Единорог и повороты судьбы

4. Магия двухкопытных

Ебы больше не было. Я хотел затоптать эту «кобылу» так, чтобы кровь вместе с пылью летели из-под копыт. Вонзить в ее худющую плоть свой рог, поднять над собой и вертеть-вертеть. Пока моя розовая шерстка не окрасится в багрянец. Как жаль, что единорожье тело осталось  где-то там, в другой жизни.

А здесь, в этом убогом обличие, мне приходится отмывать пол после ужасного убийства. Жалко барашка.

- Эй, Мурад!

Я начинал ненавидеть это имя. А ведь раньше меня звали Луговая Зефирка или Самый быстрый осеменитель. Меня почитали, любовались моей грацией, кобылки выстраивались в очередь. Сиять великолепием – было моим предназначением. А сейчас в мои обязанности входит только стрижка овец.

- Тащи свою задницу на кухню, - этот двухкопытный уже не называл меня «братом», и, кажется, мой авторитет упал еще ниже.

- За-чем? – их язык мне давался все еще сложно.

- Сестре Алмагуль нужна помощь, отнеси туда мешок муки.

Кто такая Алмагуль и где тут кухня? Что такое кухня? Почему мешок муки такой тяжелый?

С мешком мне, конечно, никто не помог, но благо до кухни довели. Здесь происходило что-то странное. Та живодерка размахивала  огромным резаком, превращая еще теплую тушку моего друга в мелкие кусочки.

Плохо переваренная трава подступила к горлу. Но припомнив случай с радугой, понял, что вряд ли увижу на выходе разноцветные леденцы. Потому сдержался, сбросив мешок под ноги. Я хотел уже уйти, не было сил смотреть на это живодерство. Но тут дочка вожака заржала как кобыла:

- Сядь, Луговая Зефирка!

Я так и плюхнулся на задницу посреди прохода. Алмагуль продолжала с остервенением нарезать мясо.

- Меня зовут Мурад, - я машинально ответил на единорожьем, выдав себя с потрохами.

Она молча кинула горсть темно-красных кусков в миску. Взяла со стола какой-то сосуд, похожий на рог и начал крутить. Раздался скрежет и хруст, а на мясо из рога посыпались разноцветные искры. Этот шорох издавал неописуемый аромат. В моей жизни никогда не было таких душистых лугов, таких вкусных калибри.

В моем мире тоже счищали волшебный порошок с рогов. Единороги посыпали им крылья для увеличения или натирали копыта, чтобы бегать быстрее остальных. Я же использовал его в обольщение кобылок.

Не думал, что и у двухкопытных есть своя магия. Искры из человеческого рога в конец одурманили меня, что встать на ноги уже не было сил.

- Помнишь меня, Луговая Зефирка? – Алмагуль снова заговорила.

- Я не…

- Неужели я так сильно тебя лягнула, что выбила последние мозги? Ты хоть помнишь, что на самом деле единорог?

Она все также смотрела на меня черноземными глазами, полные ненависти.

- Это из-за тебя я здесь?

- Вообще-то я хотела тебя убить, а оказалась тут. Если бы ты так сильно не обсыпался волшебным порошком, я бы не поскользнулась на нем и не полетела в пропасть следом за тобой. Ненавижу тебя!

Она бросила на стол новый кусок мяса и принялась его нарезать. Запах барашка мне совсем не нравился, и, если бы ни магия искорок, я бы потерял сознание от дурноты.

- Почему ты меня лягнула, мы даже не были знакомы? Или были? Прости, если у меня не хватило времени зайти в твое стойло.

- Речь вообще не обо мне, грязное животное!

- Ахх, ты что, не надо бросаться такими словами.

Меня перекосило от возмущения. Как бы теперь это расслышать? Кобыла же, как ни в чем не бывало, подхватила с пола мешок и высыпала на стол горку муки.

- Ты гулял на пастбище с моей сестрой, обесчестил ее, а на следующий день даже не заглянул в нашу конюшню.

- Да, похоже на меня. Но что в этом такого? Она не первая и не последняя.

Я скептически окинул пространство вокруг себя и решил, что погорячился с последней фразой.

- Да, действительно, ничего такого. Вот только после этого сестра пошла на берег и утопилась с горя. Я хотела отправить тебе в ту же пучину.

- Может она просто помешанная?

Каким-то волшебным образом мука в руках этой девчонки превратилась в тягучую массу. Стаканчики, зелень, кусочки мяса так и летали в воздухе. Происходило что-то невероятное! Эта кобыла будто родилась в этом мире, так ловко отростки на ее передней ноги рассыпали облаком муку.

- Это ты самовлюбленный псих, помешанный на своем хвосте и блестящих копытцах! Она любила тебя, а ты…

Все прочие слова смазались в неразборчивый шум. Я как завороженный следил за ее движениями. Как из белого порошка можно получить что-то настолько прекрасное?

- Что ты готовишь?

- Хинкали! – зло бросила она.

Разноцветные хвостики, значит она Повелитель Хинкалей!