Единственная для волка

Глава 1

Екатерина Волкова

Резкий звон будильника вырывает меня из сна. Я вскидываюсь, сбрасывая одеяло, и с тяжёлым вздохом падаю обратно на подушку. Как же не хочется вставать.

Рядом что-то зашевелилось. Потом тихо зафыркало.

Едва поворачиваю голову, как в нос мне тычется тёплая, влажная мопсячья морда.

— Бублик… — простонала я, отстраняясь, но он только радостней продолжает хрюкать и облизывать мне щёку.

Эхх, и так каждое утро: я пытаюсь выспаться, а Бублик напоминает, что ему срочно нужно внимание.

— Ладно, ладно, встаю…

Мопс довольно пыхтит, запрыгивает на мои ноги и устраивается там с видом победителя.

— Так это не работает, — я беру его на руки и ставлю на пол. — Если я встаю, значит, ты тоже.

Бублик смотрит на меня так, будто я предала его доверие.

Я закатываю глаза, выбираюсь из постели и плетусь в ванную. Голова почему-то гудит, веки тяжёлые, а в теле ощущается какая-то странная ломота. Будто я всю ночь не спала, а разгружала вагоны, ей Богу.

Отражение мне не нравится. Волосы растрёпаны, недельный мешки под глазами и уставший взгляд. Эх, молодость не вечна, но такими темпами работу придётся поменять — начальство последнее время лютует, заваливая нас бесконечными задачами. Каждый день как мини-апокалипсис, и конца этому не видно. Кофе, мне нужно много кофе.

Через десять минут, когда я уже более-менее похожа на человека, а не на ожившего зомби, мы с Бубликом встречаемся на кухне.

— Ты хоть понимаешь, насколько тебе повезло? — говорю ему, пока насыпаю корм в его миску. — Тебе не нужно идти на работу, разбираться с документами, терпеть собрания…

Мопс, разумеется, не понимал.

Я вздыхаю, делаю себе заветный кофе и заглядываю в телефон. Ничего интересного. Пара рабочих писем, напоминание о собрании… И сообщение от подруги: "Ты жива?"

Улыбаюсь и быстро набираю ответ: "Жива, но если сегодня опять завал на работе, то не факт, что надолго."

Допив напиток богов, хватаю сумку и направляюсь к двери.

Вперёд — в новый день, полный скучных задач и корпоративного безумия.

*******

Я выхожу из подъезда и тут же оказываюсь в вихре утренней суеты. Город гудит, как огромный улей — машины сигналят, люди торопливо шагают, кто-то говорит по телефону. Запах кофе с ближайшей кофейни смешивается с ароматами выпечки и это — единственное, что делает утро хоть немного терпимым.

Я натягиваю шарф и ускоряю шаг, лавируя между прохожими. Всё как обычно, пока…

— Эй! — я ору, когда передо мной визжит тормозами дорогая иномарка.

Сердце пропускает удар. В висках гулко стучит кровь. Я в последний момент отшатнулась, и холодный поток воздуха от проносящейся машины хлещет по ногам. Поворачиваюсь, вижу, как водитель раздражённо машет рукой. Ах ты, козёл!?

Я вздыхаю и продолжаю путь, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

На светофоре, пока жду зелёный, замечаю бабушку, которая изо всех сил тянет тяжёлую сумку. Вид у неё такой, будто она сейчас рухнет прямо на месте.

Не раздумывая, подхожу и беру сумку из её рук.

— Давайте помогу.

Она удивлённо поднимает на меня взгляд, а потом улыбается — тёпло, по-настоящему.

— Спасибо, дочка. Совсем руки не держат…

Мы переходим дорогу, я ставлю сумку у остановки, и бабушка благодарно кивает:

— Вот бы побольше таких хороших людей.

На душе становится чуть теплее.

Я улыбаюсь, желаю ей хорошего дня и, бодрее шагая, направляюсь в офис. Но стоило мне взглянуть на телефон, как сердце пропустило удар — времени впритык!

Чёрт!

Я ускоряюсь, лавируя между прохожими, почти бегу, перескакивая через ступеньки у входа, и с гулким эхом врываюсь в здание офиса. Вижу, как двери лифта начинают закрываться, и, не раздумывая, бросаюсь вперёд.

— Подержите!

Каким-то чудом запрыгнула в последний момент, втискиваюсь внутрь и с облегчением выдыхаю.

Успела!