Эдервильские легенды

Вечная молодость

Всем, кто бывал в Эдервиле и его окрестностях, известно, что цветов там просто невероятное количество. И цветут они дольше и ярче, чем в других краях. Если отойти подальше от города, в лесу и на лугах можно увидеть цветы, которые больше нигде не встречаются. Например, белые колокольчики, которые названивают веселые мелодии. Или пестрые цветочки, удивительно напоминающие бабочек. Они машут лепестками, будто крыльями, пытаются взлететь, оторваться от стеблей. Правда, ничего у них не получается. А еще иногда попадаются цветы с пышными бордовыми соцветиями и жесткими листьями, способные превращаться в людей. Хотя эти самые бордовые цветы лучше обходить стороной, иначе неприятностей не оберешься. Один престарелый писец по рассеянности собрал из них букет во время прогулки, и потом поставил букет в своем скромном жилище. А наутро обнаружил у себя в комнате совершенно обнаженных гостей — троих молодых мужчин и двух девиц. Люди-цветы были прекрасны, но высокой нравственностью не отличались. Что только они не творили друг с другом, не обращая никакого внимания на хозяина. Хорошо еще, что писец сорвал всего пять цветочков. Окажись букет побольше, гости разгромили бы весь дом. Писец, который всю жизнь тихонько просидел за перепиской бумаг городского совета, заливался краской от смущения. Готов был провалиться сквозь пол или сбежать из собственного дома куда глаза глядят. С счастью, на помощь пришла жившая по соседству почтенная ведьма, она же гадалка и сводница. Благодаря ее заклинаниям удалось водворить бесстыжих гостей обратно на луг.

Впрочем, к истории цветочницы Агнес все это не имеет отношения. Агнес торговала самыми обыкновенными цветами, которые закупала оптом у садовников или сама собирала подснежники, нарциссы и фиалки в ближайшем лесу. Хотя возле многих городских домов росли цветы, эдервильцы охотно покупали искусно составленные букеты и букетики. Утром Агата привозила свою маленькую ручную тележку на рынок, а когда во второй половине дня возвращалась, товар редко оставался нераспроданным. Говорят, те, кто имеет дело с цветами, выращивает их или составляет букеты, отличается добрым нравом и обладает чистой душой. Очень точная примета, но встречаются исключения.

Агнес была довольно миловидна, однако еще ни один мужчина не проявил к ней внимания. Ее просто не замечали, поэтому она боялась остаться в старых девах. Подобные мрачные мысли не добавляли ей приветливости и добродушия.

Как-то раз весной она взяла корзину и отправилась в лес за крокусами. Горожане с удовольствием дарили друзьям и возлюбленным букеты из этих нежных цветов. Блуждая по лесу, Агнес по своему обыкновению размышляла о том, как несправедлива к ней судьба, и о том, как чудесно было бы вдруг стать настоящей красоткой. Вот тогда бы ее точно все заметили.

Она не обратила внимания, что находится уже не одна на поляне. На стволе поваленного дерева сидел с незнакомец весь в черном. Вид у него был пугающим — темная, будто обугленная кожа, красноватые глаза на узком лице с резкими чертами… Впору было вскрикнуть от испуга и убежать, но Агнес не успела этого сделать. Незнакомец заговорил неожиданно приятным, чуть глуховатым голосом:

— Твои мечты услышаны, Агнес. Хочешь стать самой красивой девушкой в городе? Я тебе помогу. Будешь играючи очаровывать всех мужчин подряд.

— А… как ты узнал, о чем я мечтаю? — пробормотала Агнес.

— Я все о тебе знаю. Кстати, можешь звать меня по имени — Данталиан.

— Когда же я смогу?..

— Совсем скоро, уже через несколько дней. Но за такое роскошное чудо придется заплатить. Это будет справедливо, не так ли?

У Агнес не возникло никаких сомнений, что Данталиан вправду способен совершить настоящее чудо. Не просто так ведь он прочитал ее мысли.

— Я готова заплатить! Могу даже продать дом…

Данталиан усмехнулся:

— Нет, такие жертвы не понадобятся. Но у тебя, как и у всякой невинной девушки есть еще кое-что. Согласна пожертвовать своей невинностью? Не такая уж высокая плата.

Агнес молча поставила на траву корзину и принялась развязывать тесемки своей юбки.

— Твоя покладистость мне нравится, — одобрительно сказал собеседник. — Ты далеко пойдешь, моя милая…

И, не тратя лишних слов на комплименты и изъявления чувств, Данталиан тут же на полянке овладел покладистой цветочницей. Когда примерно через час они расставались, странный любовник еще раз подтвердил:

— Можешь не сомневаться, свою награду ты получишь. А если я тебе когда-нибудь еще понадоблюсь, просто приходи на нашу поляну. Я окажусь тут как тут.

Пока Агнес с наполовину полной корзиной шагала домой, ей уже казалось, что все произошедшее просто померещилось. Однако едва вошла в комнату, сразу кинулась к зеркалу. Никаких перемен там не заметила, вот только яркий румянец на щеках выступил. Но ведь он мог появиться просто от быстрой ходьбы. Зато уже назавтра Агнес показалось, что ресницы у нее стали длинней, волосы гуще, а глаза блестят сильней обычного. На самом деле не показалось. В течение недели Агнес просто невероятно похорошела. Узнать ее было можно, но внезапно обретенная красота полностью преобразила неприметную прежде внешность. Данталиан не обманул, Агнес по праву могла считаться самой красивой девушкой в городе. На нее обращали внимание на улице, прежние знакомые удивлялись, как это они раньше не замечали такую красотку. Да и от покупателей на рынке не было отбоя.

За прошедший месяц она получила несколько предложений руки и сердца. Агнес понимала, что теперь каждое ее слово, каждая улыбка вызывают восхищение окружающих. Она уже с удовольствием перекидывалась шутками с покупателями и вовсю кокетничала. Впрочем, никому надежды на взаимность не давала, ждала более выгодного претендента. И он появился. Кертис, один из самых богатых эдервильцев, как-то ненароком заглянул в цветочные ряды и с первого взгляда влюбился в прекрасную цветочницу. Скупил все ее букеты, оставив на прилавке набитый монетами кошелек. А уже на следующий день принес ей обручальное кольцо с цветочным узором из бриллиантов и сапфиров. Ювелир всю ночь не спал, чтобы успеть выполнить срочный заказ. Разумеется, Агнес не стала отказываться. К тому же, жених был еще молод, недурен собой и ни в каких подлостях не замечен.