Эффект шальной бабочки

Глава 9. Соединить реальности

Открыв глаза, я всё ещё продолжала переживать за того мотылька и его крылышки, поэтому не сразу поняла, что на меня смотрят. Янтарные глаза эльфа, сидевшего на краю кровати, глядели с лёгкой грустью.

— Проснулась? — качнул он головой.

Я лишь кивнула в ответ, внутренне переваривая то ли сон, то ли бред.

— Скажи мне, как ты умудрилась украсть у белой кобры яйца и при этом избежать смерти от её яда? — Для лучшего понимания вопроса, Эндариэль предъявил мне розовые скорлупки от разбитых яиц.

— Кобры? — я потерла нос, стараясь собрать мысли в кучку. — А разве змеи не откладывают яйца в песок?

— Обычные – да, — иронично хмыкнул эльф, — но белая кобра – особая.

— Только не говори, что и она у вас священная, я ещё от птички не отошла. — Напоминать о казни и изгнании за нечаянное убийство чивиль я не стала.

Эндариэль и без меня всё прекрасно помнит. Надеюсь, он достаточно восстановился после отрубания волос. Знать бы ещё, почему в принципе на них так сильно действует эта процедура.

— Не священная, но очень редкая и уважаемая. — Эльф аккуратно потрогал обрезанный кончик волос и болезненно поморщился.

— Змея уважаемая? — Я еле сдержалась, чтобы не повторить его движение. Всё-таки мы не настолько близко знакомы, чтобы вторгаться в личное пространство. — За какие такие достижения?

— Она разумная, много знает, у них сильная родовая память. — Эльф так горестно вздохнул, словно и её убил.

— Я не знала, у нас такие не водятся, — пожала плечами, мол, не виноватая я. — У нас в принципе разумных животных нет. Точнее, у них у всех есть разум, но до человеческого не дотягивает. С ними уж точно не поговоришь, если только в форме монолога.

И тут я вспомнила, как на мои вопли отмявкивается кошка и поняла, что лукавлю. Судя по некоторым интонациям, иногда она меня явно посылает.

— У вас – это у кого? — осторожно спросил эльф.

— Да кто б знал, — вздохнула я и рассказала ему о странном сне.

В процессе пришлось пояснять практически всё: и что такое кафе, и кто такие машины, и прочее, и прочее. Под конец у меня так пересохло в горле, что я прервалась на попить. Разумеется, к остаткам чая я не притронулась, а то мало ли, вдруг опять накроет?

— Слушай, а почему тебя мой чай не взял? — Я с подозрением уставилась на остроухого.

— Потому что я – эльф, на меня травы по-другому действуют. Хотя я тоже неплохо вздремнул, пока меня кобра не разбудила.

— Кобра? Она здесь была?

— Конечно, ты ведь украла её детей.

Я смущённо потупила глаза, вспоминая, какой вкусной была яичница.

— Ну, что поделать? Новые яйца отложит.

— Эта точно нет, — так грустно вздохнул эльф, что теперь я окончательно насторожилась. — Пришлось её убить.

Час от часу не легче!

— Надеюсь, тебе за это ничего не грозит? — Не хватало ему ещё и из-за моих необдуманных действий влететь в новую передрягу.

— Я и так изгнанник, терять уже нечего.

Эльф говорил спокойно, без надрыва, но была в его словах такая тяжесть, которая даже на меня давила. Хотя, казалось бы, причём тут я?

— А жизнь? — в конце концов, жить можно не только в Великом Лесу.

Умный, умелый человек, даже если он эльф, много где может пригодиться.

— Жизнь моя уже никогда не будет полноценной, я – калека. — Эндариэль поморщился и досадливо тряхнул обрезанной шевелюрой.

— Из-за волос? — Так, кажется, мы подобрались к самому интересному.

— Да, без них я не чувствую течение Силы, не могу ощутить энергию леса. Я теперь навсегда отрезан от Великого Древа и Источника.

Ё-моё, как у них всё сложно! Я задумалась. Крепко. Это что получается, они никогда не подстригаются? А если надоело или кончики секутся?

— Слушай, а если кто-то отрезал волосы случайно или вынужденно? Мало ли, какая ситуация, может, репьи намертво застряли в волосах или ещё какая беда.

Я чуть про жвачку в волосах не ляпнула, но вовремя спохватилась, что тут такого добра вряд ли найдёшь.

— Да, иногда и такое случается, тогда эльф временно теряет связь, но восстанавливает её с помощью Источника и специальных процедур.

— Которых тебя лишили, изгнав из Леса, — поняла, наконец, я.

— Да. — Эндариэль поджал губы, явно тяготясь разговором, но меня было уже не остановить.

Слишком необычно всё это, а ещё несправедливо. По моему скромному мнению.

— Но когда-то волосы всё равно отрастут?

— Как раньше уже не будет. Волосы начали темнеть. Сила уходит, они перестали быть проводниками.

Засада, конечно, но с другой стороны…

— То есть скоро ты станешь брюнетом? — Если честно, блондины мне не очень, а вот темноволосые мужчины кажутся более привлекательными.

Хотя, это, конечно, глупость. Главное, что у человека внутри. В данной ситуации – у эльфа.