Эфирность нежного возраста

Мила и Лелик - не разлей вода

Леша был уже совсем большой мальчик — ему было 6 лет. Младшая сестра смотрела на него снизу вверх, приоткрыв рот, и внимательно слушала. Леша расставлял на полке после игр машинки и рассказывал Миле в сотый раз истории их появления. Рассказы щедро сопровождались жестами и звуками, а также иногда щекотками и последующим заливистым смехом детворы.

Родители запрещали играть в догонялки по небольшой квартире, и маленькой разрушительной силе ничего не оставалось другого, как прыгать до одури на обветшалом диване и лазить по шведской стенке, прикрепленной болтами к потолку. Правда, Миле было страшно забираться выше трех перекладин, поэтому она предпочитала раскачиваться на качели, пока брат лазит под самый потолок по лестнице и съезжает вниз по канату.

Игры с Леликом малышка любила даже больше, чем чтение на ночь с папой и пение веселых песенок во время готовки ужинов с мамой. Нет, эти занятия она тоже очень и очень любила, так же как и гулять с собакой Ликой, ездить с бабушкой на дачу, ходить в гости, и еще иногда ей нравилось ходить в садик и есть сладкую курагу. Но никто с Милой не играл так много и весело как Лелик. Поэтому Мила хвостиком ходила за братом и вслушивалась в каждое слово. К счастью, Леша никогда не обижался на сестру, ему даже нравилось быть в ее глазах взрослым.

А когда ему, как взрослому мальчику, требовался отдых, он находил его на самом верху шведской стенки, где было угловое разветвление лестницы и можно было в том месте устроить неплохое убежище с подушками и одеялами. Когда Лелик забирался так высоко, что он казался еще меньше, чем Мила, и долго не спускался, то Мила сооружала свой домик-укрытие.

Для этого требовалось разыскать покрывало, накрыть им пространство от письменного стола до стула, закрепить крышу с четырех сторон книжками и внутри настелить чего-нибудь мягкое. Этому способу строить домик Милу научил Лелик когда она канючила, что ей скучно. Теперь Миле не было скучно, даже когда ей приходилось долгое время играть одной. В домик за несколько часов игры могла переместиться вся детская комната.

Вот и в этот раз мама, заглянув в комнату, невольно ахнула и оперлась на дверь, чтобы поддержать ватные ноги. Ящики комодов с игрушками были вывернуты, одна штора висела на двух петельках и рисковала упасть, но при этом была натянула на стул и прижата горой книг из порядком опустевшего книжного шкафа. Один ребенок читал книжку с фонариком, развалившись на лестнице под самым потолком, а второй ребенок умаялся от проделанной работы и тихонько посапывал в груде игрушек.

Спустя несколько минут, в комнату пожаловал отряд расчистителей в самом боевом виде: мама заколола волосы и подпоясала халат, папа надел очки и оба они были в тапочках. Велев младшему сыну тихонько спорхнуть вниз, мама взялась за его улей и постелила деткам постельное белье в кроватях. Папа бережно извлек любимое чадо из пещеры, дважды подавив желание поругаться, наступив на что-то теперь уже с треском подавленное.

Когда дети были уложены в свои законные владения, родители при тусклом свете ночной лампы сортировали, вздыхали, выбрасывали, чинили, складывали, падали с корточек, хватаясь друг за дружку, разминали ноги и шею, делали перерыв на чай и даже беззвучно друг другу улыбались, мотая головой, словно до сих пор не веря, что один ребенок способен разбросать столько вещей.

Мила пару раз, ворочаясь во сне, приоткрывала глаза не разлепливая до конца ресниц и оба раза она убеждалась, что находится в стране эльфов, которые по ночам любят мастерить ребятам игрушки. А Лелик в очередной раз, зевая, давал себе обещание получше приглядывать за сестрой и надолго не оставлять свой пост старшего брата.