Эффект Бабочки: Одна ночь, изменившая всё

Глава 12. Лиза

Месяц спустя.

«Ходил на мини-встречу выпускников. Парни какими были придурками, такими и остались. Скажи, неужели я такой же?»

Сообщение от Кирилла вспыхивает на экране во время моего пятнадцатиминутного перерыва в супермаркете. Сбросив слипоны с ног и закинув их на стул, пишу в ответ:

«Нашел кого спрашивать. Я необъективна.»

Потому что… влюбилась. Это уже не отправляю.

Не дождавшись мгновенного ответа, пытаюсь подавить разочарование. Наверное, он занят с родителями или школьными друзьями.

Пустота, поселившаяся внутри меня пять дней назад, только усиливается. Кир улетел в Тюмень к родителям на неделю, чтобы решить все юридические вопросы перед поездкой в Штаты.

Кир уезжает. С тех пор как он показал мне приглашение на работу за границей, я живу в постоянной тревоге. Я до ужаса боюсь довести наши отношения до боли разлуки. Сможем ли мы продолжать эту связь, не причиняя страданий друг другу? Как бы мы ни старались избежать привязанности, мы с каждым днем погружаемся друг в друга все глубже и глубже.

Кирилл Аверин ловко вошел в мою жизнь, заполнив пробелы, о существовании которых я даже не догадывалась. И он меня вовсе не отвлекает, а, напротив, словно недостающий фрагмент мозаики, завершает картину моего тщательно распланированного существования. От стажировки в престижной юридической компании до безмятежной пенсии на солнечных пляжах.

О серьёзных отношениях в формате «вместе и навсегда» я никогда не задумывалась. Не знаю почему. Возможно, считала, что романтические увлечения лишь мешают достижению намеченных целей. Может быть, из-за молодости я просто не понимала, как совместить одно с другим. По крайней мере, так думала раньше. Теперь всё иначе. Даже одна мысль о том, чтобы перестать видеться с Киром, затягивает внутренний узел потуже, доставляя дискомфорт по всему телу. Ломка, не иначе.

— Лиза, всё в порядке? — озабоченно спрашивает старшая по смене, когда я резко встаю, и, чувствуя лёгкое головокружение, падаю обратно на стул.

Вдох-выдох.

— Да. Просто устала, видимо.

— Доработать смену сможешь? — с сочувствием спрашивает она.

— Смогу.

— Кассу закроешь и можешь идти. Я всё дальше сама сделаю.

Отказываться от такого щедрого предложения я не собираюсь. Час дополнительного сна перед утренней работой кажется подарком судьбы. Закончив дела, торопливо возвращаюсь домой, быстро ужинаю, принимаю душ и проваливаюсь в тревожный сон.

Утро наступает слишком скоро. Просыпаюсь разбитой, словно отдыха не было вовсе. Поднимаюсь с кровати, цепляясь за её спинку: головокружение нарастает, лишая равновесия. Тяжесть в желудке грозит выплеснуть поспешно проглоченный ужин. Странно, ведь времени прошло достаточно для того, чтобы пища уже покинула желудок.

Закрываю глаза, делаю несколько глубоких вдохов. Когда наконец становится легче, выпрямляюсь и медленно бреду в ванную, придерживаясь за стены.

Всё выскальзывает из рук: то зубная паста, то стаканчик для полоскания рта, за которым я тянусь вниз – моя ошибка, на которую желудок реагирует мгновенно. К горлу подступает комок, и прежде чем я успеваю поднять крышку унитаза, меня рвёт. Не в силах устоять на ногах, я падаю на колени, склоняюсь над унитазом и продолжаю опустошать желудок, пока не остаётся ничего.

Никогда ранее мне не было так плохо.

Не знаю, откуда берутся силы подняться, но я это делаю. Тыльной стороной ладони вытираю рот, стягиваю пропитавшуюся потом и слезами пижаму и захожу в душ. Тёплые струи воды обнимают моё измождённое тело, смывая остатки слабости.

Я выхожу из душа, натягиваю халат и направляюсь на кухню. Холодный кафель приятно охлаждает босые ноги, немного отрезвляя. Завариваю проверенное средство – чай с мятой и мёдом, пью его медленными глотками, опасаясь, что снова начнёт тошнить.

Глядя на часы, понимаю, что опаздываю, и возвращаюсь в комнату, чтобы позвонить начальнику, который отвечает сразу:

— Что случилось?

— Мне плохо. Меня рвёт. Наверное, отравление или ротавирусная инфекция.

— Открывай больничный или дуй на работу. Ты сама просила поставить тебе дополнительную смену.

— Знаю… Но…

— Никаких «но», Лиза. Максимум, что я могу сделать, — не ставить тебе опоздание, — тараторит он и отключается.

Вот чёрт! Похоже, я иду на работу.

С трудом поднимаюсь на ноги, одеваюсь и плетусь в отделение маркетплейса.

— Ну и видок у тебя, — вместо приветствия слышу, когда захожу внутрь. — Это не заразно? — задаёт глупый вопрос коллега.

Одариваю её ненавидящим взглядом, сдерживая желание заблевать её рабочую одежду.

Смена тянется бесконечно долго. Каждое движение даётся с неимоверным трудом, будто моё тело сковано невидимой липкой паутиной.

Я вымотана, как и ожидалось.

Всё-таки загнала себя. Выжгла последние резервы дотла.

Закончив смену, вызываю такси и еду домой. На то, чтобы добираться своим ходом, у меня нет сил. Переступив порог, меня накрывает новая волна тошноты. В воздухе стоит омерзительный запах, словно кто-то жарит дохлую крысу. Брр. Зажав рот рукой, кидаюсь в ванную, где мой желудок исторгает прозрачную слизь с горькой примесью желчи.

Да что ж такое-то?

Достаю аптечку в поисках таблетки «церукала», но нахожу лишь пустой блистер.

«Что за манера оставлять это здесь?» — бормочу себе под нос, отправляя упаковку в мусорное ведро.

Минуя кухню, волочу своё измученное тело в комнату, где на автопилоте сбрасываю одежду и падаю на кровать. Сквозь дрему слышу звук телефона, сигнализирующий о новом сообщении:

«Лизонька, завтра прилетаю. Очень соскучился. Жди в гости».

Читаю сообщение от Кирилла и чувствую, как вымученная улыбка растягивается на моих губах.