Эдервильские легенды

Кружевница

С утра до вечера молодая кружевница плела из тонких льняных нитей чудесные воротнички, манжеты и шали для городских модниц. Работа у нее спорилась, кружевница не только повторяла известные узоры, но и придумывала новые, такие роскошные, что ничего подобного нельзя было найти у других мастериц. Тех денег, что платили за работу, им вместе с давно овдовевшей матерью вполне хватало. Нужда не стучалась в чистенький домик с ажурными занавесками и кустами остролиста возле крыльца. Кружевница была не только прилежна, но и хороша собой, многие заглядывались на нее. Не было сомнений, что в старых девах она не останется. Жизнь текла без забот и тревог, пока не попалась кружевница на глаза сыну мэра. Мать молодого человека часто покупала кружева у мастерицы, поэтому той был открыт доступ в богатый особняк на главной улице города. Она приносила в узелке свой товар, а хозяйка особняка долго перебирала изысканное рукоделие, обязательно покупала что-нибудь, да еще и заказывала отделку для новых нарядов. Как-то раз в комнату матери заглянул сын и обратил внимание на миловидную девушку в скромном платье.

Когда кружевница возвращалась домой, он подстерег ее на безлюдной улице и заговорил. Дальше началась самая обычная история. Могла ли простодушная кружевница долго сопротивляться ухаживаниям красивого молодого дворянина, который казался принцем из волшебной сказки? Не прошло и недели, как девушка поддалась на его уговоры. Встречались они в охотничьем домике неподалеку от города, никто не догадывался об этой тайной связи. Девушка довольно быстро наскучила любовнику, а когда призналась, что беременна, тот и вовсе сказал:

— Может, этот ребенок не от меня. Ты просто рассчитываешь выжать побольше денег. Думаешь, я буду содержать тебя и твоего ублюдка?

Кружевница зарыдала и выбежала вон. Она поклялась больше никогда не возвращаться туда, где совсем недолго была счастлива. Никогда не встречаться с тем, кто произнес такие жестокие и несправедливые слова. Вот только гордой можно оставаться, пока ты ни от кого не зависишь, и тебе есть на что существовать. Брошенная кружевница целыми днями лила слезы, работать по-прежнему не могла, все валилось из рук. Вскоре и мать, и соседи заметили, что она ждет ребенка. Косые взгляды, перешептывания, попреки матери, которая мечтала, что дочь выйдет за какого-нибудь зажиточного лавочника… Но теперь мечты пошли прахом. Однажды кружевница не выдержала материнских попреков и отправилась в дом мэра, чтобы попытаться разжалобить если не любовника, то хотя бы его мать, которая раньше была так добра к ней. Еще не очень давно кружевницу охотно пропускали к самой хозяйке дома, но сейчас привратник захлопнул тяжелую дверь.

— Не велено тебя больше пускать.

Вот и весь разговор.

Ничего не оставалось несчастной, как вернуться домой. Протянулся еще месяц, а потом как-то вечером мать, разозлившись, выставила дочь на улицу:

— Отправляйся туда, где гуляла, распутница!

Зима в тот год выдалась ранняя и на редкость холодная, с темного неба сыпал колючий снег. Кружевница снова отправилась к особняку мэра. Она теперь не надеялась, что прежний любовник примет ее. Просто хотела попросить немного денег, чтобы устроиться на первое время и продержаться до родов. Может, увидев ее, такую замерзшую и жалкую, он все-таки опомнится? Конечно, он никогда не женится на простой девушке, да еще и опозоренной. Но ведь ребенок ни в чем не виноват. Только бы дождаться его появления на свет, а там вдруг отцовское сердце дрогнет? Ведь когда-то сын мэра клялся, что любит ее, что она самая лучшая из всех девушек, кого ему доводилось видеть в своей жизни… Кружевница проскользнула в незапертую садовую калитку, дошла до особняка. Сбоку был отдельный вход, который, как ей было известно, вел в комнаты бывшего возлюбленного. Слуга не решился сразу прогнать дрожащую, всю облепленную снегом женщину, согласился передать ее просьбу хозяину. Вскоре дверь снова отворилась, наружу выскочили два крепких лакея и поволокли кружевницу прочь. Рот ей заткнули ее же платком, чтобы не подняла шум. Сын мэра наблюдал за происходящим из окна. Кружевницу швырнули на мостовую, калитка закрылась, в этот раз накрепко.

— Хозяин сказал: если не оставишь его в покое, тебя вышлют из города. Шлюхам здесь не место.

В ту ночь кружевница все-таки нашла приют в ветхой лачуге у дальней родственницы. Старуха сама перебивалась с хлеба на воду, но пустила к себе кружевницу, которой больше было некуда идти, и позволила остаться. Ребенок появился на свет раньше срока, через несколько дней умер. Однако уже некогда было плакать и страдать, надо было на что-то жить. Кружевница забрала коклюшки и запасы ниток из своего прежнего дома, который отныне стал чужим, и снова принялась за работу. Только теперь она плела самые обычные узоры, а новые придумывать разучилась. Да и по домам богатых горожанок больше свое кружево не продавала, лишь иногда выбиралась в лавку, чтобы отдать очередную партию товара на продажу.

Зима близилась к концу, когда кружевница случайно встретила на площади сына мэра. Он шел в окружении приятелей, таких же беззаботных и счастливых отпрысков богатых семей. Весело смеялся над чем-то. Он не мог не заметить кружевницу, хоть она и изменилась за последнее время. Сын мэра отвернулся и равнодушно проследовал мимо. Приближался какой-то городской праздник, на площади было еще много прохожих — все нарядные, оживленные, довольные, в воздухе колокольчиками звенели девичьи голоса, ярко горели фонари, детишки перебрасывались снежками. Кружевница брела в толпе и чувствовала, что больше в этой жизни ждать ей нечего. Вернулась в лачугу, закрылась в своей холодной комнатушке. Острыми ножницами проколола кожу на запястье. Кровь потекла на груду лежавших на столе белоснежных кружев, текла тонкой струйкой, не останавливаясь... Когда утром хозяйка лачуги заглянула в комнату, кружевница уже окоченела. Уткнулась лицом в мягкие кружева, на волосах и ресницах блестел иней. Потом старуха пыталась отстирать кружева от крови, чтобы продать и выручить денег хоть на гроб. Однако кровь не отстирывалась, слилась с льняными нитями. Удивительно, но пятна не потемнели, как бывает обычно, наоборот, оставались ярко-алыми, будто кровь только что вытекла. Помогли сердобольные соседи, похоронили кружевницу в дальней части кладбища, где закапывали бедняков. Вскоре все забыли об этом происшествии и о самой кружевнице. Сын мэра уехал в столицу вместе со своими приятелями, так и не узнав, что его прежней любовницы больше нет на свете.