Единственная любовь. Метка убийцы Богов

Глава 24. Отчаянный план

В отсутствие посещений главы совета старейших дни потянулись еще медленнее, еще тоскливей и скучнее. Видно, Гезария все-таки поверила моим словам, в конце концов. Кто бы мог подумать.

Мое настроение в эти дни попеременно переходило от надежды к смирению и от отчаяния к апатичной покорности судьбе. Что будет с Нэем, если я умру? Раз за разом в моем мозгу звучали его слова о том, что он лишится сердца и разума, что он не сможет пережить моей смерти.

Удастся ли ему сделать что-то, чтобы спасти меня, а заодно и самого себя? Надеюсь, ради нас обоих, что удастся. И все же я мало себе это представляла ‒ после всех усилий, приложенных старейшими для моей поимки, разве выпустят теперь они меня из своих когтей?

Мое сердце замирало всякий раз, как за дверью раздавались шаги ‒ Нэй обещал зайти еще раз после суда, и мне не терпелось увидеться с ним. Но кроме тюремщика, трижды в день приносившего мне еду и воду, больше ко мне никто не приходил.

Наступил день накануне казни, и вот, наконец, дверь открылась, и в нее вошел мой друг. Как только стражник ушел, я снова оказалась в объятиях Нэя, он крепко прижал меня к груди.

―Элия, ―он вздохнул, прикоснулся к моим волосам. ―Прости, что так долго не приходил, но мне нужно было все продумать и подготовить.

―То есть, ты хочешь сказать… ―я боялась поверить своим ушам.

―Да, у меня есть план. Сейчас я тебе обо всем расскажу поподробнее.

Мы снова сели на кровать друг напротив друга.

―Для того чтобы казнить, тебя выведут на улицу, ―на всякий случай, Нэй понизил голос. ―Казни проходят публично за тюремной башней на специально отведенной для этого площадке в два уровня, на нижнем будут находиться зрители, на верхний стража приведет тебя. Верхний уровень заговорен от перемещений.

―И что же ты придумал?

―Мой план достаточно прост. Я собираюсь отвлечь твою стражу. Как только услышишь взрыв, беги влево. Добежишь до края площадки ‒ прыгай в пропасть, я подхвачу тебя на лету и перемещусь вместе с тобой в безопасное место.

Несколько секунд я молчала в нерешительности.

―А если ты не успеешь меня подхватить…

―В этом случае нас не ждет ничего хорошего, но о плохом не думай, все пройдет как надо.

Судьба благословенная! Да в этом плане что угодно может пойти не так! Что если стража сумеет догнать меня? Что если вообще не отвлечется на взрыв? Что если Нэй упустит меня, и я расшибусь в лепешку, рухнув на скалы с огромной высоты? Я, конечно, считаюсь условно бессмертной, но мои руки будут скованны эоланийскими кандалами, магией я пользоваться не смогу, летать тоже. Не уверена, что в таких условиях от моего бессмертия хоть что-то останется!

―Элия, прости, я хватаюсь за соломинку. Эффект неожиданности и скорость – вот и все, на что мы можем рассчитывать.

Что ж, я быстрая и ловкая, во всяком случае, Кай в свое время так думал. Может, мне и удастся сбежать от стражников, кто знает.

―Ладно. Хорошо! По крайней мере, в случае неудачи ты не попадешь в тюрьму, это уже радует!

―Если у тебя не получится сбежать от стражи, мне придется вмешаться, и тогда я рискую отправиться в тюрьму сразу после твоей казни.

Застонав, я закрыла лицо руками. Этот план нравился мне все меньше и меньше.

―Элия, я не хотел тебя пугать, но ты должна знать, что стоит на кону. Услышишь взрыв – не медли ни секунды! И не беспокойся, я сумею поймать тебя. Уж об этом ты точно не должна переживать.

Меня лишили права на неприкосновенность жизни ‒ я побегу, а какой-нибудь стражник метнет кинжал мне в спину и станет величайшим героем Элирии. Отчаянный план, чересчур рискованный. Но это все, что у нас есть.

―Ладно, надеюсь, в этот раз у меня все же получится сбежать от преследования, а то в прошлый я уронила люстру на твоих друзей, тоже понадеявшись на эффект неожиданности, но Амориэль все равно догнал меня и схватил за волосы, ―я хмыкнула.

―И не напоминай! ―поморщившись, Нэй покачал головой. ―Я так и не смог им этого простить!

―Не принимай все это так близко к сердцу, они считали, что я собираюсь начать новую войну Богов, это был их гражданский долг. Разве могли они поступить иначе?

―Кое-кто из них уже пожалел о своем поступке. Офелия просила меня передать тебе ее извинения, ―взгляд Нэя на секунду стал холодным.

―Да, я видела, что она проголосовала против лишения меня права на жизнь. Ты не знаешь, почему она просит у меня прощения?

―Потому что это была ее идея, подкараулить тебя в моем дворце. Она решила, что ты притворяешься, будто любишь меня и обманом заставляешь себе помогать.

―Примерно в этом она меня в тот день и обвинила. Передай ей, что я не сержусь на нее.

―Не сердишься? ―глаза Нэя удивленно расширились.

―Нет, не сержусь. Ты же знаешь, какие слухи обо мне ходили, что еще она должна была думать? Она желала тебе добра, пыталась защитить.

―Элия, Элия! ―с улыбкой покачал головой парень. ―Ты не перестаешь удивлять и восхищать меня! Да, кстати, об этом, ―он улыбнулся еще шире, ―ты будешь рада узнать, что твоя речь на суде произвела на элирийцев большое впечатление. Твои идеи поддерживают очень многие, а сторонники возвращения к Союзу с людьми и вовсе называют тебя героиней, мученицей, величайшим борцом за правду!

У меня приоткрылся рот от удивления.

―Ты серьезно? Они прислушались к моим словам? Но я же преступница, убийца Богов!

―Гезария сумела убедить народ в том, что ты никому не раскрыла нашей тайны, потому что не желала нового кровопролития. А сама она пришла к такому выводу, после того, как расспросила нас с Офелией и Ноэлем о том твоем нападении на него в его дворце. Ноэль сказал ей, что Кай считал тебя самой доброй девушкой на свете, и она решила, что ты сама постаралась бы соответствовать его мнению о тебе. Конечно, Гезария просто хотела успокоить общественность, но это тоже свою роль сыграло. И теперь сторонники Союза добиваются поднятия вопросов о правах людей, о неприкосновенности человеческой жизни и один из наиболее важных, об отмене запрещения помощи людям.