Дыши со мной

Когда рушатся последние барьеры

Мне остались последние шаги перед тем, как завершить свой комикс и отдать его начальнику. Всё это время моим консультантом был Трой; он рассказывал мне о тонкостях своего мира, а я переносила их на бумагу, немного изменив концепцию, чтобы мир моего любимого человека выглядел более реалистично. Иногда казалось, что это я его своей силой перенесла в свой мир, чтобы он смог жить, как и все. Когда я творю, границы между любыми мирами рушатся.

Трою надоело смотреть телевизор, и он сидел рядом, наблюдая, как я работаю. Когда я закончила, облегчённо вздохнула и посмотрела на своё творение.

— Твоему начальнику это понравится, — сказал Трой мне.

— Надеюсь. Я столько времени работала над этим комиксом… Знаешь, я тут думаю выйти к причалу и рисовать портреты людей за деньги, так многие делают, — сказала я другу.

— И тут у тебя получится! Вон как меня нарисовала, — улыбнулся Трой, проведя большим пальцем по моему лицу.

Всё больше убеждаюсь в том, что всю заботу, которую я ему отдала, он возвращает вдвойне. Характер его изменился в лучшую сторону. Мой друг из другого мира, из мира безумия и других планет, прекрасно влился в новый мир.

— Знаешь, надо это отпраздновать хорошей едой, — сказала я Трою.

— Давай, — кивнул он.

Я встала из-за стола и пошла к холодильнику, чтобы посмотреть, что у нас на обед. Со вчерашнего дня осталась хорошая свиная нога, ещё есть квашеная капуста, а я про неё и забыла. Вот и решила устроить другу обед по-чешски. Покормлю только Троя, так как он ещё худой, а сама буду по кусочку из его тарелки кушать.

— Хочешь попробовать еду книги Либуше? — спросила я Троя.

— А ты её знаешь? Вроде в книге об этом не писали! — удивился он.

— В книге нет, но я была в стране, где она жила, так что про еду знаю, — улыбнулась я играючи.

Трой согласился. Тогда я достала рульку и капусту и, напичкав её специями, поставила запекаться. А пока рулька готовилась, я убрала со стола бумагу и карандаши и села напротив Троя. Он сидел по другую сторону от меня и улыбался, а я — ему в ответ.

Он с недавнего времени начал изучать кораблестроение, на полном серьёзе готовясь помогать морякам. Меня это немного коробило, так как, если он выйдет в море, я вряд ли смогу его часто видеть, да и выдержит ли его организм долгое отсутствие земли под ногами… Но он сказал, что будет помогать на суше, так как уже достаточно наездился по своему миру.

— Знаешь, я просто поражаюсь тобой, Трой, — сказала я другу.

— В каком плане? — спросил он.

— Ты так легко прощаешь тех, кто, по сути, этого не заслуживает, — удивилась я.

— Сестра не прощала, и вот куда это её привело… Каждый склоняется под тяжестью тех или иных грехов, — ответил Трой.

Со слов бывшего бога-короля это звучало забавно, однако я сдержалась. Может быть, он на самом деле бог-король — в плане того, что простить закоренелых грешников может не каждый. Я, конечно, не верю в богов или в Бога, так как видела, как люди страдают, даже те, кто глубоко верит в него или них. Чудесное спасение — это всего лишь эффект плацебо и сила собственной воли.

Когда рулька была готова, я достала её из духовки, проверила и, убедившись, что всё готово, поставила её прямо перед Троем.

— Приятного аппетита, красавчик, — сказала я Трою.

— Ух ты! Поможешь с этим справиться? — спросил он.

— А то! Мы оба заслужили, — улыбнулась я.

До вечера было ещё далеко, поэтому мы решили прогуляться по причалу рядом с домом. Я ещё прихватила краски и холст, чтобы немного порисовать. Может быть, это привлечёт внимание желающих купить мои картины?

Хоть денег в моей копилке стало побольше, для протеза их всё равно мало. Но что-то подсказывало мне, что мой комикс, который я перед обедом выстрадала, принесёт мне удачу и хороший заработок.

Мы пришли к причалу. Трой сел на скамейке и задрал голову, чтобы получить солнечно-морскую ванну, а я села рядом, на старом ящике, и начала рисовать. Картины получались красивые, но мне было мало — я постоянно доводила их до совершенства.

— Простите, мисс, сколько стоит данная картина? — обратился ко мне представительного вида человек.

— Сколько дадите, — ответила я.

Он положил тысячу и купил мою картину. Это приободрило меня. Так, до вечера я продала всё, что смогла нарисовать. Люди подходили и покупали картины, а у меня — пять тысяч в кармане.

***

Утром я встал раньше Нади, пока она спала я быстро позавтракал остатками вчерашнего ужина. Она встала, когда на часах было восемь. Улыбнулась мне и пошла в ванную умываться.

— Доброе утро, солнце, — кивнул я девушке.

— И тебе моя прелесть, — так же улыбнулась она.

Когда она вышла к столу, то я сказал, что со мной связался Александр, и попросил срочно прийти, у него какие-то проблемы, и один он их решить не может, — сказал я девушке.

— Совсем не справляется со своими делами в одиночку, — улыбнулась Надя.

— Ага, без помощи калеки, никак, — пошутил я.

— Но ты у нас вовсе не калека, иногда работаешь так, что у тебя как будто десять рук, — сказала Надя.

— Десять было у одной серены, — сказал я.

— Знаю, чёрненькая такая, — сказала Надя.

Я больше не удивлялся тому, откуда Надежда меня знает, в моём было возможно всё, даже попадание в другие миры, и я рад тому, что попал именно в мир в котором живёт, теперь моя девушка.

Перед выходом я поцеловал Надю, и пошёл на работу к Александру. Когда пришёл, оказалось, что он никак не может справится с одной машиной, а это автомобиль одного влиятельного человека, который он с позавчерашнего дня начал ремонтировать. Я немного заволновался, тачки богатеев я ещё не чинил, но потом взял себя в руки, и стал помогать начальнику в его не простом деле. Снова снял с себя футболку, чтобы не запачкать её, и полез под машину. Странно, что у состоятельного человека такая простая машина. Я марку не знаю, но остатки подобных машин видел в своём мире.