"Эффект" Золушки

Глава 1.

-- Стой, кому говорю! А ну стой! 
 По заднему двору дворца с дикими воплями за петухом бегал поварёнок, то и дело размахивая топором то в одну сторону, то в другую. Главный придворный повар стоял на крыльце и, держась за свой весьма объёмный живот, вовсю хохотал. Туда-сюда бегали слуги. 
Застала я эту чудную картину, вернувшись с конной прогулки и была весьма удивлена.
-- Что за шум, а драки нет? – спрыгивая с коня без посторонней помощи, как не подобает дамам высшего общества, которому принадлежала я, спросила у остановившегося поварёнка.
-- Да-к, гости к нам едут, Ваше Высочество, - мне ответил придворный повар, вместо пытавшегося отдышаться мальчугана, - вот и отправил я этого недотепу петуха ловить к столу, а этот оболтус, сами видите-с, бестолочь.
Со стороны раздался смешок, пробежавшего мимо слуги. Поваренок насупился и с недовольством поглядел на петуха, уже спокойно расхаживавшего у крыльца и заглядывающего на куриц. 
-- Что за гости? Батюшка мне ничего не говорил, – я посильнее сжала уздечку, а на второй руке скрестила пальцы, молясь, чтобы это кто-то приехал свататься.
-- Так король Эммануил с принцем Филиппом пожаловали, Ваше Высочество, - придворный повар посмотрел на меня с нескрываемым любопытством.
Я чуть не запрыгала от радости на глазах у слуг, сновавших туда-сюда, но вовремя вспомнила, что я являюсь принцессой и этикет не позволяет. А в душе всё ликовало, сердце совершило кувырок и застучало с удвоенной скоростью. Вот он, этот день настал, наконец-то!
-- Где носит Стюшку? Срочно её в мои покои, мне нужно привести себя в порядок! – от моего резкого окрика повар встрепенулся. Шепнув на ухо своему нерадивому помощнику что-то, откланялся и ушёл. Поваренок побежал, видимо, за Стюшкой, моей служанкой, а я в предвкушении отправилась к себе. 


-- Ваше Величество, Ваше Высочество! – я сделала глубокий реверанс в знак приветствия наших гостей. 
Была бы моя воля, я бы надела платье с вырезом побольше, дабы наверняка привлечь внимание, только вот мама-королева Вестмунская заупрямилась. Мол не положено принцессам быть развратными. Ох, знала бы она, какие сейчас принцессы, то поняла, что я у неё ещё весьма примерная. 
-- Принцесса Анисса, - король Эммануил поцеловал мою руку, - очень рад с Вами познакомиться. Позвольте представить, мой сын, Филипп, – тот сдержанно кивнул. - Ваш отец не соврал, говоря о Вашей необыкновенной красоте, Анисса, - король внимательно посмотрел в мои глаза. 
Я натянуто улыбнулась. Всё бы это да из уст принца, который только раз на меня взглянул. 
-- Ну что Вы, Эммануил! – в беседу вмешался отец.
-- Только правда, дорогой друг! Ах, пройдёмте же к картам..Эта политическая ситуация не даёт мне покоя. Как я рад, что Вы, мой друг, согласились оказать нам помощь..
Отец с королем Эммануилом удалились в сторону стола с документами, продолжая беседовать, но уже тише. Принц Филипп делал вид, что заинтересован моим с отцом семейным портретом. Ну почему он не хочет на меня посмотреть? Всё приходится брать в своих руки.
-- Этот портрет был нарисован на моё шестнадцатилетние, именно в этом возрасте отец повстречал маму, - я подошла к принцу и встала за его спиной.
Принц вздрогнул от моего голоса.
-- Необычная предистория, – чисто из вежливости ответил принц. 
От его голоса у меня по телу пошли мурашки. Нет, не от того ужаса, а от удовольствия. У него был необычный голос, низкий, такой бархатный. 
-- Спасибо, - я понуро склонило голову. 
Так мы и стояли молча, каждый думая о своём. Первым прервал молчание Филипп.
-- Знаете, Анисса, хотелось бы сразу Вам сказать. Я знаю о Вашей ситуации и, чтобы у Вас не было никаких иллюзий относительно меня, - Филипп смотрел на портрет туда, где была изображена я, - у меня уже есть любимая. Моя поезда с отцом сюда вынужденная из политических соображений. 
За всю речь он ни разу не взглянул на меня. А я, стоявшая у него за спиной, была на взводе. Огромных усилий требовалось, чтобы не высказать ему всё, о чём думается.

Неужели нельзя было, промолчать? Кое-как совладав со своими мыслями, я проговорила:
-- Не стоит, Филипп.
-- Что же, тогда я откланяюсь.
Он ушёл. У меня внутри образовалась очередная рана. Что же, не впервой наблюдать такую картину.

Уже сидя в кабинете у отца, я раз за разом прокручивала в голове наш диалог с принцем и пыталась понять, что же в нём не так.
-- Дорогая, о чём задумалась? – меня прервал отец.
Всё время, что я находилась у него в кабинете, он что-то усердно писал, склонившись над столом.
-- Ты очень много работаешь, папа, - я тепло улыбнулась ему.
-- Этого требует моя должность, солнце.
-- Да-да. Папа, ответь, ты не сказал мне о их приезде, потому что знал, что так получится вновь? – я отвернулась к окну.
-- Да, дорогая.
Отец поднялся. Он хотел ещё что-то сказать, но я ему не дала, резко подскочив со своего места:
-- Тогда стоит меня запереть в каком-нибудь монастыре, чтобы я не мучилась и дальше! Да точно, отличная идея!
-- Анисса, ещё есть время, мы что-нибудь придумаем, - отец подошёл ко мне и попытался усадить на место.
-- Что? Ты прекрасно знаешь, из-за этого проклятья, на меня никто не смотрит! Информация о всех предыдущих попытках снятия проклятия почему-то засекречена! , - я расхаживала из угла в угол, то сжимая в кулаке подвеску, подаренную мне странной бабушкой в на моё тринадцатилетие, когда я сбежала из дворца переодевшись простолюдинкой, чтобы насладиться простой жизнью.
 Я сорвала с шеи подвеску и тут мне в голову как будто что-то стукнуло:
-- Папа, - затараторила я, боясь, что мысль так быстро пришедшая, пропадёт,- та бабушка, что подарила мне этот кулон, она сказала, надо найти белую сову, точно!
-Анисса! Какая бабушка? - о моих похождения в город отец не знал. - Ты перенервничала. Возвращайся к себе в комнату, поговорим об этом завтра.
Я попятилась к двери. Почему-то рассказывать о той странной женщине резко перехотелось. Обдумаю эту мысль одна, так будет лучше.
- Да,  ты прав. Перед сном зайду к матушке, ей что-то сегодня нехорошо. Спокойной ночи отец, -  аккуратно закрыла дверь.