Её любимый... босс

9

К одиннадцати утра Катя, как было запланировано с Джини, прибыла в продюсерский центр. Сегодня будут съёмки клипа на одну из её любимых мелодий, под которую Катя решила воплотить свою давнюю мечту: станцевать в зимнем лесу... Станцевать, как любила, балетную партию. Она её придумала сама и давно упражнялась именно под мелодию из мультфильма, и никакой мороз не помешает!

Балет, пение, даже сочинять стихи и истории — были её отдушиной. Теперь ещё и работа в продюсерском центре привлекала её невероятно. Сейчас, сидя перед трудившейся над её макияжем и причёской Дезири, которая любила сама вот так, в ответственные дни, выполнять роль визажиста, Катя почувствовала, что приятно быть моделью. Только моделью под руководством именно Дезири...

– Какая же ты идеально красивая, – восхитилась тихим нежным голосом та, нанося макияж Кате. – Не хочешь попробовать сняться для журнала мод?

– Дезири, – с радостным блеском в глазах только и улыбнулась Катя в ответ, не двигаясь под её умелыми руками.

Водя шелковистой кисточкой для румян, Дезири стала более довольной:

– Ты будешь успешной. Такой красивой, стройной модели почти ни у кого нет. Оттанцуем сегодня, а перед новогодней вечеринкой устроим прекрасную фотосессию.

– Прямо в той гостинице? – удивилась Катя.

– Разумеется! – кивнула Дезири и воодушевлённо добавила. – Будут розы, вид на Эйфелеву башню, полотна, вино и музыка. Джини всё устроит.

– Ох, этот Джини, – тихо смеялась Катя. – Почему он такой?

– Он всегда такой, – посмеялась и Дезири.

– И с тобой? – поинтересовалась Катя.

– Да, было дело, – закончив с макияжем, Дезири принялась расчёсывать длинные волнистые волосы Кати. – Ах, сколько волос! Толстые, густые... Мечта!

– Спасибо, – улыбнулась Катя.

Ей были приятны такие комплименты, но всё равно, невольно любуясь красотою Дезири, которая и в пятьдесят выглядела на все двадцать, Катя чувствовала себя не настолько и достойной подобных слов.

– Что мужчинам надо? – задумалась Катя. – Ты одна. Как такое возможно? Ты же была замужем, что ему не хватило?

– Я его не любила, – улыбнулась Дезири. – Глупая была. В молодости надурила, теперь расхлёбываю. Ну хоть сын есть, и ладно.

– Мартин чудесный, – согласилась Катя. – Моя Ира от него без ума.

– И он от неё, поверь. Я счастлива, что он вырос однолюбом. Не в меня, не в отца. Сам как-то воспитал в себе это, что ли.

– Джини тоже гулял от жены? – удивилась тогда Катя, и Дезири стала мотать головой, была серьёзнее, но ответила через некоторую паузу:

– Нет. Он не гулял. Она гуляла. Он пытался создать красивую совместную жизнь, но, как говорил потом мне, так и не смог сам полюбить её.

– Тоже без любви, – понимала Катя и с сожалением за них всех ухмыльнулась. – Зачем жениться без любви? Неужели так и не нашли любовь?... Нет её, да?...

– Есть, моя девочка, – с нежной улыбкой вздохнула Дезири. – Просто в молодости, бывает, не туда заносит. Глупые люди ведутся на что-то, а на что — и сами не знают. Вот мы из тех. А теперь, когда поумнели, поздно. Ты береги себя. Уже бережёшь, но...

– Я не встречу любовь. Я никому не верю, – прослезилась Катя и тут же улыбнулась, прогоняя боль в душе от вновь возвращающихся неприятных воспоминаний.

– Всё теперь изменится, – была уверена Дезири.

Она взяла косметическую кисточку из своего чемоданчика и стала снова гладить её щёки:

– Не плачем. Дурное было сном, а здесь жизнь другая. Ты готова. Заплету тебя, когда платье наденешь, чтоб не испортить причёску. Сама заберёшь из моей машины? Мне надо сделать макияж ещё одной модели. Я вернусь быстро. Мартин остаётся с Ирой для её фотосессии здесь за фотографа. С нами поедет Марко.

– Хорошо, – кивнула Катя, и Дезири одарила снова доброй, нежной улыбкой, словно, и правда, была ей матерью...