, что вырывался наружу тихим воем и приглушёнными вскриками.

— Лучше бы ты остался калекой телом, и всё у вас было хорошо! Ты зазвездился, Фукуда Дайчи! Ты теперь — грёбаный калека душой! Если ты думаешь, что я прощу тебе это, то ошибаешься! Ты пожалеешь об этом!

Уилл пылала от ярости. Вокруг неё даже воздух накалился до такой степени, что некоторые растения вблизи стали иссушаться и опадать на землю.

— Я, Уиллоу Бишоп, клянусь именем своего рода, что ты поплатишься за это!

***

— Пошла нахер! — крикнул Дайчи. — Что из моих слов тебе не понятно? — он обошел навязчивую девицу и специально толкнул её плечом.

      Было больно и обидно. На её глаза навернулись слёзы, но она не смела ему перечить. Она уже испробовала все средства, но Дайчи каждый раз говорил ей уходить и оставить в покое. Даже преграждение пути не остановило его.

      Фукуда даже не обернулся, он продолжал идти в неизвестном направлении, теряясь среди густых деревьев в этом ночном парке. Он шёл спешно, глядя только себе под ноги. Он пытался убежать от своих же чувств, от этого мерзопакостного ощущения предательства. Может, дело было в той девушке? Возможно.

***

      Вдох-выдох.

      С каждым вздохом дышать становилось всё больнее. Каждый новый вопль раздирал горло, но Марис не могла себя контролировать, не могла смириться с этим. Для чего она прожила свою жизнь? Был ли в её жизни смысл? Сейчас все её мечты, надежды и желания ушли — точно так же, как ушёл он. Его удаляющийся силуэт всё ещё стоял перед глазами. Она видела, как тот, кому она подарила всё: своё сердце, душу и жизнь, даже не противился и шёл совсем близко с девушкой. Она обнимала его, прижималась своим телом, что-то шептала, но Дайчи даже не прогонял её, будто так всё и должно быть, будто это нормально.

      Слёзы стекали по щекам и впитывались в песок. На их месте стали проклёвываться такие знакомые цветы — те, что одновременно приносили и и жизнь и смерть.