Джонни Мур

Глава 2

Вот мне четырнадцать, и моя мать ведёт меня к очередному психологу. Он скажет пару умных слов, задаст кучу ненужных вопросов и сделает вывод, который никому не нужен. Зачем она так старается? К чему эта показуха? Я не болен, я просто другой! Мне не нужна эта промывка мозга, не нужны чёртовы беседы! 
 

— Джонни, пожалуйста, веди себя хорошо, — сказала мать, закрывая дверь кабинета.
 

Я прошёл к дивану и присел на него. Комната ничем не отличалась от тех, которые я видел до этого. Те же спокойные тона обоев, мягкий диван и умный вид мужчины, который звал себя психологом. Он сидел напротив меня и что-то читал в своей записной книжке.
 

— Может, уже начнём? — спросил я, прервав тишину.
 

— Джонни, так ведь? — спросил он, подняв свой взгляд на меня.
 

— Могу быть Джонни, могу быть Дереком, как вам угодно, — хмыкнул я.
 

— Но ведь тебя зовут Джонни, — в недоумении посмотрел на меня психолог.
 

— Меня так назвали родители, что это даёт? Практически ничего, только запись в документах, да и только, — фыркнул я, увереннее расположившись на диване.
 

— Значит, тебе не нравится твоё имя? — психолог что-то черкнул в блокноте, после чего поднял свой взгляд на меня.
 

— Нравится, — я хитро улыбнулся, этот мужчина глупее остальных, которые были до него.
 

— Хорошо... — он задумался, наверняка, не зная, что спросить. — Ты часто думаешь о смерти?
 

— Практически всегда и никогда.
 

— Она играет важную роль в твоей жизни? — психолог ждал ответа, улавливая мою каждую эмоцию.
 

— Смерть для каждого играет свою роль. Она создана, чтобы держать равновесие в мире, — мне стало забавно, ведь он интересовался темой, которая запрещена в нашей семье.
 

— Ты прав, но разве подростки думают о смерти?
 

— Не все, лишь некоторые. Для кого-то это загадка, для кого-то — способ покинуть жестокий мир...
 

— А что для тебя значит смерть? — психолог придвинулся ближе, он пытался найти мою проблему, возможно, думал, что его догадки близки к истине.
 

— Начало конца.
 

— Хороший ответ, мистер Тёрнер,  — мужчина улыбнулся, будто услышал то, что хотел.
 

— Я предпочитаю Джонни.
 

— Тебе не нравится твоя фамилия? — удивился он.
 

— В этом вы правы, она просто не моя.
 

— Это из-за твоего брата?
 

— Лиама? — засмеялся я. Психолог напрягся, он не ожидал такой реакции. — Неплохой парень, но иногда я желаю ему смерти.
 

— Прости, что? — его профессиональная маска треснула, он показал свою слабость, и я больше не стал скрывать свои мысли.
 

— Я желаю смерти своему брату, но лишь иногда, — улыбнулся я.
 

— Ты готов убить его?
 

— Нет, доктор, ещё рано, слишком рано...
 

***
 

Я шёл домой вместе с Лиамом. Он хотел что-то спросить, как-то начать разговор, но, видимо, боялся. Раньше брат стеснялся меня, ему было противно общаться со мной, а сейчас — страшно...
 

— Джонни...
 

— Я тебя слушаю, — ответил я, продолжая идти и рассматривая природу.
 

— Тебе стало легче? — осторожно спросил Лиам.
 

— Да, я рассказал о своих желаниях.
 

— О каких желаниях? — поинтересовался брат.
 

— Убить тебя, но лишь иногда, — засмеялся я. Лиам побледнел, ему стало страшно, он больше не тот мальчик, который обижал и отвергал меня.
 

— Ты шутишь? Ты же мой брат...
 

— Лиам, ты ещё слишком юн, чтобы познакомиться со смертью.
 

Оставшуюся дорогу мы шли молча. Я наслаждался видом. Прекрасные серые тучи затянули небо, они предвещали дождь. Ветер расшатывал деревья из стороны в сторону настолько сильно, что листья еле держались, дабы вот-вот не сорваться и не отправиться в свой последний полёт. Мои волосы развевались, а глаза приятно щипало. Маленькие крупицы пыли летали вокруг, заставляя жмуриться. Лиам закрывал лицо руками, он стал слишком нежным, боится и муху обидеть. С возрастом брат стал чересчур правильным. Он не обижал меня и окружающих, старался вежливо общаться и показывать себя пай-мальчиком. Я стал его противоположностью, мне досталась роль плохиша.
 

Харви больше не было в моей жизни, он перевелся в другую школу... Из-за меня... Я сломал ему обе ноги и руки. Мне это доставило удовольствие. Хруст его костей приятен моим ушам, я бы слушал эту песню снова и снова. Именно из-за этого случая я начал ходить к психологам всё чаще, а в школу - реже. Меня боялись практически все, они желали упрятать меня в психбольницу, но это место кишит больными, а я здоров!
 

Дома меня ждала мать, она подошла ко мне и начала расспрашивать о сеансе. Я лишь засмеялся и ушёл в нашу с Лиамом комнату. Около месяца назад я перекрасил её в чёрный. Этот цвет настраивает меня на новые мысли, заполняющие мой разум, выводя меня на правильный путь. 
 

Я достал из тайника нож, который сделал сам. Острее лезвия я ещё не видел, он может перерезать всё, что угодно. Я прячу его от чужих взглядов, никто не видел и не увидит мой шедевр. Нож настолько идеален, что я боюсь его потерять где-нибудь и не найти...
 

— Джонни! — меня позвала мать, она никогда не заходила в нашу комнату без разрешения.
 

— Сейчас!
 

Я спрятал кусочек счастья обратно и вышел за дверь. Мать смотрела на меня со слезами.