Единственная найдись

Глава 7

Глава 7

Алена

На стене старенькие ходики в виде кошки, доставшие бабушке от родителей, отсчитывали время. Смотрела на привычный с детства интерьер глазами Степана. Со смерти прабабушки здесь ничего не менялось. Даже вещи не передвигались. Делали пару раз ремонт. Сменили обои на похожие, вылинявшие шторы заменили новыми. И все перемены. Выгоревшие на солнце ковры, вытертый диван, продавленное кресло, покрытый скатертью с бахромой стол, сервант, забитый хрусталем, ламповый телевизор-коробка, прикрытый салфеткой, торшер и пластмассовая люстра «под хрусталь» вернулись на свои места. В остальных комнатах такое же «средневековье». Чувство, точно перенесся во времени на много лет назад, когда люди только начали осваивать электричество. Я и Настя привыкли давно. Зимой мы здесь не бывали. А летом проводили все время на пляже. Но новому человеку, как Степан, такая обстановка показалась бы убогой.

Но Степан сделал вид, что все в порядке. Познакомился с Настей, сразу же оценившей Степу и бросившейся с порога его охмурять.

Есть у нее такая черта – жадность до мужского внимания. Она считает, если унизит другую, выставив какие-то качества напоказ, то сама будет выглядеть на таком фоне лучше. Может в ее колхозе местные механизаторы и ведутся, но не умные мальчики. Не удивительно, что у нее нет подруг. Она же из спортивного интереса уводит парней, даже если они ей сто лет не нужны.

Я ей не мешала. Протестить Степу не мешало бы. Он мне нафиг не нужен, но интересно поведется ли на Настины обезьяньи ужимки.

Намекнув Насте, что гостя нужно угостить, ушла принять душ и переодеться. Волосы жесткие, кожу неприятно тянуло после купания в море. Когда вернулась минут через десять, кофе и не пахло. Настя кормила Степана баснями, как соловья.

«Вот он сидит и улыбается Насте, забыв обо мне. Точно меня здесь нет. Настька из топика выпрыгивает, чтобы его очаровать. Всегда накрашенная, при параде, точно ей через минуту в клуб отжигать. Я-то знаю цену ее красоте. Умой ее и перед тобой обычная простушка. А я…»

Глянула на себя в ростовое бабулино зеркало. Белый короткий сарафан красиво обтягивал грудь, подчеркивал тонкую талию и стройные загорелые ноги.

Роста бы… хоть пять сантиметров!

Чтобы быть хоть немного выше, даже домашнюю обувь покупала с каблучком.

Все равно хорошенькая даже маленькая, даже с непросохшими волосами и без макияжа. Макияж смылся, забрав с собой лет пять возраста. Я точно ничем не хуже Насти, но…

Степа смотрел ей в рот и улыбался. Развалился на диване по-хозяйски, поддакивает в нужных местах. Внутри неприятно царапнуло.

Не ревностью. Откуда бы ей взяться. Сожалением, что и этот такой же. Может все дело в том, что мы на курорте и для мужчин тут в принципе не возможны серьезные отношения. А может он сам по себе такой непостоянный. Как флюгер, поворачивается туда, откуда манят. Как любой другой мужчина за редким исключением.

Бедные женщины, которым изменяют мужчины, пеняют на возраст, лишний вес, неинтересность, скучный или склочный характер, неумение печь и варить, дети или нет детей… Наивные. Я-то красотуля и лапочка, хоть на хлеб мажь, а толку… Поманила крашенная Настя, и он тут же готов переметнуться. Без всяких причин, только потому, что Настя согласна. Он делает это, потому что может и все…Остальное отговорки. Наверно с отговорками легче. Сама себе не нравишься с лишним весом и морщинами, и никому не нравишься и вроде как логично, что он предпочел моложе и краше. Но я-то знаю, что все это треп. Да, у меня не падает самооценка. Где ей упасть, если ситуация от меня не зависит. Я могу быть хоть Анжелиной Джоли, а он все равно будет заигрывать с Настей. Я на себя не беру вину за мужскую склонность к бл. дству. Вот так!

Сейчас я не разобижусь, не хлопну дверью, не уйду, поскандалив с сестрой из-за парня. Он мне не муж. И этот Степа вряд ли им сможет стать, свой шанс он уже убил. Я сделаю лучше – отзеркалю.

Ушла на кухню, приоткрыла окно, впуская в комнату немного свежего воздуха, сладко пахнущего цветами. Разглядывая пышно цветущие плетистые розы, оплетшие забор, кружащихся над цветами бабочек, набрала номер институтского друга.

«Егор Бекетов. У него легкий характер, он компанейский, всегда в хорошем настроении. И всегда делится им с другими».

- Привет, моя потеря,- мелодией для ушей зазвучал его бодрый голос.- Как отдыхается? Всех дельфинов перецеловала? Получила диплом и испарилась. Я, между прочим, скучаю. А ты даже не звонишь, жестокосердная!

Я хихикаю. Понимаю, что это ни к чему не обязывающий флирт. Егор такой, он по- другому не мог. Мое плохое настроение развеялось как дым. Он умел одной фразой утешить и развеселить. Степан, улыбающийся Насте, забыт. Я точно снова окунулась в студенческую жизнь.

- Егор, ты же знаешь, я тебе не изменяю,- притворно надула губы.- Я не такая.

Мы не пара и никогда ею не были, но вот так подкалывали друг друга. У некоторых складывалось мнение, что у нас свободные отношения. Егор не опровергал, а мне было все равно. Тех, кому захочется познакомиться, это не остановит. А мнение остальных меня мало волновало.

- Такая, такая,- подразнил моим же голосом.- Когда возвращаешься?

- К сентябрю, наверное,- неуверенно произнесла я.- Как закончится сезон.

Думать о возвращении не хотелось. Снова навалятся долги и обязанности, а мама еще добавит чувство вины. От этих мыслей все внутри напряглось в протесте.

- И куда дальше собираешься?

- Я не думала… пока,- стушевалась я.- А ты?

- А я буду «квазимод» и «франкенштейнов» перекраивать. Косметология – наше фсе,- кривляется он, шутейно преподнося серьезные вещи.- Меня уже берут в штат одной частной клиники. Лет пять-шесть и я ее возглавлю и прославлюсь какой-нибудь супер методой омоложения. Помяни мое слово.

Он произнес название клиники, бывшее у всех на слуху. Я бы позавидовала ему еще год назад, когда сама горела амбициями и планами. Но представила рутину ежедневной работы с капризными клиентами – меня передернуло от отвращения. Все эти богатые тетки, желающие средство Макропулоса*, пытающиеся перехитрить время, мастерски умели портить кровь и мстить.