Единственная любовь. Метка убийцы Богов

Глава 27. Возвращение к жизни

Проснувшись, я по привычке начала вспоминать свой сон, стараясь запомнить его во всех подробностях, правда, в этот раз мне приснилась какая-то ерунда. Что-то про драконов, морских нимф, про Нэя, скачущего верхом на крылатой лошади. Куда делись мои видения, почему мне не приснилось какое-нибудь событие из жизни Кая? Неужели наша связь начала ослабевать? И если это так… что же станет с моей жизнью в этом случае? Нет, не может все быть так плохо!..

Открыв глаза, я увидела перед собой незнакомый красный бархатный полог. Где это я? Ни на тюрьму, ни на мою комнату в замке Балденай это похоже не было. Что последнее я помню?

Вспомнив, как целовалась с Нэем, я на мгновение решила, что провела у него ночь, но тут в моей голове встали всплывать настоящие воспоминания, одно за другим. Я вонзила кинжал себе в живот, он загорелся белым, и я потеряла сознание. И в таком случае либо Нэй нашел меня обескровленной на той крыше, вылечил и перенес в свой дворец, либо…

Я изо всех сил зажмурила глаза. Нет, мне не пережить встречи с реальностью!.. Пусть эта иллюзия продержится подольше, пусть эта надежда сохранится во мне еще немного!

Кто-то нежно дотронулся до моей щеки, и я поняла, что это он, я узнала его, узнала по одному прикосновению!.. Но я не могла заставить себя открыть глаза. Нет, мне не пережить нового удара. Разум говорил мне не верить чувствам, сердце боялось потерять эту отчаянную надежду, последнюю, самую последнюю и самую нужную, необходимую!

―Элия, ―родной голос негромко произнес мое имя, и в нем была любовь, невыразимое тепло.

Повернув голову, я, наконец, осмелилась посмотреть на него, и это был он, он был здесь, совсем близко от меня! Я протянула руки навстречу ему, я безумно боялась, что в любой момент он может исчезнуть или оказаться одним из видений.

―Кай!.. ―из моих глаз полились слезы.

Он лег рядом со мной на кровати, нежно прижал к своей груди, начал гладить по голове, иногда сжимая меня сильнее, одновременно и успокаивая меня этим, и словно желая в очередной раз убедиться, что я реальна, что я настоящая.

―Кай, неужели это ты?

Подняв голову, я посмотрела в его темные глаза, самые любимые на свете. Мне никак не удавалось окончательно поверить, что он здесь, рядом со мной. Я жадно вглядывалась в его лицо, проводила по нему руками, стараясь вобрать его всего, не упустить ни одной мелочи. Я касалась этих скул, этих губ, раз за разом пытаясь убедиться, что все это не сон. Если это окажется одним из видений, я умру в ту же секунду, как снова потеряю его!..

―Кай, неужели, это, правда, ты?

―Элия, это действительно я, у тебя все получилось, ―он прижал мою ладонь к губам и закрыл глаза.

Мы продолжали обнимать друг друга, вглядываться друг другу в лица, и я не знала, сколько времени мы так провели ‒ минуты или долгие часы.

Время перестало что-либо значить.

***

Неужели мое сердце, наконец, вернулось ко мне?..

―Как мне тебя не хватало! ―слова не могли выразить всех моих чувств.

―Элия, я знаю, поверь мне! Прости меня, Судьба благословенная, прости меня за все это!..

―Тебе не за что извиняться. Теперь уже точно не за что. Все это время ты был прав. Все это того стоило!

―Нет, не был, ―Кай чуть отстранился от меня и сел на кровати. ―Элия, я не знаю, как мне просить у тебя прощения!

―Ты сказал, что так я смогу спасти нас обоих. И мы, мы оба спасены! ―я улыбнулась. ―Ради этого я готова была бы вытерпеть и куда больше! Намного, намного больше!

Сейчас мне было так просто рассуждать об этом! Все мои раны затянулись, словно их никогда и не было, боль прошла, тоска испарилась, все прошлые месяцы, долгие мучительные месяцы, превратились в страшный сон. Единственным темным пятном на моем сияющем счастье был страх снова потерять его ‒ он, словно хищная птица над моей головой, преследовал меня незаметно и молчаливо, но неотступно.

Тяжко вздохнув, Кай покачал головой:

―Это ты сейчас так говоришь, ―он словно прочитал мои мысли. ―Но никто не мог знать, что у тебя получится вернуть меня! Никто, кроме тебя, в это не верил. И я не верил! И эта идея с эоланийским кинжалом… кто угодно сказал бы тебе, что это не сработает!

―Хвала Судьбе, мы вместе, а все остальное неважно!

В ответ на мои слова он промолчал.

―Кай, не буду от тебя скрывать, я долго хранила на тебя обиду, но…

―Я знаю, Элия, и ты была права, о тебе я в тот день как раз и не подумал. Я думал о себе, о том, что не могу тебя потерять, о том, что хочу стать частью тебя. Но я не мог и предположить, что с тобой сделает моя гибель! ―он закрыл глаза и снова покачал головой.

―Не казни себя, конечно не мог. Ты ведь не знал, сколько значишь для меня. Сколько бы раз мы ни признавались друг другу в любви в прошлом, мы не могли поверить в эти слова, ни я, ни ты, ―я улыбнулась, нежно коснулась его руки.

―Зато знаем теперь, ―он сжал мою ладонь в своей.

Мы просто сидели друг напротив друга, держась за руки, смотря друг другу в глаза, но никогда мы не были близки так, как сейчас. Эти мучительные месяцы позволили нам заглянуть в души друг друга, узнать их, прочувствовать во всей глубине.

―Кай, я тоже хочу попросить у тебя прощения. Ведь я и не пыталась как-то справиться со своим горем, а просто… позволяла ему травить и мучить себя, а заодно и тебя тоже.

―Ты ничего не могла сделать. Ты как могла переживала то, что с тобой происходило.

Какое-то время мы молчали, наслаждаясь удивительным чувством покоя и единения. И, тем не менее, между нами все еще оставалось несколько вопросов, которые нужно было прояснить:

―Кай, я не могу не спросить, каково тебе было рядом с моей душой? Я знаю, ты чувствовал, все то же, что и я, но как это было? Мне, если честно, немного трудно представить себе все это.

―Это было не так, как ты себе представляешь, в своем видении ты захватила самое начало… этого процесса, ―он невесело улыбнулся. ―Меня словно растянуло на твоей душе, как кожу на барабане, я видел и ощущал то же, что и ты, но все-таки немного со стороны. Я не мог думать словами, я лишь… это трудно описать. Во многом я оставался самим собой, но пропускал через себя все твои мысли, эмоции, переживания. Рядом с твоей душой мне не было плохо, что бы ты ни думала об этом. Это была ты, и мне… было намного легче, чем тебе. Потому я и должен просить у тебя прощения. Ты побывала в преисподней, твоя жизнь была нескончаемой дорогой, усеянной шипами… а у меня была ты. С самого начала до самого конца. Я чувствовал твою любовь, жил ею. И все же мне было невыносимо наблюдать за твоими страданиями, и я пытался как-то показать тебе, что я рядом, я жив, и я люблю тебя, но днем это было невозможно. И только ночью, когда ты засыпала, я обретал какую-то самостоятельность. Со временем я научился посылать тебе эти сны, и как только понял, насколько они важны для тебя, начал прикладывать все возможные усилия, чтобы каждую ночь ты видела их, ощущала мое присутствие, ―он улыбнулся. ―И так ты вернулась к практически нормальной жизни.