Единственная для Грешника

18.

— Ты даже не представляешь, как разошёлся Фадеев! Он ищет тебя так, словно ты ему деньги задолжал. — на том конце провода голос Сергея звучал обеспокоенно, но не испуганно, будто он контролировал ситуацию или думал, что контролировал.

Оскар спустился по лестнице и закрыл окно в гостиной. Утренняя прохлада проникла во все уголки дома, освежая и наполняя бодростью. Лаура что-то делала на кухне, но Оскар был уверен, что она прислушивается к его телефонному разговору.

— Ты сможешь приехать?

— Я попытаюсь. — заверил Сергей. — Фадеев терроризирует меня звонками. Думаю, скоро установит слежку. Я постараюсь приехать до этого.

— Будь осторожен.

Закончив разговор, Сергей вынул сим-карту и утопил в стакане с водой. Молодой человек находился в кафе напротив окна, под столом находилась дорожная сумка, а в кармане пальто другой, новый телефон. Он покинул кафе и сел в машину.

***

Лаура не любила одиночество.

Последние годы она почти всё время была одна, никто не был по-настоящему близок с ней, и Лаура чувствовала себя неуверенно.

Теперь ей хотелось быть сильной, научиться отстаивать себя и тех, кого она любит. Поэтому, как только Оскар вернулся, Лаура подошла к нему и попросила:

— Научи меня стрелять.

Киллер посмотрел на неё с лёгким умилением и покачал головой. Он не воспринял её просьбу всерьёз, но Лаура не шутила. Она пошла за ним в гостиную, не прекращая говорить:

— Думаешь, у меня не получится? Почему? Потому что я — девушка?

— Не в этом дело.

— Тогда в чём? — не унималась Лаура.

— Я не понимаю, зачем тебе это вдруг понадобилось. Если я чего-то не понимаю, сначала предпочитаю разобраться или вообще не ввязываться.

— Ну, любая на моём месте, попросила бы тебя об этом.

Оскар некоторое время смотрел на девушку. Она выглядела заражённой своей идеей и, стоило признать, ей это было очень даже к лицу. Расцвела, зарумянилась, глаза зажглись огоньком, нетерпение читалось в её бровях, губах и даже волосах.

— Хорошо.

Её это удивило. Слишком быстро согласился. Лаура ожидала, что должна будет потрудиться над тем, чтобы уговорить Оскара, однако, этого не потребовалось. Она улыбнулась от неожиданности.

— Что такое? — усмехнулся, приблизившись к ней.

— Ничего.

— То, чему я тебя научу, ты никогда не забудешь.

От его голоса у Лауры дрогнуло сердце, как и кончики пальцев.

***

Ему никогда не было жаль.

Убивать — означало работать. Любые эмоции могли навредить делу, из-за них могла дрогнуть рука, поэтому Оскар делал это лучше других. У него был многолетний опыт и отсутствие каких-либо сожалений. Он просто двигался по инерции, жил по привычке и ждал, когда всё это закончится. Иногда Оскар думал, что может закончить это сам, ведь оружие не признаёт хозяина и ему всё-равно в чью голову выпускать пулю.

Он думал об этом слишком часто для нормального человека, но не пытался осуществить, как абсолютный безумец.

Сейчас напротив стояла Лаура, пребывая в ожидании дальнейших объяснений. Они делали это в третий раз. Лаура оказалась прилежной ученицей, схватывала всё очень быстро. Наблюдая за тем, как она учится, Оскар кое-где вспоминал самого себя. У неё был такой же серьёзный, вдумчивый взгляд и внимание к деталям, но Лаура вкладывала в свои попытки драться всю страсть и огонь, которыми только владела.

И ей это нравилось.

— Забавно. — сказал он как-то, после очередного занятия, когда Лаура, запыхавшись пила воду прямо из горла бутылки.

— Что? — она присела на диван.

— Ты. — киллер кивнул в её сторону. — Такое впечатление, будто внутри тебя сидит маленький чертёнок.

— Это хорошо или плохо?

— Ты спрашиваешь об этом не у того человека.

— Почему же?

— Я не лучший... моральный ориентир.

— Ты так и не расскажешь мне, как оказался в этом мире? С чего всё началось?

— Чувствую себя на допросе.

— А такое было? Тебя когда-нибудь допрашивали? — в женском голосе всколыхнулась тревога.

— Нет. Не посчастливилось. — отшутился киллер.

Лаура отвела глаза на миг, но, когда вновь взглянула на него, Оскар перестал улыбаться.

— Ты всегда так делаешь, когда тебе больно? — ловко справившись с дрожью в голосе, спросила Лаура и поняла, что попала в точку, так как после её слов Оскар затих и взгляд его сильно изменился. — Начинаешь улыбаться и шутить каждый раз, когда кто-то касается твоих таин. Я могу это понять. — она заговорила тише. — Мне кажется, я тебя понимаю. Если это не так, то я буду стараться.

Он сомневался. Сомнения отражались на бледном лице и в глубине тёмно-зелёных глаз, но затем киллер заговорил:

— Я работаю почти десять лет. — усмехнулся задумчиво, будто разделял в своей голове события и пытался определиться, с чего именно начать. — Прозвучит странно, но я мало что помню. Лица... они все стёрлись. Я почти не помню тех, кого убил. Это так.

— Было бы хуже, если бы ты всё помнил...

— Есть один человек, с которого всё началось.

***

В комнату едва-едва просачивался утренний свет. Зазвенел будильник и Оскар перевернулся набок, чтобы поскорее отключить его, только сейчас вспоминая, что сегодня суббота, и будильник был совсем не нужен. Он часто забывал отключать будильник. Оскар и не заметил, как дверь в комнату тихонько открылась и, топая босыми ногами, подкралась Луиза. Девочка с двумя белыми косичками подбежала к кровати и быстро залезла на неё. Подперев голову кулачком, Луиза уставилась на брата и хитро улыбнулась.

— Тебе чего не спится? — Оскар протёр сонные глаза, но всё ещё не чувствовал себя достаточно бодрым.

— Не хочется. — девочка наклонилась и ткнулась пухлыми губами в щёку брата.

— Я тебя сейчас съем. — парень улыбнулся, открыв один глаз.

— Нет. Нет, не съешь! — захихикала девочка и попыталась неуклюже соскочить с кровати.