Дыши мной

1 гром

Воздух в раздевалке был густым и тяжёлым, пропитанным запахом сигарет, дорогого парфюма и алкоголя. Гул голосов, смех и звон бокалов сливались в монотонный шум, который Кирилл Громов почти не слышал. Он сидел в углу, огромный и неподвижный, как скала. Друзья расслаблялись перед боем, девушки липли к бойцам, но Гром был отдельно от всех. Он был сосредоточен. Его мир сузился до ринга, до следующего удара.

В дверь постучали — робко, едва слышно. Никто не обратил внимания. Стук повторился, чуть настойчивее.

Марияна сжала папку с документами вспотевшими ладонями. На ней была широкая толстовка с капюшоном, скрывающая хрупкую фигуру. В полумраке коридора её действительно можно было принять за худого подростка. Она толкнула дверь. Та поддалась.

— Эй, есть кто?.. — её голос утонул в гуле музыки.

В этот момент кто-то с той стороны резко потянул дверь на себя. Она не успела отпустить ручку. Потеряв равновесие, Марияна полетела вперёд, прямо в центр веселья. Её плечо врезалось в девушку с бокалом вина. Красная жидкость выплеснулась на светлое платье.

Визг разрезал воздух.

— Ты что творишь, урод?! Ты мне платье испортил! — девица пошатнулась на каблуках, размахивая пустым бокалом.

Кирилл даже не повернул головы на крик. Его взгляд был прикован к фигуре в дверном проёме. В следующий миг его огромная ладонь метнулась вперёд и грубо схватила «нарушителя» за шкирку, вздёргивая в воздух.

— Эй, малец! — его голос был низким и хриплым, как рык зверя.

Он дёрнул её к себе и свободной рукой резко сдёрнул капюшон. Тёмные волосы рассыпались по плечам. На него уставились огромные медовые глаза, полные испуга и растерянности.

Внутри у Кирилла что-то оборвалось. Это было не желание, не похоть. Это был древний, тёмный инстинкт — присвоить, спрятать, защитить. Его собственный визгливый мир исчез. Осталась только она.

— Захлопнись! — рявкнул он на визжащую девицу, не отрывая взгляда от лица девушки в толстовке.

Затем он обвёл тяжёлым взглядом комнату:— Пошли нахуй отсюда! Все!

Друзья и девушки замерли на секунду, а затем начали быстро расходиться, понимая: сейчас лучше не спорить. В дверях друг Клод положил руку ему на плечо:— Гром, хорош...Кирилл даже не повернулся. Он просто сбросил руку плечом.— Выйди.Клод исчез за дверью.

Они остались одни. Кирилл всё ещё держал её на весу за толстовку. Не говоря ни слова, он потащил её через комнату к дивану. Одним мощным движением руки он смахнул с него всё содержимое на пол. Диван опустел. Он разжал пальцы.

Марияна упала на сиденье и замерла, выпрямив спину так ровно, будто проглотила лом. Кирилл не сел рядом. Он сел на журнальный столик прямо перед ней. Его колени оказались между её ног, полностью перекрывая путь к бегству. Он нависал над ней, занимая всё пространство, заставляя дышать только им.

Он смотрел на неё в упор:

— Ты кто?

Она попыталась ответить, но голос сорвался на писк:

— Я... я ма... ма...— Ты что, заика? — раздражённо бросил он.

— Похуй. Я — Гром.

Он протянул свою огромную ладонь к ней. Это был не вопрос, а приказ. Марияна смотрела на его руку как заворожённая. Её собственная ладонь дрожала так сильно, что это было заметно всем телом. Она медленно вложила свою руку в его.

В момент прикосновения его будто ударило током. Это чувство было незнакомым и пугающим своей силой.

Он не отпустил её руку:

— Ты чё тут забыла?

От страха у неё всё внутри вымерло

:— Б-боже... мне нужен Громов Кирилл... документы ему...

— А... ты типа «принеси-подай»?Она судорожно кивнула.— Понял. А тебе чё, нехуй делать как работать на такой хуйне?

Его манера говорить отрывистая, грубая — пугала её не меньше его габаритов. Он говорил как гопник у подъезда, но при этом держал её за руку так крепко, что вырваться было невозможно.

— Не... не то я...

Кирилл свободной рукой поскрёб подбородок, не сводя с неё глаз. В дверь снова постучали:

— Гром! Пора!

— Иду! — рявкнул он так, что стук прекратился мгновенно.

Он снова перевёл взгляд на неё. Взгляд стал жёстким и приказным:

— Значит так, малая. Сидишь тут и ждёшь. Поняла? И не рыпайся. Я быстро. И это... короче... тут будь.

Марияна смотрела на него огромными глазами и как болванчик быстро-быстро закивала головой. Она поняла главное: спорить с ним себе дороже. Она будет ждать здесь?