Единственная для волка

Глава 13

Проходит секунда, вторая. Ничего не происходит, только глухое рычание раздаётся справа. Я медленно открываю глаза и оборачиваюсь — мозг фиксирует всё как в замедленной съёмке.

Медведь. Настоящий, огромнейший медведь. Он стоял на задних лапах позади меня, возвышаясь в полтора раза. От его разъярённого рёва всё внутри обрывается.

Мой взгляд зацепился за волка. Он стоял передо мной, грозно рыча, явно готовясь к атаке. Я могу поклясться как в момент его прыжка в голове пронёсся хоровод мыслей.

Пара.....Опасность.

Они были скорее фоном и я не обратила на это ни малейшего внимания. Спустя секунду я почувствовала, как каждую клетку моего тела наполняет ярость, хотя эта эмоция точно не входила в перечень тех ощущений, которые я испытывала сейчас. Что происходит? Неужели из-за паники у меня началось раздвоение личностей?

Неожиданно, тёмная тень срывается в сторону медведя.

С глухим, яростным рыком он врезается в медведя сбоку. Тот теряет равновесие, но тут же разворачивается и в бешенстве хватает моего защитника лапой, отбрасывая волка в сторону деревьев.

Я вскрикиваю — сердце рвётся из груди. Волк отлетает, но быстро поднимается — и, к счастью, снова кидается вперёд. Честно говоря, на его месте я бы уносила лапы как можно быстрее.

Звери сцепляются, повсюду кровь. Всё происходит слишком быстро. Я замечаю, как медведь кусает волка за заднюю правую лапу и сердце замирает испуганной птицей.

— Н-е-е-е-т! — крик вырывается сам собой. Я не думаю — это происходит инстинктивно.

Медведь оборачивается и делает шаг. О Боги, что же делать?!

Мир сужается до его тяжёлых лап, которые неотвратимо шагают в мою сторону. Страх рвёт лёгкие.

Я опять слышу какую-то дальнюю мысль.

Защитить.

И вдруг — молниеносное движение сбоку....Волк! Он поднялся!

Я вижу, как мой спаситель впивается зубами в загривок медведя. Тот поднимается на задние лапы и пытается сбросить его, но волк держит его крепко.

Шерсть летит клочьями. Лес сотрясает рваный визг. Медведь спотыкается, волк настигает, с яростным рыком вонзается зубами в его шею.

Тело медведя сотрясается. Ещё миг — и он с глухим звуком рушится на землю. Только когда медведь больше не двигается, волк отступает, тяжело дыша.

Тишина. Я пребываю в глубоком шоке. Кажется, даже не дышу.

Волк поднимает голову. Его грудь вздымается, на морде — кровь. О черт, он смотрит прямо на меня.

Я резко отшатываюсь, но ноги путаются об ветку на земле. Мир покачнулся — и я больно ударяюсь спиной о землю. Паника поднимает голову в который раз за этот день. Несмотря на то, что он спас меня, я чётко осознаю – передо мной всё тот же хищник.

Волк шагает в мою сторону. Медленно. Осторожно.

О нет-нет-нет.

Его уши чуть прижаты, хвост опущен.

Я внимательнее приглядываюсь к моему недавнему защитнику: правое ухо — оторвано, края прокушены. Задняя лапа прихрамывает. Господи, да он же ранен!

Я медленно, почти не веря себе, прекращаю отползать.

Он подходит ближе, тянется носом к моему колену. Аккуратно, не делая резких движений и… припадает на землю. Словно говоря: «не бойся».

Я, пребывая всё также в глубоком шоке, протягиваю руку, осторожно дотрагиваясь до его морды. Зверь нежно облизывает ее шершавым языком.

И именно в этот момент моя крыша решила помахать хозяйке рукой.

Меня накрывает истерика, она приходит лавиной. Сначала дрожат руки. Потом я чувствую как начинают подрагивать губы. Секунда, и вот я уже реву, уткнувшись в шерсть дикого волка, не в силах остановиться. Напряжение последнего часа, да и всей недели даёт о себе знать.

Волк остаётся рядом. Не уходит, просто тяжело дышит и ждёт, помогая осознать, что я всё ещё жива. Это ощущение опоры поразительно правильное и я позволяю себе забыться в нём на короткий миг.

********

Я всё ещё держусь за его загривок, будто боюсь, что если отпущу — он исчезнет. Внутри — странное спокойствие. Осталась только пульсация в висках и мокрые от слёз щёки.

— Мне… мне нужно возвращаться, — говорю шёпотом, не особо рассчитывая, что волк меня поймёт. — И нужно умыться, а то выгляжу я сейчас не лучше Бабки Ёжки.

Он, конечно же, не отвечает. Просто медленно встаёт, делает пару шагов на запад… и поворачивается ко мне. Смотрит. Выжидающе. Как будто… зовёт?

— Ты… хочешь, чтобы я пошла за тобой? — спрашиваю, глядя ему в глаза.

Он не двигается. Только уши дёргаются, когда где-то в траве мимо проскользнул лесной зверёк. Его взгляд — до странности осознанный. В нём будто бы есть что-то… живое. Почти человеческое.

Я хмыкаю и качаю головой:

— Знаешь, можешь считать меня сумасшедшей, но я уверена на девяносто пять процентов что ты меня понимаешь.

Что ж, выбора у меня нет. Волк единственный, кто знает этот лес и он спас меня. Почему-то рядом с ним мне не страшно.

Я делаю шаг. Зверь лениво разворачивается и идёт вперёд. Выглядит так, будто он ждёт меня.

Может, я и правда схожу с ума — но следую за ним.

Тропа ведёт нас к воде. Небольшой лесной водоём прячется в тени деревьев, зеркально отражая небо. Я подхожу ближе. Как же здесь красиво! Осторожно опускаюсь на колени и зачёрпываю в ладони холодную, удивительно чистую воду. Быстренько умываюсь в надежде смыть с себя остатки паники и слёз.

Волк тоже подходит к кромке воды. Несколько секунд как будто раздумывает, а потом с разбегу запрыгивает в воду. Он движется неспешно, с грацией хищника, коем и является. Каждый шаг — точен. Шерсть блестит на солнце, отливает бронзой.

Я не могу отвести глаз.

— Боже… какой ты красивый, — шепчу больше себе, чем ему.

Он встряхивается, взметая брызги, и я непроизвольно улыбаюсь.

Почему-то именно сейчас, в этой тишине, с мокрым лицом и сбившимся дыханием, я впервые за долгое время чувствую себя по-настоящему живой.