Эффект шальной бабочки

Глава 10. Модный приговор

Ужинали мы шашлыком из белой, некогда разумной змеи, на гарнир был какой-то овощ, который достал из подпола (где, как выяснилось, и лежал запас продуктов) лесник.

Его звали Джур. Лесника, не овощ. У овоща было такое зубодробительное название, что я сразу и не запомнила. На вид он напоминал баклажан, только более плотной текстуры. Мы запекли его в углях прямо в очаге, предварительно обмазав тестом, которое Джур споро замещал в какой-то посудине.

Выглядело это эпично.

Лесник явно делал это в стопятьсотый раз, прямо как моя бабуля. Он лихо смешал муку, воду и парочку яиц (на вид вполне себе куриных, но уточнять я не стала), потом опытными, точно выверенными движениями замесил тесто, а после раскатал из него много овальных сочней, в которые укатал овощи. Получилось очень даже ничего. Вкус напоминал нечто среднее между картошкой и баклажаном. Пикантненько. Не менее пикантненько было есть змею. Мясо вышло сочным, напоминало куриное, и я бы не отказалась от добавки.

— Деву надо срочно во что-то одеть, не дело ходить в исподнем, — ворчливо выдал Джур под конец ужина.

О, Боже, так вот почему он такой нервный весь вечер. Так старательно отводит от меня взгляд, словно я тут голышом щеголяю. На худой конец, в купальнике. А вот Эндариэлю хоть бы хны, наверное, у них в Лесу более свободная мода, хотя, если вспомнить реакцию тех эльфов на то, как я приподняла подол платья... Ох уж этот другой мир, попробуй, разберись, что тут у них и как. И всё равно где-нибудь да притаится подвох, особенно с чем-нибудь священным.

— Да ладно тебе, эльфийки ещё и не так одеваются, — подтвердил мою догадку Энди. — Главное, чтобы тело в принципе было прикрыто, особенно ноги.

— То эльфийки, у них нет таких… — выразительный взгляд на мою грудь возмутил меня до глубины души.

Нашелся критикан! У самого борода не стрижена, голова не чёсана, зубы не чищены, а всё туда же. Эксперт, блин, по модному приговору.

Эндариэль задумчиво скользнул взглядом по объектам обсуждения и пожал плечами.

— Она и не эльфийка, для человека там всё в пределах нормы. А для орчанки так и маловато будет.

Я не выдержала. Ну ладно этот мужлан, но эльф! Да я ему тут жизнь спасла, понимаешь, а он…

— Так, эксперты в мире моды и красоты, выговорились? Теперь моя очередь! — От избытка эмоций я встала в полный рост, ноги расставила на ширину плеч, руки уперла в бока. — Начну с тебя, лесник. Где твоя расчёска?

Бедный мужик аж опешил. Поскреб голову, возможно, ища в буйных кудрях затерянный гребешок. Видимо, не нашёл, после чего встал, доковылял до шкафчика, из недр которого он таки извлёк искомое. Я зорким коршуном следила за его передвижениями и потому заметила знакомо блеснувший предмет, лежавший в тех же недрах.

— Ножницы! — мой ликующий вопль заставил вздрогнуть даже невозмутимого эльфа, что уж говорить о леснике. — Их тоже сюда давай. И шампунь тащи, раз такое дело.

Вот на шампуне мужик окончательно поломался. Не было у него такой «бабской роскоши», нашёлся лишь кусок мыла. Что ж, это лучше, чем ничего, поэтому…

Как вы понимаете, я оторвалась за все мучения, пережитые за последние двое суток. Да, мужик не виноват, более того, он спас нас с Эндариэлем от ночёвки в лесу, кроватью поделился. Это всё правда, но не надо было обсуждать в таком тоне мою одежду и, самое главное, грудь!

Он разбудил во мне модного монстра.

Да, нелегко ему пришлось. Сначала я помыла ему голову и бороду на три раза, тщательно намылив волосы. Потом, продираясь сквозь колтуны, расчесала их и… принялась стричь. О, как мне не хватало своего инструмента! Мои ножницы, такие острые, так удобно лежащие в руке… Моя машинка, которой так хорошо брить затылок, равнять виски и прочее…

Но я была бы не я, если бы не справилась! Укротила леснику и буйную шевелюру, и не менее буйную бороду. Кое-где даже ножом рискнула подровнять и при этом не порезала пациента. Ой, простите, клиента.

Джур сидел и дышал через раз. Чего он боялся больше – колюще-режущих предметов в моих руках или груди второго размера под неприличным платьем, неизвестно. Подозреваю, его волновало и то, и другое. А вот что ужасало больше – затрудняюсь предположить. Возможно, для такого сурового мужика нежная девичья грудь перед глазами (прикрытая некогда белой тканью нательного платья, но не суть) более страшное испытание, нежели угроза быть порезанным.

— Ну как? — уже куда более спокойным голосом, ибо весь свой пыл я отдала в дело, спросила у эльфа.

У лесника спрашивать не было никакого смысла, ибо зеркала здесь не водилось.

— Знаешь, никогда бы не подумал, что ты можешь так выглядеть, — задумчиво протянул Эндариэль. – Хоть завтра замуж. Точнее, ехать свататься.

Лесник мучительно покраснел до корней свежеподстриженных волос.

— Вообще-то я собирался к концу лета, когда подкопил бы деньжат, — замялся он. — Думаешь, не стоит тянуть?

— Думаю, надо брать от жизни максимум, пока она у тебя есть, — горько ухмыльнулся эльф. — Никогда не знаешь, что случится завтра.

— Это точно! — горячо поддержала я Энди. — Сегодня у тебя всё пучком, а завтра хвост собачий. Кстати, насчёт хвоста… Давай я и тебя подстригу? Ну, раз уж это необратимо. Сделаю всё стильно, будешь самым модным изгнанником.