Единственная для дракона

Глава 3. Уроки выживания

Меня разбудил звук гонга. Не нежный перезвон колокольчика — именно гонг, раскатистый и требовательный, как у пожарной части.

Вокруг зашевелились белые фигуры в ночных одеждах. Девушки вскакивали с постелей, торопливо заправляли волосы, искали дневные ханьфу.

— Подъём! — в павильон ворвались служанки с кувшинами воды и полотенцами. — Быстрее! Мастер Ли не терпит опозданий!

Я села на постели, протирая глаза. Сон был коротким и беспокойным — снились драконы, золотые дворцы и человек с глазами цвета расплавленного металла.

Видимо, не сон.

Холодная вода из нефритовой чаши окончательно меня разбудила. Я наскоро умылась, заплела волосы в простую косу и натянула чистое ханьфу — сегодня нам дали одежду нежно-розового цвета.

— Ань Мэй! — Мэй Хуа подбежала ко мне, пытаясь на ходу завязать пояс. — Ты знаешь, что такое "урок каллиграфии"?

— Примерно, — я помогла ей с поясом. — Искусство красивого письма.

— А если я не умею писать?

Отлично. В этом мире неграмотность, видимо, не порок, а норма.

— Научишься, — подбодрила я её.

Служанки выстроили нас в ряд и повели через галереи к другой части женских покоев. По дороге мы встречали других наложниц — те смотрели на нас с любопытством, снисходительностью или открытым презрением.

Учебный зал оказался просторным павильоном с низкими столиками из красного дерева. На каждом столике — набор для каллиграфии: кисти разных размеров, тушечница, палочка туши, стопка рисовой бумаги.

Пахло сандалом и чернилами. По стенам висели образцы каллиграфии — иероглифы, написанные с таким мастерством, что хотелось рассматривать их часами.

— Садиться! — приказала пожилая женщина у доски. — Я мастер Ли. Следующие два часа вы будете изучать основы письменности.

Мы расселись за столики. Я оказалась между Мэй Хуа и ещё одной новенькой — тихой девочкой по имени Цзя Мин.

— Письмо — это не просто ремесло, — начала мастер Ли, ходя между рядами. — Это искусство, философия, способ выражения души. Император ценит образованных женщин. Неграмотные наложницы долго не задерживаются при дворе.

Намёк был ясен.

— Начнём с простого, — мастер Ли взяла кисть и провела на доске несколько линий. — Иероглиф "человек".

Я знала этот символ. И следующий — "небо". И тот, что за ним — "земля". Знала не просто как картинки, а понимала структуру, логику написания, варианты почерков.

Спасибо высшему образованию.

Пока другие девушки старательно копировали движения мастера Ли, я уже писала фразы. Простые, но грамматически правильные.

— Что это? — мастер Ли остановилась за моей спиной.

Я подняла голову. Вокруг стояла тишина — все смотрели на меня.

— Стихотворение Ли Бо, — тихо ответила я. — "Мысли в тихую ночь".

Мастер Ли взяла мою работу, поднесла к глазам, изучила каждый иероглиф.

— Кто тебя учил?

— Отец, — соврала я. — Он был... образованным человеком.

— Образованным, — мастер Ли хмыкнула. — Девочка, твой отец был учёным. Такой почерк не появляется случайно.

Она показала мою работу классу.

— Смотрите. Это образец классического стиля династии Тан. Каждая черта выверена, каждый изгиб — на своём месте. А главное — видна душа.

Я почувствовала, как краснею. Внимание — это последнее, что мне было нужно. В тюрьме, а дворец явно был тюрьмой, лучше оставаться незаметной.

— Ань Мэй, — мастер Ли положила мою работу на стол, — после занятий останешься. Хочу поговорить.

Отлично.

Остальные два часа урока прошли в мучительном ожидании. Другие девушки то и дело косились на меня — одни с завистью, другие с любопытством. Мэй Хуа выглядела расстроенной — её попытки написать простейший иероглиф заканчивались кляксами.

Когда урок закончился и все вышли, я осталась сидеть за столиком. Мастер Ли подошла ко мне, неся чайный сервиз.

— Чаю?

Я кивнула. Она разлила ароматный напиток в фарфоровые чашечки.

— Значит, отец-учёный, — мастер Ли села напротив меня. — Интересно. А что он изучал?

— Историю, — ответила я, держась максимально близко к правде. — Древние тексты.

— И дочь пошла по его стопам?

— Пыталась.

Мастер Ли отпила чай, изучая меня внимательным взглядом.

— Ань Мэй, я преподаю здесь уже двадцать лет. Видела сотни девушек. Обычно новенькие еле-еле пишут своё имя. А ты цитируешь классику с техникой мастера.

Я молчала. Что тут скажешь?

— Не бойся, — мягко сказала мастер Ли. — Я не собираюсь тебя выдавать. Наоборот — хочу помочь. Но ты должна понимать: такие способности привлекают внимание. А внимание в гареме может быть опасным.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что среди наложниц есть те, кто не терпит конкуренции. Особенно талантливой конкуренции.

Яшмовая Наложница. Она об этом.

— Что мне делать?

— Учиться. Но осторожно. Не выделяйся слишком сильно на общих уроках. Но если представится случай показать свои знания императору... не упускай его.

Мастер Ли встала, убирая чайный сервиз.

— И ещё, Ань Мэй. Будь осторожна с теми, кому доверяешь. В гареме даже стены имеют уши.

***

После разговора с мастером Ли я чувствовала себя неуютно. С одной стороны — приятно было встретить понимающего человека. С другой — её предупреждения звучали зловеще.

Следующий урок — этикет — проходил в другом павильоне. Здесь нас учили правильно ходить, кланяться, держать руки, говорить с людьми разных рангов.

— Спина прямая! — командовала наставница, мастер Чжу. — Шаги мелкие! Взгляд опущен, но не в пол!

Мы ходили по залу друг за другом, как утята. Я старалась не выделяться, повторяя движения других девушек.

— Теперь поклоны, — объявила мастер Чжу. — Существует семь видов поклонов в зависимости от ранга человека, которому кланяетесь.

Она показала каждый — от лёгкого наклона головы до земного поклона с коленопреклонением.

— Императору — только седьмой поклон. Благородным наложницам — пятый. Евнухам — третий.