Дышите глубже, мисс Холли!

Глава 5. Аномальная реакция

Острый привкус взаимных разоблачений наконец стал рассеиваться, уступая место трезвому осознанию реальности. Магический купол продолжал сиять неумолимым золотистым свечением. Воздух все еще был густ от паров коварного зелья. А их импровизированный план по спасению висел на волоске.

Пока Амелия собирала крупинки абсорбента в выданную ей воронку, Дариан возился с калибровочным прибором. Он хмурился, недовольно фыркал, цедил сквозь зубы ругательства. И изредка отвлекался на то, чтобы зафиксировать данные на бумаге, делая вид, будто Амелии не существует.

– Резонансная частота барьера демонстрирует вопиющую нестабильность, – пробормотал мастер себе под нос, в очередной раз вонзая наконечник прибора в стенку купола. – Если сгенерировать контрволну на частоте… Проклятье, не выходит!

Он не советовался и даже не делился сведениями – просто рассуждал вслух. Раньше Амелию такое невнимание ничуть бы не задело, а возможно, даже обрадовало. Но сейчас оно ужасно злило.

– Вы игнорируете диссонанс, – заметила девушка, продолжая свою часть работы. – Магия Слезы сейчас нестабильна. Она не просто висит в воздухе, а реагирует на все происходящее. На стресс. На адреналин. И особенно – на сильные эмоции.

Дариан замер, не отрывая взгляда от шкалы прибора.

– Что вы пытаетесь сказать, мисс Холли? Что мне следует медитировать?

– Я пытаюсь сказать, что ваша разражительность, мастер Роул, в данный момент является таким же реагентом, как и пролитая мною Слеза. И оно вносит погрешность в расчеты.

Он поднял голову от записей и с любопытством посмотрел на Амелию. Та упрямо уставилась ответ, мысленно перебирая трактаты, которые зубрила по ночам, готовясь к диплому.

– Вы… обвиняете меня в искажении магического фона?

– Констатирую переменную, – отбила она выпад как можно увереннее. – В исследованиях Луриана Сумрачного описан эффект эмоционального резонанса при работе с психоактивными субстанциями. Вы слишком злы. Ваша аура фонит на всех частотах. И пока вы не…

Слова вырвались наружу прежде, чем успел сработать внутренний предохранитель. Глаза мастера опасно сощурились, и Амелия замолчала, сама удивленная собственной дерзостью. Целых три месяца ее знания замирали на языке под насмешливым взглядом мастера. Теперь же, под действием зелья, выворачивающего наружу все спрятанное, стена страха дала трещину. И сквозь нее хлынула не только обида, но и та самая, отточенная учебой, решимость.

– Любопытно, – произнес мастер, и в его голосе впервые за весь вечер прозвучало искреннее изумление. – Оказывается, вы небезнадежны, мисс Холли. Неужели, чтобы это показать, надо было дождаться тотальной химической и социальной катастрофы? Возможно, вы даже…

Дариан не договорил. Легкое покалывание в кончиках пальцев, на которое он сначала не обратил внимания, превратилось в пронзительный холод, разливающийся по венам. Взглянув на руку, он увидел, как от его пальцев по полированной поверхности стола поползли причудливые, ажурные узоры инея, напоминающие морозные цветы на оконном стекле.

– Что за… – начал Дариан.

В тот же миг он почувствовал, как магия вокруг сгустилась и похолодела. Перед глазами повисло несколько маленьких хрупких снежинок, застывших в неподвижном воздухе. Дариан смотрел на них с видом ученого, столкнувшегося с чудом, выходящим за рамки его прогнозов.

С противоположной стороны лаборатории донесся грохот и испуганный вскрик Амелии. Дариан обернулся. Воронка, которую она до этого держала в руках, валялась на полу. Ее отполированный край был деформирован, и от расплавленного металла тянулась тонкая струйка дыма.

– Простите! Я все оплачу! – испуганно пообещала Амелия с паникой в голосе.

Воздух возле ее ладоней дрожал, как над раскаленным камнем. Исходивший от них жар было видно невооруженным глазом. Тугая прядь волос, выбившаяся из прически, вдруг завилась еще сильнее, и от нее потянулся едва уловимый, сладковатый запах паленой карамели. Крошечная капля пота, скатившаяся с виска Амелии, с легким шипением испарилась, не успев доползти до щеки.

– Непременно оплатите, – согласился Дариан. – Если прямо сейчас не сгорите от стыда.

Амелия не расслышала его слов. Все, что она могла делать, – обмахивать себя руками в бесплотной попытке почувствовать дуновение ветерка.

– Я… мне так жарко, – сказала она, с ужасом глядя на свои покрасневшие ладони. – И я не могу это остановить…

Дариан сделал к ней один только шаг. В ту же секунду лежавшая рядом книга промерзла насквозь и рассыпалась на тысячи хрустальных осколков. Одновременно с этим связка сухих трав в углу, куда отступила Амелия, вспыхнула ярким пламенем и сгорела за считанные мгновения.

Они замерли, глядя друг на друга через лабораторию, ставшую полем боя их собственных, вышедших из-под контроля сил. А между ними растекались разноцветные пятна зелья – немые свидетели ее ошибки и его краха.

– Магокинетический диссонанс, – заключил Дариан, выдохнув вместе со словами морозное белое облачко. – Поздравляю, вы были правы: искажение энергетического фона на лицо. Магия решила поиграть в алхимическую бинарность с нашими ведущими склонностями. Теперь я – ходячий ледник, а вы – олицетворение извергающегося вулкана. Невероятно банальная аллегория, не находите?