Эффект шальной бабочки

Глава 6. Неведома зверюшка в чистом поле, или как добраться до сторожки и не умереть

— Давай, Эндель, поднажми, — уговаривала я полумертвого эльфа не сдохнуть прямо посреди поля.

Сколько мы прошли? Дофига, судя по окончательно уставшему телу. Сколько ещё предстоит пройти? Кто б знал. По идее, Эндариэль должен быть в курсе, но, похоже, отрубание волос сделало его калекой.

Может, через длинные волосы они как-то чувствуют? Ну, мало ли, шестой орган восприятия наравне с глазами, ушами и прочим. Узнать подробности не получилось, мой спутник не проронил ни слова после казни. Словно от длины волос зависела его речевая функция. Вряд ли, конечно, но он явно двигался исключительно на остатках сил и воли.

Я, кстати, тоже.

Последней каплей на мои и без того истерзанные нервы стало какое-то незнакомое животное. То ли гигантская черепаха, то ли броненосец – в последних лучах угасающего солнца много не разглядишь. Я взвизгнула от неожиданности, когда мы буквально выпали из зарослей на небольшую полянку посреди поля, на которой харчевался этот зверь. И если сначала я подумала, что он травоядный, то через несколько секунд разглядела, что жрёт он явно что-то мясное.

— А-а-а! — заверещала я уже куда сильнее, отпрыгивая к Энделю.

Тот, видимо, совсем плохо соображая, продолжил движение, а потом и вовсе запнулся. Упал прямо на спину неведомому чудовищу, после чего взверещало уже оно.

И побежало.

Эндариэль, как ни странно, с него не упал. Видимо вцепился из последних рефлексов, зато я теперь вообще не представляла, что мне делать. Точнее, голова моя не представляла, а вот ноги сами собой побежали вслед за ними.

Ну как побежали… пошаркали.

В какой-то момент сил на крик не осталось, да и бессмысленно это. Ни животное, ни Эндариэль на него не реагировали. Да и в горле окончательно пересохло, дышать опять же неудобно. Бронелифчик бряцал и всё сильнее сдавливал грудь. Сапоги хлябали, нещадно натирая ноги. И только кожаный колокол подола стоически защищал меня от поверженной неведомой зверюгой травы. До ног эти жёсткие отростки не доставали, и это, пожалуй, было единственным плюсом в сложившейся ситуации.

Поле закончилось так неожиданно, что я чуть не упала. Зато упал Эндариэль, а зверюга, обиженно подвывая, скрылась в кустах.

— Если я сейчас ничего не попью, то просто умру, — сказала я самой себе, глядя на неподвижное тело эльфа.

— Там… — Эльф оказался не таким уж неподвижным, зря я на нём крест поставила.

Мало того, что он меня услышал, так ещё и приподнял руку, указал на дерево, что росло неподалёку, а у его корней журчал самый настоящий ключ!

О, такой вкусной воды я не пила никогда! И такой холодной тоже. Зубы буквально ломило, руки коченели, губ я не чувствовала уже после первого глотка, но всё равно продолжала пить, а потом ещё и умылась. Уф, не сказать, что я стала лучше себя чувствовать, но бодрее – однозначно. С сожалением решила не мыть здесь ноги, не хватало мне судорог. А вот Эндариэля надо бы как-то освежить, чтобы тоже воспрял духом и нашёл нам сторожку.

Если мы вообще с нужной стороны поля вышли.

Как ни странно, но эльф добрался до ключа сам. На ноги, правда, встать не смог, но зато дополз. Учитывая казнь, долгую дорогу через поле и бешеные скачки на неведомой зверюшке, то он очень даже неплохо держится.

Дождавшись, когда он умоется и напьётся, я подошла поближе и присела рядом. Вообще, обстановка была самая что ни на есть романтичная. Таинственно светила луна, причём такая большая, что на освещение жаловаться не приходилось. Не день, конечно, но вполне всё видно, особенно когда трава обзор не загораживает.

Так вот, про романтику. Луна, прекрасный мужчина, я в свадебном платье… Закроем глаза на то, что оно орочье. И не будем заглядывать под подол, где вместо туфелек на изящном каблучке мужские сапоги.

Между прочим, если бы на мне были туфли, из поля я бы точно не выбралась!

Вдобавок ко всему придётся прикрыть глаза на то, что прекрасный мужчина находится на последнем издыхании. Лежит, смотрит в небо, а у самого взгляд отрешённый, словно нам до сторожки не надо добираться.

Тьфу, короче, а не романтика. Вечно лезет в голову всякое, особенно когда сильно устану. Смех да и только.

— Ты сможешь встать? – спрашиваю я, осторожно прикасаясь к его руке.

Вообще, хочется провести ладонью по лицу, убрать пряди, налипшие на мокрый лоб, но я сдерживаюсь. Во-первых, мы с этим мужчиной знакомы очень поверхностно. Во-вторых, он – эльф. Кто знает, какие у них порядки? Может, ему будет противно от прикосновения посторонней девушки, или он примет это за неприличный призыв.

Хотя, учитывая его состояние, неприличный призыв можно считать огромным авансом. Дай бог, чтобы до утра дожил, да и потом не окочурился.

— Я для тебя балласт, — отрешённо выдаёт он.

И снова замолкает, томно взирая на слегка голубоватую луну. Зараза эльфячья!

— Ты для меня – единственный шанс выжить, — говорю прямо, без обиняков. — Я ничего не знаю об этом мире, кроме того, что здесь водятся озабоченные орки и отбитые на всю голову эльфы. Ну и трава у вас знатная, как и та зверушка, на которой ты доехал. Кстати, кто это?

Молчание было мне ответом. То ли он мне не поверил, то ли сил не осталось. Возможно, и то и другое, потому что потом Эндариэль вообще перестал на что-либо реагировать. Я теперь его и по щекам шлёпала, и за волосы подергала, и сердце послушала.