Её Величество по контракту

Королевы тоже умирают

Ночь была хороша уже хотя бы потому, что никто не пытался её убить. Для Ноктариона это считалось вполне достойным началом вечера. За высокими окнами дворца мерцали огни столицы. Ветер шевелил тёмные занавеси, пахло ночными цветами и надвигающейся грозой. Последнее, впрочем, могло быть просто особенностью самого дворца. Здесь всё время что-нибудь надвигалось: буря, заговор или родственники.

Морвена лежала поверх смятых покрывал и лениво рассматривала мужчину рядом. Он был красив. Раздражающе красив. Из тех мужчин, которым боги зачем-то выдают слишком красивое лицо, а потом смотрят, что из этого получится. Судя по всему, ничего хорошего.

— Ты опять на меня так смотришь, — сказал он, не открывая глаз.

— Как?

— Будто решаешь, оставить мне голову или пока не стоит.

— Не льсти себе. Если бы я решила отрубить тебе голову, ты бы уже об этом знал.

Он усмехнулся. Морвена любила этот звук. Очень немногих людей она вообще подпускала настолько близко, чтобы узнать, как они смеются.

— Знаешь, — произнёс он спустя несколько секунд, — нормальные женщины после такого вечера обычно говорят что-нибудь приятное.

— Я королева Неблагого двора.

— Это не ответ.

— Это исчерпывающий ответ.

Он наконец открыл глаза. В его взгляде не было страха. Никогда не было. Наверное, именно поэтому Морвена до сих пор его не выгнала. Или не казнила, что для неё, если честно, было примерно одинаковым уровнем привязанности.

— Если утром меня убьют, — сказала она, глядя в потолок, — надеюсь, на похоронах ты хотя бы соврёшь, что я была доброй.

Мужчина повернул голову.

— Никто не поверит.

— Верно.

— Даже я.

— Особенно ты.

Она закрыла глаза. На одно короткое мгновение мир был почти спокойным, а потом за дверями послышался грохот. Грохот был таким, что задрожали стёкла.

Морвена открыла глаза. Несколько мгновений она просто лежала, прислушиваясь. Потом тяжело вздохнула.

— Вот видишь, — сказала она. — Не могла же судьба позволить мне провести один спокойный вечер.

Мужчина уже сидел на краю постели. Спокойствие исчезло с его лица так быстро, словно его никогда и не было. В коридоре звучали шаги. Много шагов. Не слуг, не охраны дворца, не случайных пьяных придворных, которые снова перепутали этажи. Это были люди, пришедшие за кем-то. И Морвена очень не любила, когда этим кем-то оказывалась она.

— Сколько? — спросила она.

— Не меньше двух десятков.

— Лестница?

— Перекрыта.

— Портал?

Он покачал головой. И вот тогда ей стало по-настоящему интересно, потому что дворец Сумеречного Престола строили параноики. Каждый владыка добавлял новые пути отхода, тайные комнаты, запасные порталы и способы пережить очередной семейный заговор. Чтобы перекрыть их все… Нужно было готовиться заранее, очень заранее.

Морвена медленно поднялась с постели. Холодный каменный пол коснулся босых ног. Странно. Она всегда думала, что почувствует страх, если однажды этот день всё-таки придёт. Оказалось — нет. Только раздражение. Сильное раздражение. Как будто её оторвали от важного дела.

— Ты знала? — тихо спросил мужчина.

— О перевороте?

— Да.

Морвена потянулась за тёмным халатом.

— Разумеется.

Он моргнул.

— Разумеется?

— Я правлю Ноктарионом достаточно давно. Если бы меня не пытались свергнуть, я бы решила, что теряю форму.

В дверь ударили. Один раз. Второй. Третий. Древнее дерево треснуло. Мужчина выругался. Морвена же неожиданно улыбнулась.

— Не нравится мне это выражение лица, — сказал он.

— Какое?

— То самое.

— Какое именно?

— Которое появляется перед тем, как кому-то становится очень плохо.

— Ах, это.

Улыбка стала шире.

— Не переживай. Обычно оно появляется перед тем, как очень плохо становится многим.

В следующий миг дверь разлетелась внутрь. В покои ворвались люди в тёмных доспехах. За ними ещё и ещё, слишком много. Даже для ареста королевы. На мгновение в комнате воцарилась тишина. Стражники явно ожидали увидеть испуганную женщину. Заплаканную. Растерянную. Готовую умолять. Вместо этого перед ними стояла Морвена Каэрн-Наэлин. Босая. С распущенными волосами. В небрежно наброшенном халате. И смотрела на них так, будто они опоздали на назначенную встречу.

— Ну наконец-то, — сказала она. — А то я уже начала думать, что заговор отменили.

Первым вошёл не воин. Это Морвене сразу не понравилось. Воины хотя бы честны в своей ограниченности: им сказали идти — они идут, сказали убивать — убивают, сказали умереть за честь престола — умирают, иногда даже с выражением глубокого удивления на лице.

А вот придворные… Придворные редко приходят первыми, если дело пахнет кровью. Обычно они ждут в безопасном коридоре, пока кто-нибудь другой испортит ковры. Но этот вошёл. Высокий, безупречно одетый, с серебряной застёжкой Дома Безмолвных Лилий у горла. Лорд Кайрус Велл. Советник. Друг. Предатель, если судить по обстоятельствам. Впрочем, Морвена всегда считала, что слово «друг» при дворе означает лишь того, кто пока не нашёл достаточно выгодного ножа.

— Ваше Величество, — произнёс Кайрус.

И поклонился. Даже красиво. У некоторых людей удивительное чувство стиля. Пришли свергать королеву — и всё равно держат осанку.

— Лорд Велл, — сказала Морвена. — Какое редкое удовольствие. Обычно вы предпочитаете предавать письменно.

За его спиной кто-то дёрнулся. То ли от возмущения, то ли от желания улыбнуться и вовремя вспомнившего страх. Кайрус не изменился в лице. Вот за это она когда-то его и ценила.

— Совет домов вынес решение.

— Как мило. Меня не пригласили?

— Вы бы не пришли.

— Разумеется. У меня были планы на вечер.

Мужчина рядом с постелью тихо поднял клинок. Очень тихо, но стража всё равно напряглась. Морвена чуть повернула голову.

— Не надо, Эйлар.

Имя любовника прозвучало мягко, слишком мягко для комнаты, полной вооружённых людей. Эйлар не опустил меч. Упрямый. Красивый. Совершенно неудобный мужчина. И в этом, как Морвена с некоторым раздражением признавала, была часть его обаяния.