Единственная для рыжего опера

ЧАСТЬ ВТОРАЯ Найти и потерять

«Эта осень меня доконает», — уныло размышлял Кин, глядя сквозь залитое дождем окно на торопливо идущих прохожих. В кабинете он был не один: за соседним столом сидела старший оперуполномоченный ОРППО Фагна Сьельдрунен, бывшая одним из старожилов отдела и заставшая еще те времена, когда их нынешний начальник Кофдююр был зеленым новичком, а через проход располагались рядовые опера Тарднар Бартанссун и Хиндр Кюльетсен. Все они были обычными людьми, но имели высокую толерантность к оборотням — других в ОРППО и не брали. Со всеми соседями по кабинету у Кина были достаточно хорошие отношения, а с Тардом — даже дружеские, выдержавшие испытание более ранним повышением Кина, который пришел в отдел на полгода позже друга.

Но прямо в этот момент, хотя все коллеги были на рабочих местах, Хундракур чувствовал себя чудовищно одиноким. Как-то всё разом навалилось: и погода эта тоскливая, когда уже вторую неделю дожди льют практически непрерывно, и затянувшееся отсутствие личной жизни — всё было одно к одному. Но главным, что выматывало душу бравому оперу, было оно — замершее на мертвой точке дело об убийстве Йоуданны Кофмарсун, над которым Кин безуспешно бился уже почти месяц.

Работал он по этому делу со следователем Баунхильгой Льюнсунтиг, которая нравилась ему гораздо больше, чем занудный, хотя и высокопрофессиональный Лейнд Лейдинлехт, также занимавшийся расследованием насильственных преступлений, в том числе и против оборотней. Кин считал, что как следователь Хильга ничуть не хуже, а общаться с ней гораздо приятнее. И вовсе не потому, что она была женщиной, в конце концов, следователь Льюнсунтиг ему в матери годилась, просто в отличие от никогда не упускавшего случая проехаться насчет допущенных другими недочетов Лейдинлехта, Хильга, наоборот, всегда подбадривала работавших с ней оперов и даже утешала их, если они допускали ошибки. Ну и регулярно угощала вкусными пирожками, да.

Но как бы ни было ему приятно работать с Хильгой, это не отменяло того факта, что идеи насчет того, что еще можно сделать, чтобы найти убийцу Йоуданны Кофмарсун, у них обоих закончились.

Тридцатидвухлетняя Йоуданна жила в квартире на первом этаже небольшого двухэтажного дома на тихой Лавандовой улице. Женщина была разведена, детей не имела и проживала одна.

Тело Данны нашел её последний любовник — Дейнар Виргмарссон, когда утром двадцать девятого сентября, примерно без пятнадцати восемь, зашел за ней, чтобы отвезти на работу на своей машине.

То, что дверь в квартиру была не заперта, а всего лишь прикрыта, сразу насторожило Виргмарссона, поскольку он точно помнил, что, когда он накануне вечером уходил, закрывал её на замок. Так что заходил в квартиру Дейнар уже преисполненным самых мрачных предчувствий. И не зря — на полу в спальне он обнаружил не подающее признаков жизни тело своей любовницы.

Несмотря на то, что тело Данны было всё в крови из ран, нанесенных, по всей видимости, ножом, валявшимся рядом, Дейнар всё равно вызвал целителей, которые, к сожалению, уже ничем не смогли помочь.

Как было установлено следствием по результатам осмотра места преступления и проведенных экспертиз, хотя тело Данны было найдено на полу у самой двери спальни, на момент начала нападения потерпевшая находилась в кровати. Преступник набросился на нее сразу с тем самым ножом, который был найден возле тела. Данна оказала ожесточенное сопротивление, о чем свидетельствовали многочисленные защитные повреждения: на предплечьях обеих рук имелись множественные порезы, как и на ладонях, которыми жертва хваталась за лезвие ножа, ногти были обломаны, а под ними были обнаружены частицы кожи, скорее всего, принадлежавшей нападавшему. В общем, Йоуданна Кофмарсун сражалась, как самая настоящая тигрица, но, увы, против ножа в руке убийцы она оказалась бессильна. Хотя, будь она не оборотнем-кошкой, а оборотнем-тигром, она вполне смогла бы справиться с нападавшим, перекинувшись в животную ипостась. Но кошка — зверек слишком маленький, и Данна то ли побоялась, что в животной форме у нее будет еще меньше шансов дать отпор, то ли, застигнутая ночным нападением врасплох, просто не сообразила, что в виде кошки она может попробовать попросту сбежать от преступника. Тем более, что узкая створка окна спальни шириной около тридцати сантиметров была в ту ночь открыта, и кошка вполне могла в нее проскочить.

Время наступления смерти эксперт-патологоанатом отнес примерно к двум часам ночи. Кроме того, экспертиза показала небольшое содержание алкоголя в крови жертвы, а также, что незадолго до смерти потерпевшая была с мужчиной, но признаков изнасилования обнаружено не было.

Следов взлома на двери не нашли, что означало, что либо Йоуданна сама впустила злоумышленника, либо он всё-таки проник в квартиру через окно. При этом на окне следов взлома не было тоже, вот только створка была открыта.

Несмотря на то, что особой красотой Данна не отличалась, у женщины, всегда умевшей себя выгодно подать, было множество поклонников. Поэтому версия о том, что причина убийства была связана с её личной жизнью, поначалу стала у следствия основной. Тем более и отсутствие следов взлома наводило на мысль, что убитая сама впустила преступника.

У бывшего мужа Данны Бартилента Кюстансена* (*женщины-оборотни меняют фамилию при вступлении в брак, только если выходят замуж за оборотней того же вида (и то по желанию), поскольку фамилия содержит указание на их животную ипостась, дети получают фамилию того из родителей, чью ипостась они унаследовали, а если ребенок — не оборотень, он получает фамилию родителя-человека) было несокрушимое алиби — в ночь убийства он находился на другом конце страны и попасть в Фокунни никак не мог.