Эдервильские легенды

Новая мостовая

Слэйд Таррен был, пожалуй, самым занятым человеком в Эдервиле. Еще в двадцать пять он получил должность главного помощника председателя городского совета и за миновавшие тринадцать лет ни одного дня не знал покоя. Важных дел по благоустройству города всегда хватало, а господин председатель и остальные члены совета старались себя особо не утруждать. Как обычно бывает, всю работу свалили на одного самого ответственного человека. Этим человеком и оказался Слэйд. Как бы он ни старался, горожане все равно находили поводы для недовольства, что выводило Слэйда из себя. Однако другой жизни он уже не представлял.

Поэтому Слэйд даже растерялся, когда получил предложение от родственника погостить пару недель в загородном поместье. Так уж сложилось, что Слэйд ни разу не покидал Эдервиль. В юности не успел, а потом стало не до поездок. До него внезапно дошло, что жизнь проходит, а он остается на месте будто прикованный цепями. Итак, Слэйд испросил отпуск у своего изумленного начальника и оставил того самого разбираться с забившимся фонтаном и рухнувшим забором на рынке.

Уже наутро Слэйд катил в экипаже, присланным за ним кузеном и с наслаждением вдыхал ароматы луговых трав. В Эдервиле было много зелени и цветов, но на природе они казались какими-то другими. Даже небо будто стало выше… Путешествие было не слишком долгим, и уже к вечеру Слэйд водворился на новом месте. Владелец усадьбы не стеснял своего гостя, тот мог целыми днями напролет заниматься чем хочет — отдыхать в приятной тени в старом парке, листать книги в библиотеке на первом этаже особняка или бродить по округе. Больше всего Слэйду нравились именно такие прогулки. После завтрака он открывал парковую калитку, а дальше уже предстояло выбирать, куда отправиться на сей раз — в пронизанный широкими тропами лес, на цветущий луг или на берег озера, где по водной глади плавали белые кувшинки.

Однажды, уже ближе к завершению отпуска Слэйд дошагал до оврагов, которые начинались за лугами. По краям оврагов росли цветущие кустарники, в небе на разные голоса распевали птицы… Можно было слушать их бесконечно. А еще — любоваться полетом бабочек над пестрыми цветами. Он не знал названия этих цветов, вспомнил только «золотые кружева», которых было полно и в городе. Но какая разница, как называть тот или другой крошечный сгусток чистой, беспримесной красоты? Слейд глубоко вдохнул меловый воздух, потянулся, окинул взглядом пространство вокруг… Чуть поодаль на дне оврага что-то мелькнуло. А это просто солнечный луч пробежался по груде камней, которые там лежали. Из любопытства Слэйд спустился вниз. Камней там было великое множество, они полностью закрывали дно и доходили почти до середины высоты оврага. Гладкие, ровные, будто отполированные камни всех оттенков — от светло-серого до почти черного… Слэйд взял в руки один камень, погладил нагретую солнцем поверхность. И немедленно вспомнил, что на главной городской площади мостовая просто отвратительная. Гораздо хуже, чем на рыночной площади и на улицах. Ведь в незапамятную пору главную площадь мостили спустя рукава, слишком быстро, лишь бы отделаться. Булыжник тогда свезли из разных мест, камни оказались разными по размеру и неровными. Ходить и ездить по такой мостовой было сплошным мучением, хотя ко всему, конечно же, можно привыкнуть. И вот теперь Слэйд прикидывал, во сколько обойдется городской казне замена мостовой. Если бы удалось удачно провернуть это дело, оно оказалось бы по-настоящему полезным для города. Возможно, у эдервильцев проснулась бы совесть, и они наконец-то по достоинству оценили бы труды главного помощника председателя городского совета.

Теперь Слэйду уже не терпелось снова оказаться в городе. Через несколько дней он с новыми силами приступил к своим обязанностям. Затея получила одобрение, и всего через какой-то месяц работа на площади закипела. Хотя «закипела» — это слишком сильно сказано, ведь денег на замену мостовой нашли не так уж много. Поэтому на огромной площади трудились всего пятеро работников. Им еще предстояло удалить камни прежней мостовой, поэтому понятно было, что все это растянется надолго. Одним из пятерых оказался Трой Браун. Ему достался участок напротив большого трехэтажного особняка, принадлежавшего семейству Ричардс. У почтенной супружеской пары была только одна дочь Эллен, единственная наследница. Девушка совсем скоро должна была выйти замуж за жениха, выбранного родителями. А пока оставалось всего три недели до свадьбы, беззаботные, полные надежд недели.

Вскоре Трой заметил, что за ним наблюдают из окна третьего этажа. Кружевная занавеска чуть сдвигалась, темные глаза с любопытством смотрели, как Трой возится с булыжниками старой мостовой, которые никак не хотели покидать привычные места. Еще через пару дней девушка, красивей которой он в жизни не видывал, уселась с рукоделием возле самого окна. Теперь достаточно было невзначай поднять голову, чтобы встретиться взглядом с незнакомкой. Трою она казалась существом из другого мира, бесконечно далекого от всего земного. А Эллен… с трудом отрывала взгляд от простого парня. Ей тоже казалось, что никого милей на свете даже быть не может. Ей нравилось в нем все — открытое лицо, волнистые каштановые волосы, привычные к работе сильные руки, на которых играли мускулы. Август в тот год выдался жаркий, приходилось работать в расстегнутой рубашке с закатанными рукавами. Даже испарина, выступавшая на гладкой смуглой коже Троя, привлекала Эллен. Она надолго замирала у окна в какой-то сладкой, до сих пор не испытанной истоме. Но прошло довольно много дней, прежде чем Эллен впервые решилась улыбнуться Трою. С тех пор их дни начинались и заканчивались улыбками, а сны были заполнены грезами о встрече наяву.

Между тем свадьба приближалась. Сперва до Эллен как-то не доходило, что жизнь вот-вот резко переменится, и ее хрупкая связь с Троем оборвется. Жених иногда заглядывал с визитом, чинно просиживал положенное время в гостиной. Он был из хорошей семьи, молод, недурен собой, отлично воспитан. Чего еще желать от брака? Раньше ей было приятно ездить с матерью по лавкам, покупать материи на приданое, перебирать драгоценности, которые родители предназначали для нее, примерять подвенечное платье. Она ничего другого и не желала, раз в любом случае нужно выходить замуж, как и всем девушкам. Кто же знал, что под окном появится Трой?