Единственная для двух альф

Глава 1

Чёрт бы меня побрал. Что мне вообще в голову взбрело — идти домой через лес?

Точнее, через этот чёртов перелесок за стадионом, который все дружно обходят, кроме самых умных вроде меня. «Так короче будет». «Чего бояться, Яна, это тебе не хоррор». «Волки спят». Угу. Ага. Волки спят, пока ты сама не вывалишься к ним в пасть.

Деревья нависают над тропой, как если бы лес решил сжаться и сжевать меня. Ветки царапают лицо, волосы липнут к щекам, дыхание рвётся. В груди будто пылает костёр, воздух не вдыхает, а обжигает. Горло сухое. Слюна вязнет. Бегу почти вслепую — не от кого-то, а от всего.

Спотыкаюсь. Падаю. Ловлю землю руками — в грязь, в мох, в корни. Вскрикиваю сквозь сжатые зубы. Колено пробила. Рука в ссадинах. Режет. Щиплет. Больно.

Поднимаюсь. Не время лежать.

Пытаюсь вспомнить, где свернула. Где была эта тропинка? Сколько метров назад я сошла с дороги? Всё в голове расплылось, будто кто-то стёр маршрут, оставив одно только — страх. Паника глушит ориентиры. Ни точек, ни зацепок. Только холод внутри и деревья, одинаковые до безумия. Кажется, они нарочно встают стеной, чтобы я заплутала ещё сильнее.

Деревья молчат. Не шелохнутся. Даже ветер пропал. Ни совы. Ни мыши. Ни шороха травы. Только моё дыхание и стук сердца, который отдается в висках.

Телефон. Руки трясутся, пальцы липкие. Разблокирую. Нет сети. Конечно. Идеально. Просто идеально.

Сажусь на что-то корявое. Пенёк. Камень. Уже всё равно. Закрываю глаза на секунду. Трясёт. Всё тело гудит, как натянутая проволока. Слышу только свой хрип — даже не дышу, а выжимаю воздух из себя.

Потом — звук. Едва уловимый. Слева.

Словно кто-то оступился. Или нарочно задел ветку, чтобы проверить — слышу ли я.

Мурашки мгновенно разбегаются по коже. Спина становится ледяной.

Я резко оборачиваюсь. Слишком резко. Шея хрустит от напряжения.

Темнота. Деревья. Я ничего не вижу, но чувствую.

Кожу будто прожигает взгляд — чей-то чужой, невидимый.

Не угрожающий напрямую. Пока. Но тянущий к себе.

Словно лес сам дышит рядом. Ждёт. Слушает, как я дышу. Считает мои шаги.

Всё тихо.

Сердце делает сальто, потом падает обратно в грудь. Липкий холод прилипает к позвоночнику. Ноги отказываются вставать. В ушах шумит. Паника нарастает, как волна. Вот-вот накроет с головой.

Встаю. Медленно. Каждое движение — усилие. Лес будто не отпускает. Каждый куст держит, каждый ствол поворачивается следом. Мне это кажется, да? Просто кажется.

— Всё нормально, — шепчу себе. — Просто перенапряжение. Адреналин. Ты взрослая. Ты можешь выбраться.

Перед глазами вдруг — обрывок. Как мираж. Две морды. Серые. Волчьи. Мерцание глаз, щёлкнувшие зубы. Мгновение — и исчезло. Или… не исчезло? Провожу языком по губам. Сухо. Потрескались. Словно кричала и не помню этого.

Возвращаюсь. Медленно.

Шаг — за шагом, как будто под ногами зыбь. Память цепляется за образы: поворот, сучковатый ствол, фонарь вдалеке. Вот она — тропинка. Та самая. Узкая, ровная, как натянутая нить между деревьями. Там, впереди — город, свет, люди. Безопасность.

Ускоряюсь. Не бегу, но тело уже не слушается — будто кто-то подталкивает в спину. Инстинкт. Спешка.

И вдруг — тень.

Справа или сзади?

Замираю. Шаги. Не мои.

Тихие, но уверенные, словно кто-то не прячется, а наоборот, хочет, чтобы его заметили: «Я здесь».

Поворачиваюсь.

Мужчина.

Высокий. Капюшон затеняет лицо. Плечи широкие. Идёт в том же направлении, что и я. Ни шагу быстрее, ни шагу медленнее. Не смотрит. Не приближается. Просто идёт.

Голова звенит. Сердце стучит где-то в горле. Пытаюсь не пялиться, но спиной ощущаю каждый его шаг.

Тропинка вывела к свету. Асфальт под ногами, фонарь над головой. Камень под подошвой — холодный, настоящий. Я дошла. Выдыхаю — шумно, прерывисто, будто до этого задерживала дыхание на слишком длинной дистанции. Всё. Дошла.

Оглядываюсь — за спиной пусто, ни шагов, ни тени, ни шороха, будто он свернул… или исчез… или вовсе был только в моём воображении.

Остановка стояла пустая. Одинокая лавка под фонарём казалась чужой — как будто не для меня.

Я обхватила себя руками и только сейчас почувствовала, как сильно дрожу.

Машины проносились по трассе, будто не замечая ни меня, ни моего страха.

Достала наушники, включила музыку. Любую. Лишь бы заглушить собственные мысли.

Автобус подошёл вовремя. Я села у окна, прислонилась лбом к стеклу. Смотрела, как мимо проносится город — такой знакомый, но почему-то далекий.

Ещё тридцать минут. Потом — дом.

Тишина. Закрытая дверь. Тёплая ванна.

Вода обволакивала кожу, успокаивала. Аромат масел казался почти нежным.

Я просто лежала, не думая, не чувствуя. Только дышала.

Кровать встретила мягкостью. Я закрыла глаза — и провалилась.

Мне снился лес. Тот же. Только глубже. Холоднее. Страшнее.

Из темноты вышли волки.

Я пыталась бежать, но ноги не слушались. Я кричала — беззвучно.

Меня сбили с ног. Прижали. В глаза светили чужие взгляды. В спину дышали чужие пасти.

Проснулась — резко, с рывком. Сердце стучало в горле. Тело было липким от пота.

Телефон упал с кровати, глухо ударился об пол. Посмотрела на экран — шесть утра.

Сна больше не было.

На кухне закипал чайник. Стояла босиком, в одной футболке, с чашкой кофе в руках.

Пальцы всё ещё дрожали. Аромат бодрил. Медленно возвращал в реальность.

За окном начинался новый день. Первые лучи касались стекла — неяркие, будто пробные.